Чтение онлайн

Захватив оружие и видеокамеру, мужчины отправились вверх по склону. Лена засыпала кости камнями, воткнула сверху веточку пихты. Мог ли предполагать погибший или умерший человек, что не будут его останки знать покоя и после смерти? Размочит их талая вода, разметает по лесу, будут их точить дождь и ветер, пока не превратят в груду известковой пыли.

Мужчины вернулись ни с чем. За долгие годы склоны горы покрыл толстенный слой мха. Снега и дожди сгладили могильные холмики, да и существовали ли они вообще? Покойников хоронили в общих ямах, предпочитая не оставлять следов.

Назад в поселок возвращались молча, подавленные страшными впечатлениями. Только Рогдай был весел, всем своим видом выказывая радость возвращения домой с бесполезной, на собачий взгляд, прогулки.

Осмотр решили начать с развалившихся, а вернее, специально разрушенных корпусов обогатительной фабрики. Все металлическое оборудование искорежено, разбито, изувечено. Огромные бревна, из которых были сложены здания, раскатаны, повалены друг на друга.

— Да-а, — протянул Максим Максимович, — серьезно товарищи потрудились, ничего врагу не оставили!

На полуразрушенной стене болтался каким-то чудом сохранившийся облезлый щит. На его потрескавшейся, с облупившейся краской поверхности под слоем грязи проступало едва заметное одно-единственное слово: «…Сталина…»

— Смотрите, какой живучий генералиссимус, — удивился Алексей, — даже буквы до сих пор живут и побеждают!

Из кустов, виновато понурив голову, вылез Рогдай Увидев, что с хозяйкой за период самоволки ничего не случилось, он устроился под кустом и с неимоверным усердием принялся вылизывать какую-то консервную банку.

— Что за черт? — Алексей отобрал банку у пса. — Откуда он ее приволок?

Банка сияла яркой наклейкой.

— Голландская ветчина, — прочитал он, повертел в руках, провел пальцем по внутренней стороне.

Пес заволновался — капельки вкусного жира перекочевали на палец человека.

— Дня два прошло, как ее выбросили. Кто-то здесь побывал до нас и, если верить жестянке, буквально накануне нашего прихода откушал бутерброды с ветчиной. — Алексей накинул на пса поводок. — Оставайтесь на месте, нет, лучше укройтесь в развалинах фабрики.

Прихватив карабин, он скрылся в густом кустарнике. Через некоторое время его гибкое тело мелькнуло у первого дома, очевидно конторы фабрики, другого… Наконец он издали махнул рукой:

— Идите скорее сюда, только осторожнее, следы не затопчите.

Пока Лена и Максим Максимович рассматривали размокшие куски хлеба, обрывки полиэтиленовых пакетов, банки из-под тушенки и сгущенного молока, Рогдай опять шмыгнул в кусты, вернулся, с куском пестрой ткани.

— Обрывок камуфлы. — Алексей расправил его на колене. — Ох, сдается мне, Лена, это те самые добры молодцы, которых мы давеча видели. Смотрите, и следы похожи! — Он показал на четкий отпечаток каблука под самым срубом. — Судя по всему, они провели здесь несколько дней, видно, поджидали кого-то, и чувствовали себя не хуже, чем у Христа за пазухой. Думаю, нам крупно повезло, что мы с ними не столкнулись в тайге. — Он нырнул в темноту сруба. — Здесь они и спали, лапник совсем свежий. — Выглянув, Алексей брезгливо огляделся. — Нагадили они конечно же прилично! Не зря мишка по поселку бродил, решил на помойке полакомиться, а мы его напугали, бессердечные… Ну что ж. — Он отряхнул руки. — Пора возвращаться домой.

Нужно успеть до темноты вещи упаковать, завтра выйдем еще до восхода, чтобы по холодку перевал миновать.

Но не прошли они и сотни метров, как Рогдай заволновался, закрутил головой, поднял ее вверх и коротко тявкнул. Где-то недалеко от них по тайге шли люди, причем шли не таясь, будто по собственной квартире, громко перекликались, шумно продираясь через кусты. Бешено сверкнув глазами, Алексей прошипел сквозь зубы:

— Быстро и тихо на фабрику, пес взвизгнет — пристрелю!

Лена и Максим Максимович из-за остатков сруба наблюдали, как Ковалев ящерицей скользнул между камней. В тот же момент на увале показались люди — человек двенадцать крепких уверенных парней с автоматами и в армейском обмундировании.

Издалека трудно было разглядеть их лица, но Лене показалось, что один из них, самый рослый и крепкий, в черной матерчатой маске. Парни на мгновение остановились на вершине, настороженно оглядели окрестности. Вокруг все было спокойно, они легко сбежали вниз и через несколько минут устроились прямо на тех камнях, под которыми прятался Алексей. Отец и дочь затаили дыхание, присмирел и пес, почуявший опасность.

Прошло полчаса. Парни, растянувшись на прогревшихся камнях, очевидно, настроились на долгое ожидание. Лена представила, каково сейчас Алексею среди камней, почти под носом у подозрительных субъектов.

Внезапно парни повскакивали с мест, радостно загалдели: с противоположной горы, чуть в стороне от фабрики, спускались еще человек десять, тоже вооруженные и тоже в армейской форме. Они прошли настолько близко от их убежища, что Лена расслышала тяжелое дыхание. Узкий разрез глаз, очень смуглые лица явно указывали на то, что вторая группа — коренные жители этих мест и пришли, вероятнее всего, из соседней республики.

Первая и вторая группа встретились на камнях как старые, добрые знакомые: обменялись рукопожатиями, дружескими похлопываниями по плечу, обоюдным веселым ржанием. Мужчина в маске и крепкий коренастый парень с характерным покроем ног из второй группы даже обнялись. Словом, встретились приятели и коллеги после долгой разлуки, а они сдуру напуганы, приняли их за бандитов, сами оказались в нелепой ситуации. Мужчины тем временем покинули камни и, выстроившись в колонну, отправились вверх по тропе по направлению к шахте. Вскоре они скрылись за горой. Алексей вышел из-за камней и бегом пробежал к спутникам. Лена ни разу не видела его настолько взволнованным.

— Кажется, ребята, попали мы в славную заварушку. Парни эти никак друг друга, кроме как по кличкам, не называют. Старший даже среди своих маску не снимает. Сейчас они направились к шахте, у них там, насколько я понял, тайник с товаром. — Ковалев пристально и строго оглядел Гангутов. — Пока они не знают, что у них объявились нечаянные свидетели, поэтому я решил этим воспользоваться, постараюсь скрытно пройти следом, а вы галопом, но как можно осторожнее, возвращаетесь к дому, собираете вещи и сидите тише воды, пока я не вернусь. А там уже будем действовать по обстановке.

— Алеша, я их на всякий случай снял видеокамерой, — повинился старший Гангут.

Алексей улыбнулся:

— Я даже не смел на это надеяться, думал, — извините, конечно, — испугаетесь…

— Обижаете, — притворно рассердился журналист, — в Афганистане я и не в таких передрягах бывал и голову не терял.

— Отлично, теперь у нас все их физиономии зафиксированы, жаль, что разговор будет не слышен, большое расстояние все-таки, а кое-что интересное они успели наговорить.

— Алексей, — Лена смотрела, упрямо закусив губу, не отводя взгляда, — я иду с тобой. Отец и один пока справится, кроме того, с ним Рогдай. — Насупив брови, она решительно забросила карабин на плечо.

— Хорошо. — Алексей неожиданно даже для себя быстро сдался, а может быть, просто времени для выяснения отношений уже не оставалось.

Возвращение назад мало напоминало их дневную прогулку. Алексей шел не разбирая дороги и, если она отставала, оглядывался и сердито шипел:

— Поторапливайся, и так время теряем.

Речку преодолели вброд, поэтому подходили к брошенной шахте вымокшими по пояс. Алексей собственноручно вымазал ей лицо грязью, так что видок у них был еще тот. Скрываясь за огромными камнями, подошли метров за двести к бывшему входу в шахту, но дальше расстилалась достаточно ровная площадка.