Чтение онлайн

— В отношении нее я не желаю ничего исправлять. — Он упрямо мотнул головой. — Она мне омерзительна. Никогда не прощу ее за это...

Серена перебила его:

— Давай, может, поговорим с ней? Постараемся убедить, что я не собираюсь отвращать тебя от нее.

Холт посмотрел на девушку.

— Ее нет дома, — ответил он уже более спокойным тоном. — Потому Мари и звонила, чтобы сообщить. Она отвезла Вив в Кейндейл, оставила в магазине, а сама поехала к Кирсти с Райаном.

— Значит, Вив в Уинтерсгилле? У Мари?

Холт опять мотнул головой.

— Нет! Когда Мари вернулась за ней в магазин, Вив уже исчезла.

— Тогда она дома.

— Когда я проезжал мимо ее дома, там не горел свет. — Холт мрачно сдвинул брови. — Мари звонила ей по телефону, но трубку никто не снял.

— О черт!

— Уже стемнело, — промолвил он. — Она может быть где угодно!

— Пойдем сначала посмотрим в коттедже. — Серена полностью высвободилась из его объятий. — Она не в себе, Холт.

— Не может же она шататься где-то всю ночь, — недовольно произнес он, хотя внутреннее чутье подсказывало ему обратное. — Проклятье! Что на нее нашло?

Серена молчала. Но если бы ей пришлось ответить, она объяснила бы безрассудное поведение одним словом: ревность!

В полночь Холт по мобильному телефону позвонил в полицию. Они стояли у Кейндейлского ручья — он, Серена, Мари и еще несколько человек из числа обитателей Кейндейла, присоединившихся к поискам.

— Они отказываются признать ее пропавшей без вести, — сердито объявил Холт после разговора с полицейскими. — Говорят, что она могла пойти в кино, к друзьям или вообще отправиться куда-нибудь отдохнуть! Отдохнуть! Вы только подумайте? Могла ли Вив вот так просто взять и отправиться отдыхать?

— Полиция не знает Вив так, как мы, Холт, — мягко произнесла Мари.

— Окаянная баба. — Он сунул трубку в карман, обвел гневным взглядом небольшую толпу и тяжело вздохнул. — Мы сделали все, что в наших силах. Искали везде, где можно.

Из «Старого холостяка» неторопливо вышел Джордж.

Угрюмо выслушав известие об исчезновении Вивиан, он подошел к ее родным.

— Может, отливом унесло? — предположил он. — Никто об этом не думал?

— Вив не терпит воды, — возразила Мари. — Море наводит на нее ужас.

Холт поблагодарил всех, кто помогал в поисках, и небольшая толпа постепенно рассеялась.

— А на территории завода смотрели? — поинтересовался Джордж. — Там полно грузовых тележек, груды породы. Может, она где-нибудь среди них прячется? Или в больнице? Об этом не думали?

— На заводе мы не искали, — призналась Серена.

— Мы обзвонили все больницы, — вмешалась Мари. — Послушайте, давайте подождем до утра. Не исключено, что Вив решила подшутить над нами — в прятки захотела поиграть. Может, отправилась в какую-нибудь гостиницу или в пансион, — просто чтобы попугать нас. Глядишь, завтра объявится цела-невредима и от души похохочет над нами.

Джордж поплелся домой. Холт, Серена и Мари остались втроем.

— Ты и впрямь в это веришь? — спросил Холт.

— Нет. — Мари уныло покачала головой. — Но сейчас нет смысла продолжать поиски. Хотя бы потому, что слишком темно.

— Может, ушиблась, поранилась и лежит где-нибудь беспомощная... — Серена, остро ощущавшая тяжкое напряжение последних нескольких часов, маялась безвестностью. Ей во что бы то ни стало нужно было узнать, куда подевалась Вивиан. — Она была так расстроена утром... — Голос девушки сорвался. — И зачем только я сказала ей, что мы собираемся пожениться?

— Ты ни в чем не виновата. — Холт обнял ее за плечи. — Рано или поздно ей все равно пришлось бы узнать.

— А уж то, как она поступила с тобой, Серена, вообще ни в какие рамки не лезет, — добавила Мари. — Это ж надо, заперла тебя в чулане! Сущее ребячество.

— Пойдем к нам, Мари, — пригласил Холт. — Переночуешь у нас. Поздно уже ехать в Уинтерсгилл.

— Я же на машине, — с улыбкой напомнила Мари. — И потом, я не боюсь темноты.

— Не нравится мне, что Вив гуляет, — сказал Холт с тревогой на осунувшемся лице. — Она может быть где угодно. А после того что она сотворила сегодня с Сереной, ей доверять нельзя.

— Ты меня убедил. — Мари поежилась. — Надеюсь, свободная комната у вас проветрена.

На рассвете они вновь были на ногах, обследуя холмы, дом Вив — у Холта были ключи от ее коттеджа. Вив нигде не показывалась. В комнатах ее дома, как всегда, царил идеальный порядок. Они пооткрывали все двери, шкафы. Из одежды не досчитались только лилового плаща и серого шерстяного костюма; все остальное висело и лежало на своих местах в гардеробе.

— Эти вещи были на ней вчера, — сообщила Серена с напряжением в голосе.

Мари пошла проверить маленькую уборную у лестницы на первом этаже.

— Вы только посмотрите, — неожиданно услышали они ее крик.

На полу под раковиной валялись несколько маленьких белых таблеток. Мари указала на унитаз, где на поверхности воды собралась белая пена.

— Это ее таблетки.

Серена, хватаясь за руку Холта, сглотнула комок в горле. Мари пронеслась мимо них в кухню. Они проследовали за ней и стали молча наблюдать, как она один за другим выдвигает ящики, открывает шкафы, внимательно рассматривая их содержимое. Наконец Мари повернулась к ним и объявила:

— Все ее сердечные лекарства исчезли. Ни одного нет — ни здесь, ни в тумбочке возле кровати наверху.

— Похоже, она специально их выбросила, — заметил Холт надсадным голосом.

— В том-то и дело! — Мари подскочила к мусорному ведру, сорвала крышку и повернулась к ним, показывая пустой пузырек от лекарства.

— О Господи!.. — прошептала Серена.

— Теперь полиции придется серьезно отнестись к нашему заявлению, — прорычал Холт, выходя из оцепенения.

Не говоря больше ни слова, он стремительно направился к телефону.

ГЛАВА 30

Об исчезновении Вив знал почти весь Кейндейл. Обитатели поселка, собравшись маленькими кучками, молча наблюдали, как полицейские — некоторые с собаками, другие в одиночку — внимательно обшаривают холмы, разыскивая женщину, которая, судя по всему, решила свести счеты с жизнью.

— Я чувствую себя таким никчемным!..

Холт, стоя вместе с Сереной на берегу моря, сунул руки в карманы кожаной куртки.

— Райан хотел помочь в поисках. — Она чуть поморщилась. — Кирсти не пустила. Теперь он наблюдает из окна фургона. И чувствует себя таким же беспомощным, как и мы.