Чтение онлайн

Не сдержав свои порывы, целую бабушку в щёку и, крепко обняв, бегу к авто. Взбираюсь на переднее сиденье, ловлю очередной недобрый взгляд. Господи, сколько можно беситься-то! По любому поводу!

Саид резко выруливает со двора и давит на газ. Приходится пристегнуться, потому что страшно: дорога неровная и просёлочная.

Выехав на нормальную трассу, мужчина сбрасывает скорость и закуривает. Я же, чтобы заполнить давящую тишину, тянусь к магнитоле и настраиваю музыку.

— Ты удивила меня, — замечает Валиев, бросая быстрый взгляд.

— Чем?

— Тем, что помогала женщинам. Ты не обязана, и это не входит в наше соглашение.

— Мне несложно в такой тяжёлый для семьи момент помочь. И потом, ты же не привёл меня в гости. Ты стоял весь день на ногах, встречал гостей и почивал их. Я, как твоя невеста, пусть и фальшивая, не имела права отсиживаться без дела, — пожимаю плечами.

Саид смотрит слишком пристально, и в тёмных глазах появляется какая-то новая эмоция. Что-то очень похожее на удивление вперемешку с одобрением.

— Тебе лучше следить за дорогой, — бормочу, почему-то смущаясь этих новых взглядов.

Мужчина съезжает к обочине, отстёгивает мой ремень безопасности и за шею тянет на себя. Успеваю выставить руки на плечи, и меня просто сметает Валиевская страсть.

— Саид. Ну, Саид, — бормочу, ёрзая от интимных прикосновений. Его ладони давно пробрались под подол. Да и платье на талии болтается. — Ты бы до гостиницы хотя бы доехал. Тут жутко неудобно. Ай!

Вскрикиваю, потому что Саид дёргает скрытую кнопку, и спинка его сидения откидывается назад. А вместе с ней и мы. Ударяюсь носом об его подбородок. Стараюсь выпрямиться, но вздрагиваю от новых прикосновений.

— Поцелуешь так, что мне понравится, — прекращу, и поедем в отель, — заявляет тихо, продолжая гладить через трусики. Легко так, едва-едва. Теперь-то понятно, почему заставил платье надеть. Чтобы беспрепятственно приставать. Гад. Мерзавец. Манипулятор!

Чуть подтянувшись выше, целую. Закрываю глаза и отдаюсь этому процессу. Сталкиваюсь с его языком, прикусываю губу, сминаю и давлю. И от собственных действий завожусь. Голова кружится, в груди жар распирает. Валиев не торопится забрать контроль, просто отвечает и легко надавливает на скрытые точки. Сдвинув вбок бельё, гладит мои складочки, заставляя меня вздрагивать и теснее в него вжиматься.

Я буквально лежу на нем и целую. Только целую. До нехватки кислорода. До горящих губ. Корябаю ноготками скулы и щетинистые щеки. Пьянею. И смелею.

Тяну за кофту наверх. Саид чуть приподнимается, позволяя мне снять её. Затуманенным взором смотрю в суровое лицо. Дышу часто-часто и с наслаждением провожу подушечками пальцев по горячей смуглой коже груди. Он напрягается. Я вижу его реакцию на меня и злорадно улыбаюсь. Не одна я так реагирую на него.

— Я справилась? — шепчу, облизывая губы.

— Хочешь, чтобы я прекратил? — спрашивает, бровь выгибая, и давит. Только давит, не проникая. Вырвавшийся из груди несдержанный стон красноречиво отвечает вместо меня.

Тянусь к губам, но больше управлять собой мне не дают. Жадно отбирают всю власть, глубоко проталкивая язык и кусая-клеймя. Пряжка ремня слишком громко гремит, и я дёргаюсь, прерывая.

Саид приспускает джинсы и, перехватив за бёдра, сажает прямо на свой длинный толстый член. Вытягиваюсь в струнку, привыкаю к нему и с надрывом дышу. Его так много во мне. И мышцы ноют, неприятно растягиваясь. Слишком много секса для меня. Слишком много Валиева.

Мужчина не торопится продолжить. Неспешно гладит, смотрит из-под опущенных ресницу. Подобравшись под платье, грудь сжимает и соски выкручивает до сладкой боли. Они тоже слишком чувствительные, многое сегодня пережили.

— Саид! — хнычу, неосознанно двигаясь на нем.

— Тише, не торопись, — он тянет на себя, заставляет лечь. Ласково целует в припухшие губы. По щеке гладит.

— Защита, — выдыхаю, прикрываю глаза от лёгкого толчка. После первого раза Саид не забывал, но всё же напоминаю.

— Я помню, — прикусывает нижнюю губу и приподнимает меня за бёдра. Плавно так, легко. Сам толкается с оттяжкой, заставляя вскрикнуть.

Смещает меня, посадив на колени, тянется к карману. Быстро раскатывает латекс по каменной плоти. Я сама приподнимаюсь и направляю его в себя. Замечаю лукавую полуулыбку и хитрый взгляд. Но слишком распалена, чтобы анализировать.

Валиев сжимает ягодицы, разводит их чуть в сторону и, приподняв, опускает меня. Вскрикиваю, упираюсь ладонями в плечи. И сама начинаю двигаться. Саид распускает волосы. Накручивает на кулак и тянет назад, заставляя меня выгнуться. Подаётся тазом, усиливая напор, но больше никак не перехватывает инициативу.

Мои же собственные руки кладёт мне на грудь. Сжимает. И я понимаю его просьбу. Охотно глажу себя и двигаюсь на нем. Ёрзаю, усиливая трение, губы кусаю от наслаждения. Полностью забываю обо всём, отдаваясь сладкому процессу. Возбуждение проносится по телу, впивается острыми искорками. Жаром наполняется низ живота, тянет и вибрирует.

— Устала, — жалобно стону, ощущая, что немного не хватает до нужно точки. Смотрю мутным взором на Саида.

Мужчина тут же реагирует. Подхватывает удобнее под бёдра и начинает вбиваться снизу.

— Опусти пальчики, поласкай себя, — летит тихое требование.

И я подчиняюсь, давлю на заветный бугорок, тру его. Вскрикиваю от двойного наслаждения. Оргазм захватывает всё тело, обжигает вены, скручивает мышцы. Я лечу в пропасть развратного удовольствия. И теряю все ориентиры.

Саид продолжает двигаться во мне, шипит что-то матерное. Мужские пальцы сильнее впиваются в кожу, и мужчина кончает. Падаю на его тяжело вздымающуюся грудь. Кажется, даже отключаюсь ненадолго. С глупой улыбкой на лице.

Хочу отстраниться, отсесть. Но Валиев сильнее стискивает и держит в объятьях. Так непривычно. Самый грубый, хладнокровный мужчина после секса любит обнимашки.

Восстановив дыхание и сердцебиение, меня, наконец, выпускают. Перебираюсь на своё кресло. Поправляю задранное платье и обнаруживаю совершенно порванные трусики.

— Ты просто дикарь, — выдаю, стягивая остатки белья. На что Саид только усмехается, приводит себя в порядок, протягивает мне влажные салфетки и заводит машину.