Непослушная послушница, или Я – жена демона?!
Шрифт:
Глава 7. Анатомия демона
Все свадебные торжества остались позади. Как и ужин, на котором гости сидели с такими кислыми лицами, будто с них взяли непомерную плату за вход. Веселились только демоны – зато по полной! Не осталось ни одной девушки, с которой они бы не потанцевали, заодно пощупав все стратегически важные места.
Другие аппетиты у людей Дэстана тоже оказались на высоте. Повара на кухне сейчас готовили в десять рук, чтобы заново наполнить тарелки наших весьма прожорливых гостей. Да и бочки с вином, уверена, оказались их усилиями опустошены почти до дна.
А вот у меня кусок в горло не лез, как ни старалась. Натянутая улыбка будто приклеилась к лицу. В голове нескончаемым потоком неслись мысли – об участи, ожидающей меня после той недели, которую по обычаю молодые должны провести в доме жены. Что будет потом?
– Ты устала, – шепнул мне супруг. – Надо идти в опочивальню.
– Молодым пора заняться делом! – грохнул на весь зал рыжебородый демон, которого звали Йорик. – Пусть ночь принесет сильного наследника! – Он ударил кубком об стол.
– Пусть, пусть, пусть! – подхватили его собратья.
– Идем, жена, – Дэстан встал.
– А может, еще посидим? – прошептала, не в силах представить, что должна лечь в одну постель с мужчиной.
Тем более, с таким – с демоном!
– Похоже, супруге нравится, когда ее таскают на руках, – ухмыльнувшись, Дэстан поднял меня в воздух, вынудив тесно прижаться к горячей груди мужа.
– На-след-ник! На-след-ник! – скандировали нам вдогонку неугомонные демоны.
– Я, кстати, люблю детей, – сказал Дэстан, в пару широких шагов преодолев лестницу, которая вела в супружеские покои на третьем этаже.
– Ты это к чему? – храбрясь, уточнила, глядя в его лицо.
– К тому, чтобы ты меньше думала и позволила себе насладиться близостью с мужем.
– Ты обещал не торопить, – напомнила ему.
– Я и не тороплю, – он внес меня в опочивальню и положил на кровать. – Пришлю к тебе служанку. А сам пока отдам указания моим людям.
Сумев лишь кивнуть, я проводила его взглядом. Широкие плечи, узкие бедра, длинные ноги – рассматривать его отдельное удовольствие!
– Помочь переодеться, госпожа Ивия? – заглянула Дженни.
Я кивнула, и она, отведя меня в смежную со спальней комнату, выполняющую роль женского будуара, засуетилась вокруг, что-то щебеча. Вскоре по моему телу заструилась белоснежная ночная рубашка из тончайшего шелка, вышитая по подолу защитными символами. Тщательно расчесанные гребнем волосы легли на спину. А ножки обняли уютной мягкостью домашние туфельки без каблука, расшитые самоцветами.
– Красота! – шепнула служанка, широко улыбаясь. – Идите, ведь поди, заждался уже ваш супружник-то!
Моя ладонь, сжавшая дверную ручку, мигом вспотела. Сердце трепыхалось в горле. С трудом сглотнув, открыла дверь и шагнула в спальню.
Дэстан уже лежал на кровати, поверх одеяла, полураздетый – из одежды на демоне остались лишь полупрозрачные серые шаровары. Позабыв про все свои страхи, я замерла, залюбовавшись им, грациозным хищником, который улегся отдохнуть.
Внешнее спокойствие явно было обманчивым – под кожей, по которой порхали, бессовестно заигрывая, поглаживая, соблазняя, отсветы от жарко растопленного камина, явно кипела сила. Меня неумолимо тянуло к ней – вопреки всем доводам разума и девичьей стыдливости.
Чему-то неимоверно сильному внутри было плевать на все преграды, хотелось только одного – подчиниться власти моего столь притягательного супруга. Принадлежать, отдаться, чтобы растерзал ласково, заявив тем самым, что отныне и до скончания дней я принадлежу лишь ему!
Глаза Дэстана скользили по моей фигуре – откровенно, лаская все так явственно, что я готова была поклясться, будто ощущала его ладони на своей коже – везде. И от каждого такого прикосновения на расстоянии она полыхала огнем – ярким, страстным и столь желанным, что ноги сами сделали шаг к нему, демонически прекрасному искусителю.
Мужской взгляд сплелся с моим и вел меня к постели, подбадривая, подталкивая, притягивая, будто за руку, не давая остановиться. Когда подошла к кровати, Дэстан одним красивым движением сел на ней, будто перетек в вертикаль, и я оказалась между его широко раздвинутых коленей.
– Не бойся меня, – хрипло прошептал он, по-прежнему не отрывая взгляда от лица, и положил руки на мою талию – двумя пожарами.
– Дэстан… – сорвалось с губ полустоном, полумольбой – и я сама не ведала, о чем молю его: остановиться или, напротив, ни в коем случае не останавливаться.
– Скажи еще, – то ли попросил, то ли приказал он, властно притянув к себе.
Вскипевшая колдовским варевом зелень глаз поглотила, избавив от остатков мыслей и неуместного сейчас стыда. Зачем он между нами? Все лишнее, важны лишь мы двое. И тот огонь, в котором мы полыхаем!
Сердце билось в силках непонятных, непривычных, но таких сильных и приятных ощущений, как крохотная пичужка. Пичужка, которая нипочем не хотела вырываться на волю, готовая навсегда отринуть оковы безбрежного неба, она желала одного – не расставаться со своим хищником, никогда!
– Дэстан, – шепнула ему, как только наши щеки практически соприкоснулись. – Мой демон!
– Твой, – довольно рыкнул в ответ, опалив дыханием шею и животным жестом прикусив кожу на ней, разогнав по мне щекочущее цунами.
А потом посмотрел в лицо, ухмыльнулся и накрыл мой рот своим. Рука скользнула в волосы, наше дыхание смешалось, тело застонало, запело, тягучей огненной рекой потекло под сильными руками. Постанывая сквозь рык, Дэстан терзал мои губы, как хищник добычу – свою по праву сильного.
Я растворялась в том удовольствии, что дарила его жесткая страсть, не думая ни о чем. В нашей спальне не было более юной перепуганной драконицы и властного демона. Имелись только женщина и мужчина. А точнее – женщина, жаждущая отдаться пылающему от страсти мужчине, самому соблазнительному на свете!
Руки Дэстана познавали мое тело, знакомя его с желаниями, которые оно, как оказалось, может порождать. Они заставляли меня изгибаться с тихим стоном, запрокидывая голову. Дерзкие губы путешествовали следом, и на коже распускались огненные цветы, сплавленные из нежных укусов и жестоких поцелуев, рождающих неясное томление, требующее того, о чем я и не ведала.