Чтение онлайн

Габи в очередной раз подивилась великодушию Милли, давшей ей столь ценный телефон.

– Скажите, мистер Фишкейк… – начала она.

– Тед, – поправил он. – К чему церемонии? Мы же собираемся стать друзьями.

– Хорошо, Тед, – не стала спорить Габи. – Но я хотела бы узнать подробнее, что за работа меня ожидает. Вам нужна дублерша для Сандры или просто девушка с моим типом внешности?

Тед, неожиданно обиделся. Он надул губы и даже немного отодвинулся от Габи.

– Ну вот, – грустно сообщил он. – Я же пытаюсь вести с вами конструктивный диалог. А вы вопросы всякие задаете. Конечно же, мы вас не обидим. Подберем работу, достойную такой замечательной актрисы и очаровательной девушки, как вы.

– Извините, если я вас чем-то задела, – удивленно пожала плечами Габи. – Мне просто хотелось узнать подробности предстоящей работы.

– Но я же ничего от вас не скрываю! – воскликнул Тед. – Разве я не подробно вам обо всем рассказываю? Мы обсуждаем самые что ни на есть конкретные вещи. Например, вот на той стене… – Он показал в сторону кирпичного торца какого-то здания, видного сквозь витрины ресторана. —..На той стене будет висеть огромная афиша с вашим портретом. Вдумайтесь, дорогая моя Габриэль, ваше лицо крупным планом и имя метровыми буквами, а ниже, мелким шрифтом: «Режиссер – Стивен Спеллбург». Разве ж это не подробности?

– Как? – ахнула Габи. – Вы предлагаете мне роль у самого Спеллбурга? Знаменитейшего режиссера и продюсера, автора моего любимого фильма «СЧ – снежный человек»?

– Ну это я так, для примера, – буркнул тот, поняв, что хватил через край. – Просто чтобы показать масштабы грядущего успеха.

– А-а, – разочарованно протянула Габи и тут же пожалела об этом, так как на нее вновь обрушился поток неиссякаемой веры в лучшее, извергаемый Тедом с активностью Везувия в тот злосчастный августовский день, когда погибла Помпея.

– Что за пессимизм! – воскликнул агент. – Мы с вами горы своротим, а там, глядишь, и до съемок у таких мастодонтов, как Спеллбург, дойдет.

Габи пригубила шампанского. Она совершенно не ожидала того, что на первой же встрече будет распивать спиртное в обществе своего нового агента, и вообще думала, что встреча состоится в офисе. Но Тед, услышав, где она работает, страшно заинтересовался и назначил рандеву в «Павлиньих перьях» – дескать, давно собирался посмотреть, что это за заведение. И заказал шампанского, а Габи сочла невежливым отказаться.

Теперь она пила маленькими глоточками, чтобы не опьянеть, и исподтишка изучала собеседника.

Тед казался весьма элегантным мужчиной, одетым не ярко, но и не скучно. Серый твидовый пиджак дополняла бледно-розовая рубашка, а вместо галстука Тед носил шейный платок. Запонки на манжетах были столь же неброски, сколь и, судя по всему, недешевы. Прическа агента наводила на мысль, что у этого человека явно есть свой постоянный парикмахер, а острые баки были выведены так тщательно, словно брадобрей готовился к профессиональному конкурсу.

Внешность Теда красноречиво намекала на его близость к миру искусства и на то, что на своем поприще он преуспел. А способность агента лить слова как воду наглядно демонстрировала, каким образом это ему удалось.

Тем временем Тед продолжал расписывать выгоды сотрудничества с его агентством. Он все так же вдохновенно возводил башни воздушных замков, и снова принимался юлить, когда Габриэль пыталась выяснить хоть что-то определенное.

– Подождите, Тед, это все прекрасно. Но все-таки, где я буду сниматься – в фильме? Сериале?

– Да где захотите, там и будете! Думаете, мы не можем найти для вас хорошей роли? Что вы, в самом деле! – опять возмутился Тед. – Я же стараюсь быть с вами конструктивным.

– Хорошо, хорошо, – примирительно кивнула Габи. – Я только пытаюсь понять: вы хотите, чтобы я…

– Да ничего мы от вас не хотим! Вы сами решаете, работать ли с нами, дорогая Габриэль. Мы вас силком никуда не тянем. Не хотите стать звездой – так и скажите, никто вас не заставляет, – пожал плечами Тед. – Быть звездой – большая ответственность, прозябайте, если нравится.

– Я просто пытаюсь спросить, как будет происходить наша совместная работа, – объяснила Габи, ловя себя на том, что начинает оправдываться, хотя ни в чем не виновата. – Вы включите мою анкету в свою актерскую базу? Или у вас уже есть для меня какая-то конкретная роль?

– Конечно, есть! – радостно воскликнул Тед.

– Какая?

– Да какую захотите.

Уф. Габи обреченно вздохнула: нет, явно из этого типа информацию не вытянешь даже с помощью сыворотки правды. И что делать – послать его к черту? Но Милли говорила, что это очень хорошее агентство… Может быть, картина прояснится, когда Габи прочитает договор? Или Тед – обычный зазывала, а с ней будет работать более серьезный сотрудник?

– Но вы же еще не видели меня на сцене, – спохватилась Габи. Что это Тед так нахваливает ее как актрису, если, по его же признанию, ни разу не был в этом кабаре и не смотрел ни одного фильма, где она мелькала?

– Да-да, конечно. Мы проведем пробы, а как же, – подтвердил Тед. – Но это мы обсудить успеем, а вот представьте себе церемонию вручения Оскара… Нет, что это я, не будем забегать вперед… Сначала – «Золотой глобус».

Тед и дальше был готов продолжать в том же духе, но внезапно его взгляд скользнул за плечо Габи и на секунду остановился, словно франт встретился глазами с кем-то из знакомых. Не успела она обернуться и посмотреть, кто это там играет в переглядки с агентом Фишкейком, как Тед сменил тему разговора. Да столь резко, что внимание Габриэли оказалось полностью поглощенным этим новым поворотом.

– Вы спрашивали насчет проб, – произнес агент и опять широко улыбнулся во все свои тридцать две жемчужины. – А знаете ли вы, Габи, что лучшая проба – это этюд в условиях, приближенных к естественным?

Габи вопросительно подняла брови, чтобы ничего не уточнять вслух с риском в очередной раз услышать о том, как конструктивен Тед и как не конструктивна она сама.

– Вот, например, – продолжал он. – Можете прямо сейчас изобразить то, что я вас попрошу?

Габи кивнула, заинтригованная.

– Представьте, что вы – героиня. Страстная, бесстыдная, немного вульгарная женщина-вамп, покорительница мужчин. Вы пришли в ресторан с человеком, которого по сюжету должны соблазнить во что бы то ни стало. Я вам помогу, подыграю. Представьте, что герой – это я.

Гм. Интересно… Габи на секунду задумалась. В конце концов, что она теряет от маленького актерского этюда… Их мастер в театральной студии всегда говорил, что и табурет, и сцену любви надо изображать с равной степенью таланта и раскованности. И если ей не стыдно было в одном из фильмов пробегать перед камерой в лохмотьях попрошайки, что ей стоит изобразить томный взгляд для Теда?