Чтение онлайн

— Пока не стоит. Пусть твоя кузина немного порадуется своему счастью. Вот необычный брак! Похоже, жених и невеста в самом деле влюблены. Редкостное счастье! — воскликнул лорд Морган.

— А мне, папа, разве не повезло? Подумать только, я стану герцогиней, одной из самых знатных дам света!

— Разумеется, повезло, — заверил ее отец. — У Куинтона Хантера безупречная репутация. Он будет тебе хорошим мужем, дорогая. Постарайся стать ему доброй женой.

— Непременно, папа. После того, как привыкну к своему положению.

— И надень сегодня самое красивое платье, — наставлял лорд Морган свою дочь. — Я позабочусь о том, чтобы у тебя и Сирены были лучшие в мире подвенечные наряды и богатый гардероб. Вы обе делаете честь своим семьям, и я горжусь вами.

— О, папа, что ты будешь без меня делать? — расстроилась Аллегра, но тут же, воспрянув духом, решила:

— Как что?

Ты должен жениться на тете Олимпии!

Лорд Морган густо покраснел.

— Боже милосердный, Аллегра, что ты несешь?

Аллегра пристально взглянула на отца, который был явно смущен.

— Знаешь, папа, я давно считаю, что ты и тетя друг другу подходите. Она почтенная вдова, а ты пострадавшая сторона в разводе, случившемся много лет назад. Неужели ты действительно хочешь, чтобы она вернулась в свой крохотный пустой домик в Роули и больше не украшала своим присутствием твое жилище? Не стала твоей верной спутницей?

— Ты слишком умна, плутовка, — покачал головой отец. — Должен признаться, что уже подумывал о женитьбе. Но не считаешь ли ты, что, если я сделаю предложение твоей тете, поползут сплетни?

— Если я что-то и усвоила за этот сезон, папа, так это одно: сплетни поползут в любом случае, даже если ситуация абсолютно невинна. Я, разумеется, никому не скажу о нашем разговоре, но совсем не расстроюсь, если ты в один прекрасный день женишься на тете Олимпии.

— Я счастлив получить твое благословение, — сухо обронил лорд.

Аллегра рассмеялась.

— Пора подумать о том, что именно надеть в «Олмэкс» сегодня вечером, — решила она, поцеловала отца в лоб и, выбежав из комнаты, поднялась наверх к тетке, где уже сидели Сирена и Оки. — Ты довольна, тетя? — осведомилась она, врываясь в комнату. — Сирена подцепила прелестного виконта.

— Аллегра! — вскричала тетка, заливаясь румянцем, ибо племянница ухитрилась прочитать ее мысли. Больше всего ей хотелось поскорее сообщить обо всем Огастесу.

— Вы в самом деле считаете меня прелестным? — усмехнулся виконт Пикфорд. — Меня еще ни разу так не называли.

— Я настаиваю на этом определении! И думаю, что вам и моей кузине очень повезло. Счастья вам на долгие годы!

Сирена ударилась в слезы.

— О, если бы только и ты нашла такое же счастье! — всхлипывала она.

— Увы, дорогая кузина, самой богатой девушке в Англии придется довольствоваться высоким титулом. Так что я не ропщу. Истинная любовь, как мы все знаем, так же редка, как алмазы на мостовой. А вас, Оки, я хотела попросить об одолжении. Вы позволите Руперту Таннеру остановиться у вас? Папа считает, что приютить его здесь означает дать пищу злословию, особенно еще и потому, что он отказал лорду Экерли в моей руке. Руперт — хороший малый, как вы уже наверняка поняли.

— Разумеется, он может пожить у меня, — кивнул виконт.

— Спасибо, «прелестный», — лукаво усмехнулась Аллегра. — А теперь я иду выбирать наряд для сегодняшнего вечера. Господи, что за невыносимо тоскливое место этот «Олмэкс», несмотря на всю его претенциозность! Обстановка ужасная, паркет плохо натерт, об ужине и упоминать не стоит — правда, туда ходят не для того, чтобы есть, а показать себя.

Послав всем поцелуй, она удалилась.

— Ее поведение иногда бывает просто возмутительным, — пролепетала леди Эббот. — Не знаю, что вы можете о ней подумать, Октавиан.

— По-моему, она очаровательна, мадам, — поспешил заверить пожилую леди виконт. — И раз Сирена так его любит, значит, и для меня она хороша.

Предмет их беседы впорхнул в спальню, где уже сидела горничная Онор, подшивая отпоровшийся подол.

— Что мы сегодня наденем? — с порога спросила Аллегра.

— Это так важно? — удивилась Онор.

— Очень! Невероятно!

— О, мисс, расскажите, в чем дело? — взмолилась горничная.

— Еще рано. Но скоро, Онор, скоро все узнаешь.

Горничная отложила шитье и поднялась.

— Есть одно чудесное платье, которое вы еще ни разу не надевали. — Она подбежала к гардеробу и, порывшись в нем, нашла то, что искала. — Вот смотрите!

Аллегра одобрительно кивнула. Платье с завышенной талией было сшито из «смятого» шелка с широкими розово-кремовыми полосками. Рукава украшали пышные кружевные воланы. Круглый вырез был достаточно низким.

— Мы можем сорвать в саду пунцовые розы в вашу прическу, мисс, — предложила Онор. — И вы наденете ту красивую розовую камею на золотой цепочке, что подарил вам отец, а к ней — жемчужные серьги.

— Мне нужно принять ванну, — решила Аллегра.

— Это правда, что леди Сирена выходит за красавчика виконта, который ухаживал за ней весь сезон? — допытывалась Онор, вновь вешая платье на место.

— Откуда слуги так быстро все узнают? — развеселилась Аллегра. — Меня всегда это поражало.

— Дамарис была в комнате ее милости, когда туда пришли леди Сирена и ее ухажер. Она сразу же обо всем мне рассказала. Вернее, похвасталась. Иногда она слишком нос задирает, эта Дамарис.

— Погоди, скоро и ты будешь мной гордиться, — пообещала Аллегра.

Еще не было десяти, когда они отправились в «Олмэкс» на Кинг-стрит. Как отметила ранее Аллегра, это заведение ничем особенным не выделялось, но для дебютанток считалось обязательным получить туда доступ и заслужить одобрение дам-патронесс. Оно было основано в 1765 году мистером Макколлом, для которого важнее всего была исключительность, так что клуб действительно стал местом для избранных. Во время сезона балы давались по средам. Здесь даже разрешалась игра в карты по маленькой.