Чтение онлайн

– Речь шла о наследстве. Как я поняла, он требовал, чтобы она нашла возможность отсудить хотя бы часть у наследницы. И, по-моему, Николь запрещала ему забирать какие-то ценности.

– Можно понять, как разочарован этот господин. Женитьба на Николь обещала ему огромное состояние. Шикарный дом, яхты, самые дорогие автомобили и все остальное, что можно купить за деньги, а в результате хоть и ценная, но всего лишь библиотека. Вот он и срывает зло на беззащитной девушке. Ведь Николь всего лишь девятнадцать лет. Она выглядит старше, потому что всегда одета в серые, невыразительные платья и прическа ей прибавляет еще лет пять.

– Честно говоря, мне показалось, что ей лет двадцать пять – двадцать шесть, – удивилась Николь. – Бедняжка. Ты считаешь, она любит его? Что ей мешает порвать с этим грубияном?

– Все не так просто. Николь сирота. Ей некуда идти. Слуги рассказывали, что Генри Торнвилл подобрал ее десять лет назад на улице в Париже – девочка сбежала от приемных родителей и замерзала в какой-то подворотне. Как он на нее наткнулся, неизвестно. Но, видимо, не зачерствела душа у Генри Торнвилла, если он подобрал ребенка и воспитал как родную дочь. Она очень его любила и всегда старалась скрасить ему одиночество. Так по крайней мере говорят слуги, проработавшие в доме немало лет. Они очень любят девочку и страшно переживают из-за ее предстоящего брака, но что эти люди могут поделать? Генри Торнвиллу очень не нравился жених Николь, и, если бы он остался жив, вряд ли бы этот брак состоялся. Говорят, именно из-за этого он переписал завещание и практически лишил Николь наследства. Этот Сидфорд буквально околдовал Николь. Обычно такая послушная девушка вдруг решила пойти наперекор Генри Торнвиллу и настаивала на том, что хочет выйти замуж только за этого мерзавца.

– Да, интересно. Он, конечно, внешне достаточно привлекательный мужчина, но ведет себя не как джентльмен. Неужели она его настолько любит, что не видит этого? – заметила Сибил.

– Наверное, не видит или не хочет видеть, – вздохнул Патрик.

Погруженные в свои мысли, молодые люди продолжали работать. Незаметно наступил вечер, и, когда Сибил опомнилась, на часах было уже восемь. Опасаясь, что Патрик станет настаивать на том, чтобы проводить ее, она решила остаться ночевать в доме. В первый ее визит Николь показала комнату для гостей, где Сибил могла заночевать, когда пожелает. Она попрощалась с Патриком и направилась туда. Комната была очень уютной. Стены, окрашенные в нежно-оливковый цвет, прекрасно гармонировали с кремовыми шторами и покрывалом на широкой кровати красного дерева с резным изголовьем с инкрустацией. В таком стиле была выдержана почти вся мебель в этом доме. На большом трюмо лежали разнообразные щетки и расчески с ручками из слоновой кости, украшенными золотыми вензелями. Все в комнате дышало роскошью, начиная от чудесного мягкого ковра на полу до специальных баночек с золотыми крышками в ванной для лепестков роз, жасмина и еще каких-то цветов. Сибил сама увлекалась различными ароматическими солями для ванн, но такое изобилие ей приходилось видеть разве что в магазине. Все в этом доме говорило о заботливых женских руках, именно женских, потому что вряд ли даже самый хозяйственный мужчина станет уделять внимание таким мелочам, как лепестки роз или жасмина. А уж Сибил по роду своей деятельности разбиралась в этом. И, конечно, руки эти принадлежали Николь.

Сибил с каждой минутой испытывала все большую симпатию к этой девушке. Но пока она ничем не могла ей помочь.

Наполнив ванну до краев, она выбрала ароматическую соль и бросила в воду горсть лепестков. Ч

Несмотря на усталость, заснуть ей никак не удавалось. Сибил решила взять какую-нибудь книгу из библиотеки, чтобы почитать перед сном. Недолго думая, она накинула халат и отправилась за книгой. Проходя мимо кабинета, Сибил, к своему удивлению, услышала голос Патрика, который гневно говорил:

– Вы не имеете права так обращаться с девушкой! Зачем вы заставляете ее страдать? В чем она провинилась перед вами?

– А твое какое дело? Что ты суешь свой нос в чужие дела? Мы с ней сами разберемся, без помощников, – ответил голос Роберта Сидфорда.

– Чего вы хотите добиться? Со дня на день все имущество перейдет к Сибил Элиот. Она уже не раз появлялась в этом доме. Почему вы не женитесь на Николь? Ведь ей некуда идти, – говорил Патрик.

– Я еще раз повторяю, это не твое дело. У нее есть библиотека, пусть продает книги, они достаточно ценные, вполне хватит на недорогое жилье. Мне нищая жена не нужна, – усмехаясь ответил Сидфорд.

– Какого черта тогда вы здесь делаете?! Скажите Николь то, что вы только что сказали мне, и вопрос будет решен! – воскликнул Патрик.

– Попробуй только ей что-нибудь сболтнуть! Я найду способ тебя наказать. Она меня любит и поверит мне, что бы ты там ни наговорил.

– Неужели вам ее не жалко?! Она ведь так молода и беззащитна, – попытался воззвать к его совести Патрик.

– Ах, я сейчас заплачу. Пусть думает, как не отдать наследство Сибил Элиот, тогда можно будет говорить о браке. Слушай, ты пожалеешь, если не прекратишь лезть в наши отношения! Последний раз предупреждаю. И вообще, для чего ты явился среди ночи?

– Я пришел в такой час, чтобы застать вас дома, – ответил Патрик.

Послышались шаги, и Сибил поспешно спряталась за выступом. Она увидела, как по лестнице спустилась Николь. Услышав голоса, девушка остановилась.

У Сибил душа ушла в пятки. Не хватало еще, чтобы ее обнаружили прячущейся в такой час в темном коридоре. Она буквально перестала дышать, но Николь была слишком хорошо воспитана, чтобы подслушивать под дверями, поэтому она просто отправилась дальше, видимо на кухню. Сибил перевела дух и, забыв о книге, поспешно вернулась в свою комнату. Забравшись в постель и успев только удивиться, что ее уже несколько раз видели в этом доме, она, видимо из-за перенесенного стресса, сразу уснула.

Утром, едва проснувшись, она вспомнила о вчерашнем происшествии. Интересно, как это Патрик решился так разговаривать с Робертом Сидфордом? Ведь тот совершенно прав: стоит ему только пожаловаться – и Николь, не задумываясь ни на минуту, выгонит Патрика из дому. А его слова о том, что Сибил Элиот уже несколько раз приходила в этот дом?! Прямо мистика какая-то!

В дверь постучали. Это была Энн, молоденькая служанка. Она сказала, что завтрак готов, и пригласила Сибил в столовую. Та поблагодарила ее и ответила, что сейчас придет. Быстро одевшись, Сибил спустилась вниз. За столом сидели Николь и ее жених. Николь была грустна, а Роберт Сидфорд с брезгливым выражением лица ковырялся в тарелке.

Сибил поздоровалась. Николь улыбнулась и приветливо ответила. Роберт лишь едва заметно кивнул головой. Чувствуя себя очень неловко, Сибил быстро выпила чашку кофе с тостом и поспешила в библиотеку.

Патрик уже был там.

– Привет. Как настроение? – спросил он.

– Да так себе, – вяло ответила Сибил.

– Наверное, тебе надо взять выходной. Кроме шуток, давай проведем день вместе. Сходим на пляж, погуляем, – предложил Патрик.

– А что, это идея. Знаешь, я никогда не была в Ботаническом саду. Очень хочется посмотреть коллекцию орхидей. Согласен? – оживилась Сибил.

– Конечно.

– Значит, решено. Сегодня предупредим Николь, и завтра целый день посвятим отдыху. А сейчас за работу.

До двух часов молодые люди работали не покладая рук. В столовой во время обеда Патрик предупредил Николь, что завтра они берут выходной. Та была погружена в свои невеселые мысли и только сказала:

– Да-да, конечно.

Сибил видела, что Николь расстроена. Ей очень хотелось поддержать ее, но, как это сделать, она не знала. И все-таки Сибил после обеда подошла к девушке и спросила:

– У вас что-то случилось? Я вижу, что вы едва сдерживаете слезы.

– Нет, что вы. Спасибо за внимание, все в порядке, – тихо ответила Николь и вышла из столовой.

Сибил покачала головой и направилась в библиотеку. Патрик уже работал, аккуратно укладывая внесенные в каталог книги в ящики.

– Что это с Николь? – спросила Сибил. – Она такая грустная.

– Похоже, ее жених не ночевал дома. Вчера поздно вечером уехал и вернулся только к завтраку. Мне рассказал Джералд.

У Сибил просто язык чесался сказать, что она вчера вечером слышала часть его разговора с Робертом Сидфордом, но она вовремя прикусила его. Еще не время раскрывать себя.