Чтение онлайн

Решаю отделаться коротким объяснением, чтобы не устраивать сцену на улице. Резко торможу на ступеньках и парень чуть не сбивает меня с ног.

— Срочная командировка. Нужно присутствовать на важном деловом мероприятии. Меня не будет пару дней.

— Чушь какая-то. Зачем обычному фотографу быть на такой встрече?

— Это моя работа, Мэттью! Не будь болваном и возвращайся домой.

Разумеется, он меня не слушает и продолжает следовать по пятам. Оказавшись на улице, он вновь собирается что-то сказать, как вдруг его глаза фокусируются на чем-то позади меня, а лицо искажает злая гримаса. Мне даже не требуется оборачиваться, чтобы понять причину подобной реакции.

— Он за всеми своими сотрудниками присылает личного водителя?

Этот вопрос смущает меня больше, чем хотелось бы, ведь я и сама не знаю ответа. Делает ли Браун это для кого-то еще? Может, для Джейсона? Но тот его друг, к тому же не последний человек в компании. Зачем же так беспокоиться обо мне?

Мэтту не нравится мое молчание и он явно трактует его по своему, что не делает сложившуюся ситуацию лучше.

— Что у вас с ним? – серьезно спрашивает он.

— Ничего, – честно отвечаю я.

“К сожалению”.

— Не лги мне, Элисон. Я же вижу, он тебе не безразличен.

Не в силах смотреть ему в глаза, принимаюсь разглядывать трещины в асфальте.

— Ты не должна ему верить. Он наиграется с тобой и забудет об этом через неделю. Таких мужчин не интересует серьезные отношения, тем более с девушками вроде тебя.

Эти слова бьют наотмашь. Мэтт собственноручно вонзил нож в самое уязвимое место.

— Ого, вау, – проглотив ком в горле, обращаюсь к нему я. — Спасибо, что напомнил о моем истинном положении в этом мире, а то мне как-то слишком легко жить стало, даже не знала, как вернуться с небес на землю.

— Прекрати, Элисон. Ты же понимаешь, что я хотел сказать.

— Да, – искренне соглашаюсь я. — Понимаю. Что мне не следует жить повинуясь собственным желаниям и держаться как можно ближе к тебе, чтобы ты мог дальше играть роль спасителя бедной, несчастной Элли. Ведь ты единственный знаешь, как для меня будет лучше.

Слезы застилают глаза, но я не даю им воли. Только не в эту секунду.

— Я всю жизнь жила по чужой указке, слушая речи о том, какая я никчемная, а теперь ты смеешь поступать со мной также? Серьезно?

Мэтту не нравится слушать гневные речи и он сразу же ощетинивается, переходя в наступление.

— Ты переворачиваешь все с ног на голову! Мне просто нужно донести до тебя, что вы из разных миров и ему таких как ты всегда будет мало! Подобные интрижки для него ничего не значат, а вот тебе это разобьет сердце.

— Пусть так, но не тебе принимать решение о том, как мне жить. Я сама выбираю кого любить и в каком из миров жить, – бесцветным тоном отвечаю ему и направляюсь к заждавшемуся водителю.

— Не уезжай, – раздается голос за спиной. — Останься со мной.

Вот только это не просьба и я отчетливо слышу повелительные нотки в голосе. А приказам я не подчиняюсь. Больше нет.

“Вот тебе и без сцен на улице”– проносится в голове мысль, вгоняя меня в краску.

Не сбавляя шага, подхожу к машине и подаю знак Грегу, чтобы тот оставался за рулем. Я вполне способна сама открыть себе дверцу. Не думала, что когда нибудь испытаю облегчение, оказавшись внутри знакомого кожаного салона. Длится это ровно полторы секунды, пока я не замечаю Колтона Брауна на своем привычном месте.

От неожиданности я подпрыгиваю на сидении.

— Боже, ты…вы…до чертиков меня напугали, – прижимаю руку к груди, где бешено бьется сердце.

— Тебе не кажется использование подобных сравнений в одном предложении с Богом некоторым богохульством? – интересуется Браун с легкой скукой в голосе.

Как мило, что он остается таким набожным и при этом почти доводит людей до инфаркта. Что он вообще здесь делает?

— Почему вы здесь? – слетает с моих губ раньше, чем я успеваю себя остановить.

В полумраке автомобиля раздается тихий смешок.

— Когда я проверял в последний раз, то эта машина все еще была моей, также как и водитель. Или у тебя есть другая информация? – отвечает он вопросом на вопрос.

— Джейсон сказал, что Грегори заедет за мной. Я не ожидала увидеть вас здесь.

Вязкое напряжение растекается по салону словно деготь, ведь мы оба знаем причину моего удивления. После событий сегодняшнего дня нам следует держаться друг от друга подальше. Мне так уж точно, если не хочу униженной собирать осколки собственного сердца.

Время в дороге до аэропорта тянется ужасно медленно в гнетущем молчании, которое ни один из нас не решается нарушить. На удивление, босс не занят очередными бумагами, а лишь задумчиво погружен в свои мысли. Я же молчу ради собственной безопасности. Неизвестно что выльется из моего рта, если надумаю с ним заговорить. В последний раз я оказалась прижатой к стене с задранной юбкой. Жар приливает к щекам, но к счастью при таком освещении этого не видно.

Откидываюсь на спинку сидения в надежде хоть как-то ослабить напряжение. Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох. Знакомый запах кожи и бергамота наполняют легкие. Ожидаемой реакции тела не наступает и я слегка теряюсь. Что-то не так. Уже медленее я вновь делаю несколько вдохов до тех пор, пока обоняние не улавливает другой аромат.

Более терпкий, сладкий. Напоминает ваниль. И тут я вспоминаю о пассажире, который был в этом салоне всего несколько часов назад. Вернее сказать, о пассажирке. Сердце сжимают болезненные тиски.

В стремлении отвлечься от подобных размышлений достаю из дорожной сумки камеру и принимаюсь разбирать последние снимки в галерее.

— Новая? – прорезает тишину сдержанный голос Брауна.

До меня не сразу доходит, что он спрашивает о камере.

— Да, – нерешительно отвечаю я. — Подарок друга.

— Вот как. Тебе нравится?

— Она потрясающая. Прошлая тоже была хорошей, но с этой не сравнится, – восхищенно отзываюсь, не в силах сдержаться.

Мужчина молчит какое-то время и я уже начинаю думать, что он пожалел о том, что заговорил первым, как вдруг он просит разрешения посмотреть мои работы.

Сбитая с толку этим порывом замираю в нерешительности. Обычно я показываю только уже отобранный материал и в основном заказчикам. Позволять Брауну копаться в произвольном потоке фотографий кажется мне слишком личным, сродни тому, что дать ему листать собственный дневник. Несмотря на это, в глубине души мне хочется поделиться с ним чем-то сокровенным.