Чтение онлайн

Оцепеневшими пальцами я неуверенно расстегиваю молнию на платье.

Раздеваюсь до белья.

Чувствую себя так, будто с меня живьем кожу содрали.

– Вот так. А теперь сними остальное, – говорит Ахмет, и я послушно делаю то, что он велит.

Покончив с бельем, с болью поднимаю взгляд и гулко сглатываю.

Муж изучающе смотрит на меня. И судя по равнодушному лицу, я его явно не впечатляю.

Не загорается пламя страсти в его глазах, даже слабой искорки не видно.

Другой бы помер от счастья, если бы я перед ним разделась. А этот…

Его реакция неожиданно ранит и больно бьет по моей самооценке.

– Хорошо. Так бы сразу, Эсма. Я говорю, ты делаешь. Молча, – говорит Ахмет. – Подойди ко мне.

Тихо вздохнув, я на ватных ногах приближаюсь к нему.

Ахмет снимает заколку с моей головы, распускает длинные волосы. Проводит по ним рукой у виска, а я дергаюсь, как от удара.

– Тише, девочка, – берет за подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза. – Я говорил, что хочу потрогать. Не бойся.

Не бойся?! Да если бы он знал, что творится у меня на душе…

Нахожу в себе остатки смелости:

– Ахмет, я не хочу. Прошу тебя, пусть наш брак будет только на бумаге. Фиктивным. Я же не нравлюсь тебе… ну, пожалуйста!

– Эсма, твоя проблема не в том, что ты некрасивая. А в том, что я тебя не уважаю, – отвечает он и отпускает мое лицо. – Наш брак настоящий. И ты будешь делать все, чтобы я был тобой доволен. Поняла, жена?

– Да, – вздыхаю.

– Умница, – показывает подобие улыбки он и подхватывает меня под ягодицы, поднимает над полом.

От испуга я обвиваю Ахмета руками и ногами.

Пара его уверенных шагов, и я оказываюсь распростерта на кровати. И сверху надо мной нависает муж.

Проводит большим пальцем по моим губам.

– Я хочу увидеть в деле твой болтливый рот, но оставим этот эксперимент на потом… А сейчас раздвинь ножки, дорогая.

Я-то глупая, надеялась, что он хотя бы постарается быть нежным, целовать начнет или еще как-то подготовит меня к первой близости.

Но Ахмету откровенно наплевать на то, что я девственница.

Он груб во всем.

Вбивает клином колено между моих ног. Разводит их в стороны и теснее прижимается.

– Не зажимайся, Эсма.

– Не могу. Страшно!

– Всем целкам страшно. Но ты должна меня впустить.

Я пытаюсь расслабиться, сосредоточенно разглядываю потолок и слышу лязг металлической пряжки ремня.

О строении мужского тела мне известно, Айнур рассказывала.

И все равно я сильно пугаюсь, когда в бедро мне упирает налитый твердостью член. Возбужденный, горячий. Почти не сомневаюсь в том, что перед глазами у мужа стоит та, которую он любит.

От меня бы его так не повело.

Ахмет бегло смазывает мою промежность чем-то прохладным и скользким.

– Смотри на меня, – слышу его хрипловатый голос над ухом и упираюсь взглядом ему в глаза.

Твердая плоть давит на вход и я морщусь от терпимого, но нежеланного вторжения.

Но мне не больно, и если так и дальше будет, то переживу…

Медленным плавным толчком Ахмет входит, как мне кажется, неглубоко.

Останавливается. И сразу еще один толчок. Резкий. сильный. И короткий.

Адская боль пронзает меня насквозь. Я захожусь криком, в глазах слезы стоят.

Ахмет на секунду, задерживается и не давая мне опомниться, медленным и твердым движением доводит дело до конца.

Но осознание, что он уже весь во мне, облегчения не приносит.

– Пусти! Пусти меня! – кричу, упираясь в крепкую грудь кулаками.

Он хватает меня за запястья и жестко фиксирует их над моей головой.

– Все, Эсма. Все. Не кричи.

– Мне больно! – обиженно прикрикиваю на него. – Зачем так быстро и… грубо?

– А ты хотела растянуть удовольствие? – усмешка на красивом лице.

– Н-нет, – мотаю головой.

– Все прошло? – спрашивает он, а я замечаю, что отвлеклась, и та страшная боль уже отступила.

Саднит только внутри, но терпимо.

– Кажется, да, – тихо отвечаю.

Легкий толчок в напоминание, что мы еще не закончили.

Ахмет задает аккуратный темп, я чувствую, как тяжело ему двигаться во мне. Очень тесно. Меня буквально распирает изнутри от его размера.

Неприятно.

Нервно прикусываю губы и терплю. Хоть бы это поскорее закончилось, нет других мыслей в моей голове. Только об этом.

Дыхание Ахмета учащается, становится шумным и прерывистым. Он начинает двигаться во мне сильнее, резче и быстрее.

И наконец, входит до упора, задерживается там. И по его сдержанному стону я понимаю, что он получил свое.

А больше ему ничего от меня не нужно.

Не то что бы я ожидала, что Ахмет хоть что-то скажет, но он мог бы…

А вместо этого он уходит в душ, даже не взглянув на меня.

Глубоко в душе мне обидно и больно из-за того, что мужчина, с которым я связана клятвами любви и верности на всю жизнь, настолько ко мне холоден и равнодушен.

Я кутаюсь в одеяло и слушаю шум воды, доносящийся из соседней комнаты.

Вскоре шум затихает, Ахмет выходит и начинает одеваться.

– Ложись спать, – бросает мне, застегивая рубашку. – Меня не жди. Я вернусь поздно.

– Хорошо, – вздыхаю с облегчением. Мне все равно, куда он собирается ночью. Пусть едет. Я буду только рада, если он вообще никогда не вернется. Лучше быть брошенной женой или вдовой, чем жить с таким мужем.

Как только за ним закрывается дверь, я бегу в душ и тщательно моюсь.

А после ложусь спать.

Но сон не идет. Я ворочаюсь и вспоминаю каждую минуту прожитого дня. Много времени проходит, я то проваливаюсь в дрему, то подхватываюсь от малейшего шороха. И все же усталость берет верх над расшатанными нервами. Я засыпаю, но не крепко.

Глубокой ночью чувствую, как прогибается постель. И приоткрыв глаза в полной темноте, понимаю, что вернулся Ахмет.

Ложится рядом со мной, и я улавливаю необычный запах, который он приносит с собой.