Чтение онлайн

– Не переживай, Даг.- Олла усадила меня на лавку.
– В твоей деревне нынче будет Исправленный. Мы в лесу нашли потерявшегося мальчика, Эрод отвез его на острова, там ему подправили кровь и тело, и теперь он один из нас. Не переживай, он справится. Ты вот был на две зимы младше, когда мы нашли тебя у Черного дола, но тогда мы еще не могли править уже рожденных.

– Я могу попросить, и тебя подправят. Хотя с взрослыми это сложнее, но все же можно. Будешь жить в своей деревне, спасать людей. Нет? Я так и думала.

Меня кормили. Поили. Провожали до горячего источника, но я так и не смог понять где я.

Была зима, это точно, прошло несколько пиков, и ко мне снова зашла Олла.

– Знаешь, он хорошо справляется, это мальчик.

Так продолжалось всю зиму. Она заходила через день-два и рассказывала, как Исправленный следит за моей деревней. А я сердцем чувствовал лишь боль и пустоту. Иногда она роняла слова и фразы, намеренно, специально, чтобы я мог собирать их как мозаику. И ждала, ждала, как быстро я брошу ей в лицо обвинения. А я все не верил, отказывался верить. Хотя чего уж тут увиливать, я сидел в плену просто за то... Просто за то, что спас людей и нашел Сердце-долину. Мозаика складывалась так, что становилось тошно.

Иномирцы прилетели к нам со своей Земли, где только птицы умеют ходить теми путями, что ходим мы.

Сначала они жили только на южных островах, но больше - на небе.

Потом случилась Потеря Пути

А после иномирцы стали появляться везде под предлогом помощи, хотя жили якобы по прежнему на островах.

Сердца-долины и наши пути они нашли, но открытиями делится не спешили.

Дороги опутывались проводами и поселения тоже, совсем как на картинках иномирцев.

– Их не устраивает наш мир.
– как-то сказал я ей.

– Верно, - сказала Олла.
– Продолжай, мне интересны твои мысли.

Она не лукавила, ей и впрямь было интересно. Я чувствовал, что она говорила правду.

– Они не выносят наше магнитное поле, и воспользовались Потерей Пути, чтобы захватить Сердца-Долины и устроиться у нас поудобнее, построить свои города, заставить нас жить так, как они.

– Да лет через двести вы все захотите жить так, как они - сказала она.
– Но в одном ты ошибаешься, Даг. Они не пользовались Потерей Пути. Они создали ее. Ты прав, им тяжело в нашем магнитном поле, но выбора у них нет - их Земля погибла. Сначала они обосновались на островах. Кстати, знаешь почему? На экваторе... ах, ты не знаешь что это... где теплее, там слабее магнитное поле. Им почти хорошо. Было хорошо поначалу. А лет через двадцать выяснилось, что магнитное все-таки влияет на их тела. Болели сердца, даже дети стали рождаться нездоровыми. Тогда они перебрались обратно на станции, и стали думать. И они запустили в небо импульсные гасители, которые подправили магнитное поле.

– Почему..
– Я откашлялся.
– почему они не изменили себя, как сделали Исправленные?

– О!
– она мило улыбнулась.
– Это интересный вопрос. Наверное, потому что они - не мы. Кто-то меняет себя, а кто-то меняет мир.

– На сегодня хватит.
– мило улыбнулась она, коснулась моего лба своей горячей рукой и ушла, забирая с собой поднос с пустой посудой.

Я снова остался один и с грустью смотрел на падающий за окном снег. Мне не хотелось больше ни о чем говорить. Но почему-то, когда Олла приходила, я каждый раз не мог удержаться и снова попадал под ее обаяние.

После одного, особенно длительного и вкрадчиво-убедительного рассказа, о том, что пусть из-за землян произошла Потеря Пути, но они строят города и дороги для вас, простых людей из деревень и помогают вам. И вообще, везде создается собственное электромагнитное поле, гасящее пики, и используется для этого камни и металл из глубин Сердце-долин, я не выдержал и спросил:

– Почему ты мне все это рассказываешь?

– Ну, если я хочу сделать тебя Исправленным, мне надо объяснить тебе природу пиков.
– Улыбнулась она. Кроме того, надо подождать, надо предварительно перестроить твой метаболизм. Вот еще полгодика поешь нашу пищу, отвезем тебя на острова. Там исправят тебе кровь, и снова пойдешь в вашу деревню, дедов по сугробам спасть.

После этого разговора я не спал всю ночь.

Чего я не хотел, так это говорить про свой народ "вы". Я всегда говорил "мы", "мы живем в этом мире", но не "вы потеряли путь"

И еще я понял с ее слов, почему только некоторые Сердце-долины "находили": из остальных добывали металл, который гасил пики, и из которого сделали гасители. Те самые, которые мотались по небу и чье действие земляне якобы не моги уже отменить, предпочитая менять нас.

Как было все просто раньше! Я хотел снова оказаться в заснеженном лесу, обнять мохнача Сая и идти, молча и сосредоточенно, и знать, что в конце пути я спасу кого-то.

Думая так, я рассчитывал варианты. Побег был хорошей идей, но невозможной. Без оружия с Оллой мне не справится, да и не одна она здесь. Горько становилось от того, что я понимал поступок Маиса. Остаться, прикрыть путь. Гроше было сознавать, что и мне придется поступить так же, еще хуже от того, что не уберег Раива.

Я двигал лежанку на середину комнаты, прямо под лампу висящую на потолке. Пояс, потолок, край лавки - это все, что мне оставалось.

Но я не успел. Чьи-то руки сдернули меня, связали этим же ремнём, и я увидел над собой Оллу.

– Это значит "нет", верно, Даг?

Очнулся я в летящем аппарате. Управлял им незнакомый мне мужчина, но Олла сидела рядом.

– К тебе с добром, знаешь ли. А ты...

– Почему?
– пробормотал я пересохшими губами

– Что почему?

– Почему они сделали это? Почему вы с ними?

– О, это тебе надо было спросить сразу.
– улыбнулась она.
– Просто они это могут. Им это позволено, позволено менять миры, а вам нет.

– Кем позволено?- выдохнул я.

– Их собственной совестью. Они свободны менять миры, - повторила она, - а вы как перелетные птички с место на место, тысячи лет и никакого развития. Ну да это не важно.
– Летная машина остановилась.
– Мы прилетели. Прощай, Даг.

– Ты же всегда любил ходить в одиночестве?

Я остался стоять в снегу и смотрел, как улетает вверх и вправо машина. У меня не было топора, не было пояса, не было ничего, кроме одежды, в общем-то не слишком теплой.

Я прислушался к собственным ощущениям: где-то далеко я "слышал" голос человека. И двинулся вперед.

Только сделав первые шаги я заметил, как ярко светит мне зимнее небо. Так ярко, что надо бежать. Найти то место, что называли мы домом. Пик накрыл меня на поляне, и даже успей я дойти до деревьев, веревки у меня не было. Чувство правильного пути - последнее, что я помню.

Но знаю, что между последним воспоминанием и сознанием был обрыв, и глубокая горная река, и ещё было жаль от того, что потерял путь.

А потом - бесконечное чувство полета над миром. И бесконечная печаль, как у многих других душ, наблюдавших, как земляне изменяли наш мир так, чтобы он не отличался от их погибшего мира. До тех пор, пока все не стали землянами. Даже Исправленные, заигравшись в помощь, оказались выброшены землянами далеко в горы, одичали и стали просто снежными людьми.