Неопределенность
Шрифт:
– Ну, что ты как маленькая. Я исказил бы про-странство, и мы появились бы в Питере. А как же люди, которые увидят случайно появившихся из ниоткуда странников? Ты думаешь это нормально? Даже в других пространствах нежелательно появляться при свидетелях. Что бы ты сказала вчера, если бы я неожиданно появился из воздуха? Плюс нужно понимать, что ангелы такой большой прыжок точно заметят, а мне не желательно себя выдавать.
– Но ты же прыгал по дороге в аэропорт?
– Там я проверял, чтобы точно никто не видел - это раз. И там прыжки были небольшие, ангелы бы не отследили - это два. И там я видел куда прыгаю, а в Питере не вижу - это три.
Таня промолчала.
– Из Москвы?
– Водитель посмотрел в зеркало заднего вида.
– Да, из Москвы, - Макс пересекся взглядом с водителем.
– Надолго?
– Завтра с утра летим назад, - вступила в разговор Таня.
– Так быстро?
– Было такое ощущения, что он хочет, чтобы Макс узнал его. Водитель очень пристально смотрел ему в глаза.
– Да, к сожалению, да, - Таня из вежливости улыбнулась водителю.
– А вы знакомы с Офаром?
– Решил прояснить ситуацию Макс.
– Нет. Мне не дозволено видеться с ним. Я про-сто несу свою службу, - Водитель говорил так легко, что казалось, он работает на Офара уже целую веч-ность.
– Когда он прибыл?
– Макс продолжил своеоб-разный допрос.
– Недавно.
– Разрешение на пребывание?
– Господин Лаад, ему разрешение не нужно, но, тем не менее, спасибо, что заботитесь о порядке.
– Основания?
– Макс любил задавать подобные вопросы. Он уже вкушал ощущение скорого назначения в архангелы.
– Встреча с вами, господин Лаад, - мягко сказал водитель.
– То есть ты хочешь сказать, что Офар прибыл исключительно, чтобы поговорить со мной?
– Макс удивленно округлил глаза.
– Именно так, - водитель уже почти проехал Московский проспект до конца. Оставалось несколько километров до Сенной. И начинались уже ощутимые пробки.
– Ты, конечно же, не знаешь, о чем он хочет поговорить?
– К сожалению, нет, господин Лаад, - водитель еще раз посмотрел в зеркало заднего вида.
– Называй меня Макс, я пока еще живу здесь, - Макс правой рукой обнял Таню и откинул голову на-зад, - Тань, разбуди, как приедем, хорошо?
– Хорошо, - тихо отозвалась она.
Следующие десять минут в машине стояла тишина, если не считать легкую, еле уловимую музыку, доносящуюся из колонок. Кажется, это были Roxette. Макс был в полуторном пространстве. Он спал.
– Вы его жена?
– Водитель взглянул в зеркало на Таню.
– Нет...
– она смутилась, - я его девушка.
'Элладис, что ты слышал об Офаре?'
– Давно вместе?
– Водитель продолжал расспрашивать Таню.
– Это не ваше дело, но, нет, недавно.
'Ты имеешь в виду, почему он в трехмерном пространстве?' - отозвался Элладис.
– Какой опыт?
– Я первая...
– Лицо Тани озарила легкая улыбка. Она была похожа на школьницу, которая пытается оправдаться перед десятиклассником за то, что она учиться всего лишь в пятом классе. Хотя в данном случае, она была скорее дошкольницей.
'Он прибыл специально для того, чтобы пооб-щаться со мной! Зачем?'
– Лаад память дал?
– Водитель с укором посмотрел на Таню.
Таня промолчала.
'Должно быть, он что-то узнал'.
'Что ему говорить?'
'Ты ничего не знаешь. Ничего не видел'.
'А если он все уже знает?'
'Может быть, он сможет нам помочь?'
Машина подъезжала к зданию гостиницы.
'Я посмотрю, что можно сделать. До встречи, Элладис'
– Макс, мы подъезжаем, - Таня легонько косну-лась его ноги. Он нехотя открыл глаза.
– Вот парадная, - весело проговорил водитель, - хозяин ждет вас на втором этаже. Комната 45.
– Он тебе не хозяин!
– мысленно сказал Макс, посмотрев на водителя, и сразу же покинул машину. Вслед за ним вышла и Таня.
– Как пожелаете, - водитель недовольно отвер-нулся и отъехал.
Макс открыл большую черную дверь гостиницы и зашел внутрь, пропустив вперед Таню. Гостиница была простенькой: недорогой, но все же с приличным ремонтом. Простенькие кресла, но совсем недавно обтянутые коричневым кожзаменителем в холе, старенький, японский плазменный телевизор, но с приличной диагональю, явно новые шторы и ковры. Они прошли через ресепшн, и, пройдя недлинный коридор, повернули на лестницу. Лифта в этой гостинице не было.
– Макс, а у него какой опыт?
– спросила Таня, поднимаясь по лестнице.
– У водителя?
– Да.
– Он бывший. Сейчас у него нет опыта. По крайней мере, того опыта, о котором ты говоришь. Он развеянный.
– А как он здесь?
– Офар его взял с собой. Видимо заслужил доверие.
Они подошли к комнате 45, и остановились.
– Макс, мне страшно, - тихо прошептала Таня.
– Мне тоже, - Макс постучал в дверь.
– Прошу заходите, - раздалось из номера, и Макс открыл дверь.
Номер был небольшой, но очень уютный. Достаточно дорогие обои, большой телевизор, большая кровать в конце комнаты, небольшой диван и два кресла в начале. Впрочем, столик, на котором лежали не новые газеты и журналы, как-то выделялся своей простотой. В кресле сидел Офар - мужчина лет сорока пяти на вид, очень красивый внешне, высокий, худощавый. Гладковыбритое лицо, черные, как копоть волосы, большие, пронзительные карие с красноватыми вкраплениями глаза. Он сидел в кресле и смотрел в телевизор, где передавали последние новости.
– Здравствуй Лаад, - повернувшись к гостям, сказал Офар, - как добрался?
– Спасибо хорошо, - Макс посмотрел на Таню, - это моя...
– Знаю, знаю. Татьяна, если не ошибаюсь?
– Да, здравствуйте, - Таню передернуло от взгляда Офара.
– Что же ты, Лаад? Не думал, что ты, двадцатый, позволишь себе нарушать правила, - голос Офара был спокоен и даже немного нежен.
– О чем Вы?
– Макс продолжал стоять с Таней посреди комнаты. Они выглядели как провинившиеся дети перед строгим отцом.