Чтение онлайн

Кларинда не произнесла ни слова, и Молл продолжала:

— Все привозится из Лондона, и слуги тоже. Им завязывают глаза, чтобы они не знали дороги сюда. Но, если это даже и так, я готова поспорить, что у них уже есть одна-две лазейки, которые когда-нибудь очень могут пригодиться.

После того, как девушка полностью обнажилась, Молл накинула на нее длинный белый хитон, сшитый из тончайшего шелка, и Кларинда растерянно обнаружила, что этот наряд практически не прикрыл ее наготы.

Молл повязала золотой лентой талию девушки, а затем, распустив волосы пылающим шелковым облаком, спадающим на плечи и спину, обвила золотой лентой ее лоб.

— Прекрасные у тебя волосы, милочка, — воскликнула Молл. — Было время, я могла сидеть на своих, хотя они и не были такого чудного цвета, как твои. Но это было так давно…

— Почему… вы делаете… это? — спросила Кларинда, уловив что-то печальное и человечное в голосе женщины.

Губы Молл скривились в вымученную улыбку.

— Деньги! Какая еще причина может заставить женщину моего возраста заниматься подобными вещами? Чем старше становишься, тем ниже опускаешься. Вот что делает чересчур долгая жизнь с женщиной, которая когда-то была способна пленять самых изысканных джентльменов из Сент-Джеймского клуба.

Горько усмехнувшись, она продолжала:

— Грустить особенно нечего, мне осталось лишь несколько лет.

— Подумайте о тех деньгах, которые я могу заплатить вам, — сказала Кларинда, делая последнюю попытку спастись. — Вы сможете безбедно прожить на них остаток жизни, не имея нужды бывать в местах, подобных… этому. Вы сможете иметь собственный дом. Обрести покой и уют, почтенную старость.

Увидев, что Молл заколебалась, Кларинда настойчиво зашептала:

— Разве не найдется здесь джентльмена, готового помочь мне? Джентльмена, нуждающегося в деньгах?

— Я сама как раз об этом думала, — ответила аббатиса. — Но видишь ли, милочка, я не знаю, кто есть кто. Они носят маски, так как не желают быть узнанными. Конечно, я знаю мистера Вернона, потому что именно он нанял меня. Знаю сэра Джеральда, он — завсегдатай дома терпимости, в котором я работаю. Но остальные! Возможно, я и встречала их, но когда они в этих рясах и масках, они все выглядят одинаково. Большинство из них достаточно богаты, чтобы не нуждаться в деньгах, остальные предпочтут захватывающее удовольствие провести сегодняшний вечер здесь чему бы то ни было, что вы предложите им в качестве компенсации.

— Я… понимаю, — произнесла Кларинда, и ее голос стал мертвым, словно у нее отобрали остаток надежды.

Девушке показалось, что и Молл стряхнула с себя овладевшие ею мечты.

— А выглядишь ты прелестно, — сказала она. — Одно могу сказать, в клубе еще не было Венеры, которая бы выглядела такой же прекрасной, как ты.

— Что происходит с… ними… потом? — запинаясь пробормотала Кларинда.

— Эти вопросы не помогут тебе, — резко ответила Молл.

— На какие вопросы она хочет узнать ответ? — спросил мужской голос, и обе женщины вздрогнули, увидев Николаса, выходящего из-за занавески.

Он кажется невероятно зловещим, подумала Кларинда, в монашеской рясе кроваво-красного цвета, с опущенным на лицо капюшоном и горящими адским огнем, сквозь прорези маски, глазами.

— Идем, — сказал он, — зал полон, банкет начинается. Братья должны иметь возможность взглянуть на красоту Венеры, через чью невинность на нас сегодня снизойдет наш Повелитель.

Николас протянул руку, и лишь нечеловеческим усилием воли Кларинда заставила себя вложить свои холодные пальцы в его ладонь.

Ей захотелось еще раз воззвать к милосердию Николаса, но в свете свечей, освещавших комнату для переодеваний, девушка разглядела, что его зрачки неестественно расширены. Черные как уголь, они смотрели сквозь нее, и Кларинда догадалась без чужих слов, что Николас уже принял какое-то снадобье.

Взывать к его милосердию бесполезно, подумала девушка, и ее сердце обратилось к молитвам.

— Помоги мне… Боже… помоги мне, — молилась она, чувствуя, что это может придать ей силы, а не крики, не бесполезные попытки убежать.

«Я должна сохранить голову ясной и найти силы убить себя», — подумала девушка.

Николас двинулся вперед и вытащил ее из комнаты для переодеваний в коридор.

Они стали спускаться еще ниже в недра земли, и внезапно перед ними открылся просторный банкетный зал. Он был почти круглым, очень большого диаметра. Стены, как и в коридоре, завешаны красным бархатом, в железных канделябрах горели толстые свечи. По периметру вдоль стен находились ложи, а в самих стенах — завешанные шторами альковы.

В центре зала стояли столы, с серебряными приборами и хрустальной посудой, застланные ажурными скатертями, и лакеи в напудренных париках и шитых золотом ливреях разносили блюда, разливали вина и обслуживали гостей, рассаживающихся вокруг столов, каждый рядом с женщиной.

Кларинда заметила, что многие монашки уже успели скинуть свои рясы и покрывала. Их распущенные волосы, в большинстве случаев, оставались единственным прикрытием наготы.

Шум голосов и раскаты смеха при появлении Николаса и Кларинды смолкли, и наступила неожиданная тишина.

Присутствующие поднялись со своих мест, и Николас с девушкой прошли в центр пещеры к алтарю, который, как увидела Кларинда, располагался справа от коридора под высокой аркой, испещренной магическими символами.

Ей не надо было смотреть на огромное перевернутое распятие, на высокие черные свечи и белые мраморные плиты алтаря, длиной и шириной как раз достаточные для того, чтобы на них поместилось обнаженное женское тело. Девушка слишком хорошо знала, что ее ожидает!

Затем она увидела, что на вершине шести широких ступеней, ведущих к алтарю, стояло позолоченное кресло, подобие трона, на котором, видимо, она должна была сидеть до начала мессы.

Медленно, среди абсолютной тишины, Николас подвел Кларинду к трону.

Девушка старалась не замечать жадных взглядов, которые бросали мужчины в масках на ее наготу, лишь частично прикрытую белым хитоном. Она старалась молиться, старалась не думать о стоящем впереди обращенном головой вниз распятии, старалась помнить, что все зло в этом месте порождается не чем-то сверхъестественным, а лишь умами и сердцами собравшихся.

Когда Кларинда, наконец, уселась на предназначенный ей трон, Николас насмешливо поклонился.