Чтение онлайн

— Ты не возражаешь, если сегодня вечером с нами пойдут Адам и Нина? — спросил Брэд.

— Больше народу - веселее.

Адам только что начал встречаться с девушкой из колледжа. Насколько я знаю, это была его первая девушка. Мы с Брэдом были вместе в течение десяти месяцев, и это был первый раз, когда у нас было двойное свидание с Адамом.

Они встретили нас около магазина конфет на Мэйн-стрит. У Нины были вьющиеся светлые волосы, одета она была в узкие джинсы и красную рубашку с длинными рукавами, а в руке держала сумочку Coach.

Адам же держал в руках белый пакет. На нем были джинсы и рубашка с пуговицами, его каштановые волосы были длинными и стильно уложенными. Он хорошо смотрелся с девушкой рядом с ним. Тогда как обычно был в нашей компании третьим колесом.

Я представилась Нине и сделала комплимент ее лакированным кожаным туфлям. Она сказала, что ей нравится мой топ. На нем было изображение Мэтью Макконахи в стиле поп-арт.

Потом мы отправились в китайский ресторан. Мы собирались поужинать, а затем пойти в кино. Когда мы шли и разговаривали, Адам вручил мне белый пакет. Я открыла его и увидела ассорти из моих любимых конфет. Достала конфету с карамелью, которая мне очень нравилась, и отдала ему пакет обратно.

Он поднял руку вверх.

— Они для тебя, — сказал он. Я удивленно улыбнулась, а затем Адам добавил: — Нина не ест шоколад.

Я открыла пакет и предложила ему угоститься. Он взял две конфеты.

Брэд пытался залезть рукой в пакет, но я быстренько закрыла его.

— Адам купил их для меня, кроме того, он взял себе парочку.

Адам рассмеялся от выражения лица Брэда.

— Чувак, ты нашел единственную девушку, которая ест конфеты на обед.

Брэд начал смеяться.

— И друга, который потакает ее безумию.

Это было веселое и беззаботное время, каким оно и должно быть в средней школе. В выходные дни у меня был класс танцев и постоянная работа няней. Брэд трудился в CVS, а когда был свободен, работал над своим портфолио по искусству. Мы ходили на пивные и домашние вечеринки, школьные танцы и клубы. Смотрели фильмы в его подвале и парковали машину в лесу, когда говорили, что идем в торговый центр. Он рисовал на всех моих тетрадях, а я до бесконечности выводила наши имена. Это была типичная школьная любовь.

Не могу вспомнить, когда все устремилось вниз. Невозможно было уловить тот момент. Оглядываясь назад, я спрашиваю саму себя: сколько признаков я проигнорировала.

— Детка, я не хочу быть грубой, но ты в порядке? — пятнадцать минут назад я пришла в дом Брэда. Лежа на животе, перелистывая журнал, я ждала, когда он выйдет из уборной.

— У меня живот ноет. Скоро выйду, — сказал он через дверь в ванную.

Я вернулась к чтению статьи о том, как разобрать на части бомбу. Мужские журналы были такими глупыми. И тут слабый щелчок привлек мое внимание.

— Ты там пользуешься зажигалкой? — прокричала я.

— Зажигаю свечку.

Я замолчала.

— Прости, что спросила.

Закрыв журнал, подошла к его столу. Его портфолио было открыто - шедевр усердной работы и самоотверженности. Он мастерски рисовал портреты людей. Добрая улыбка его мамы украсила одну страницу, а задумчивый взгляд Адама всякий раз, когда он пытался что-то понять, был на другой.

Брэд рисовал случайных людей, которых видел в городе. Он не любил рисовать детей, отдавая предпочтение пожилым людям, улавливая их настроение угольным карандашом. Я подняла один с изображением пожилой женщины. Она сидела в закусочной с чашкой кофе и улыбалась. В руках у нее была карта Кено, а на экране телевизора перед ней горели выигрышные номера.

Когда дверь ванной открылась, Брэд вышел, выглядя красивым, как и всегда. Он подошел ко мне и поцеловал меня. Я притянула его ближе, наслаждаясь его присутствием. Он пах как кожа, хотя на нем не было куртки. Очень мужественный запах.

— Хочешь пойти в мой подвал? — спросил он.

Я подмигнула ему.

— Посмотреть фильм или дать волю рукам? Потому что я определенно открыта для обоих вариантов.

Он поцеловал меня.

— И то и другое.

Мы спустились в его подвал и включили фильм. Примерно в десять часов, я отключилась, и около двух проснулась, очень и очень злая.

— Мои родители убьют меня, — сказала я, подскочив и смотря на время.

Телевизор был включен, и шел рекламный ролик. Брэда не было в комнате.

В доме было темно, все закрыто на ночь. Я поискала его на первом этаже, но его там не было. А потом поднялась наверх, стараясь не разбудить его родителей.

Свет в спальне Брэда горел. Я толкнула дверь и увидела, что он сидит за столом, а его руки покрыты черной пылью. Он рисовал.

— Ты позволил мне проспать комендантский час, — я была раздражена.

Не похоже, чтобы он тоже отключился. Была середина ночи, и он сидел там, лихорадочно рисуя, словно сейчас было два часа дня.

Он повернулся ко мне, выражение лица было спокойным.

— Мне очень жаль. Я смотрел на твои губы, а потом пришел сюда, чтобы изобразить их на бумаге.

На столе лежала тонна бумаги с моими портретами. Даже худшие из них были великолепными.

— Ты должен отвезти меня домой, — потребовала я.

Он не спешил так, как я, но он все понял, так что поднял свою задницу, чтобы отвезти меня домой.

— Не могу поверить, что ты позволил мне заснуть, — сказала я, когда мы проезжали по улицам.

У меня была кучу пропущенных звонков от мамы. Я позвонила ей, чтобы она знала, что я заснула. Должно быть, это совсем не успокоило ее, потому что, когда мы подъехали, она ждала на передних ступенях, рукой теребя ожерелье на шее.