Чтение онлайн

– Время убегает, дочь, – раздраженно напомнил лорд Сазентан.

Да я и сама была бы рада убежать. Но куда? Дальше соседнего луга с лесочком и не заходила никогда.

– Иди, моя хорошая, – жрица промокнула краешком фартука слезы, побежавшие по лицу.

А я словно застыла, как мошка, угодившая в вязкое варенье.

– Вся в покойницу-мать – встанет и смотрит так, что кровь стынет в жилах. Намается муж с такой! – пробурчал отец и, схватив меня за руку, потащил к двери. – Переставляй ноги пошустрее!

Я, будто во сне, понукаемая, как лошадь, пошла за ним, все еще не веря, что и в самом деле покидаю свой дом. Что нужно сделать, чтобы проснуться и забыть об этом кошмаре? Милосердная Богиня, помоги!

***

– Леди Ивия! – похожая на сдобную булочку высокая розовощекая девушка, стоявшая у кареты, к которой меня подвел отец, расцвела улыбкой. – Я ваша служанка Дженни! – Она прищипнула подол серого платья, неуклюже присела в поклоне и с гордостью добавила, – Личная служанка!

Ответить ей я не смогла – горло будто рукой стиснули. Но девушке этого, похоже, и не требовалось. Распахнув передо мной дверь кареты из красного дерева, Дженни ухватила меня под локоть, помогла забраться внутрь и усесться рядом с отцом. Сама плюхнулась напротив, заняв почти все сиденье, и вновь широко улыбнулась.

Нас затрясло по рытвинам, и лорд Сазентан скривился, пробурчав:

– Все рессоры опять полетят в Бездну! Проклятые жрицы, каждый грош зажимают! Нет бы подъездной путь залатать лучше!

– Папа! – ахнула я, потрясенно глядя на него. – Вы навлечете гнев Богини!

– Хуже уже не будет, – он раздраженно отмахнулся, а потом нахмурился, снова заскользив глазами по мне. – Да и не Богиня наша проблема, а ты! – Вдруг выпалил мужчина.

– Чем провинилась перед вами, батюшка? – я похолодела.

Еще только в карету села, а уже где-то опростоволосилась!

– Ты одета так, что впору подумать, будто это Дженни твоя госпожа, а не наоборот!

– Ой, ну вы скажете, господин! – захихикала розовощекая деваха. – Леди Иви такая красавица, это, утонченная! А я-то дочь кухарки!

– Оно и видно, – взгляд лорда намного дольше позволительного задержался на ее пышной груди, которая колыхалась в такт движению кареты.

– Господин, Дарина положила платье ей на переодевку, коли понадобится, – смутившись под его непристойным взором, пролепетала Дженни.

– Дарина умная женщина, – закивал отец и постучал набалдашником трости в стену кареты.

– Чего изволите, лорд? – осведомился паренек, открыв дверь и согнувшись в три погибели.

Он ехал, держась за задник кареты, и сейчас был покрыт дорожной грязью от босых ног до кудрявой головы.

– Весь извозился! – отец отвесил ему затрещину и брезгливо начал тереть ладонь платком. – Износишь ливрею, с тебя взыщу, понял?

– Да, господин, – пролепетал бедняга.

– Почему без башмаков?

– Отобрали, – еще тише ответил паренек.

– Кто?

– Братовья старшие.

– Не вернешь – под розги ляжешь! А теперь скажи кучеру, пусть к озеру правит.

– Слушаюсь, – мальчишка прикрыл дверь.

– Беда со слугами, – пояснил отец, очевидно полагая, что мой потрясенный вид вызван этим. – Остались только мальчишки непутевые да те, у кого мозгов отродясь не бывало! Демоны виноваты, всех путных в армию забрили, рогатые отродья!

– Господин! – теперь всполошилась Дженни. – Неровен час, услышат ведь!

– И что?! – громыхнул он. – Я лорд-дракон Долины белых лилий! Пусть слышат!

– Конечно, конечно, – побледневшая девушка закивала, съежившись, что с ее габаритами было довольно проблематично.

Карета тем временем снова остановилась. Отец отдернул занавеску и велел:

– Берите платье, идите на берег и там переоденетесь, чтобы никто не увидал.

– А можно в карете? – едва слышно спросила я, придя в ужас от перспективы раздеваться прямо на улице.

Перед сном в затухающем свете огарка я сначала натягивала ночнушку через ноги прямо до горла, а потом, извиваясь, как червяк на крючке, снимала тунику – когда все стратегические места уж были прикрыты.

– Как, дуреха? Тут и не развернуться, а там подол на обручах да кринолины ваши бабские! Иди, говорю, не зли отца! – Его рука так стиснула набалдашник трости так, что мне почудилось, будто глаза птицы на нем сейчас выскочат из орбит.

А мне на миг показалось, что ему и дочери хочется отвесить смачную оплеуху, как тому мальчишке.

– Идемте, госпожа, – Дженни открыла дверь и вступила на тонкую кромку земли перед лужей. – Хватайтеся!

Она стиснула мою талию, перенесла меня и поставила на сухое место. Потом вернулась, достала из лавки в карете черный чехол и прямиком по грязи пошлепала ко мне.

– Следуйте за мной, – сказала, склонив голову и, подумав, добавила, – пжлста. В грязюку только не угодите, тут в лужу ступишь, по ж… улетишь! Ой. Не то ведь ляпнула, прощения прошу.

– Не переживай, – я двинулась за ней следом, внимательно глядя на чавкающую под ногами грязь.

В самом деле, наступлю не туда, и служанка, то и дело бросающая на меня взгляды через плечо, обернется, а госпожу не увидит – нету, утопла в луже.

Вот смеху-то будет.

– Добрая вы, – она вздохнула и неожиданно добавила, – зря это. В жизни добрякам плоховато живется. И снова мелю языком! Прощения прошу.

Я тем временем ступила на зеленую травку и облегченно выдохнула. Хотя мои башмачки теперь всю ночь отмывать придется!

– Не переживайте, госпожа, – Дженни махнула рукой. – Эти можете выбросить, вы ж теперича не послушница, а барышня! Обувка будет у вас самая лучшая! И все остальное тоже!

Для начала мне бы хватило небольшого укрытия, за которым можно переодеться, не сгорев со стыда. Я разглядела на другом конце лужайки какие-то развалины и воспрянула духом. Рядом синей чешуей поблескивало озеро.

– Пойдем туда? – предложила я. – Спрячемся от посторонних глаз.

– Вам ли стесняться! – фыркнула служанка, широкими шагами направившись к озеру. – С такой-то фигуркой! Я бы каждому ее казала, коли у меня талию двумя руками обхватить можно было!

С моих губ слетел смешок. Надо же, а мне казалось, что я из тех, про кого говорят «и подержаться не за что». Все послушницы были выше и намного толще.

– Да и коли я перед вами встану, то заслоню с десяток таких тростиночек, как вы! – Дженни расхохоталась.