Чтение онлайн

Наконец-то. А то у меня накопилось небольшое море вопросов, на которые самостоятельно дать ответ было бы невозможно. Я перевернула листик бумаги со списком покупок, и на чистой стороне провела линию сверху вниз. Поставила во главе первой колонки гордое "Я".

– Начинай, я слушаю.

В динамике хмыкнули, и поток воздуха создал шум. Во второй колонке, пока парень отвечал, вывела печатными "Федор Раневский".

– Это будет не просто какой-то там светский раут или мероприятие, - начал он после недолгой паузы.
– Благотворительный аукцион.

– У меня нет денег, - я оторвала глаза от "таблицы".

В ответ опять хмыкнули:

– И не надо. Это не для нас, а для старшего поколения.

– В смысле?
– я подозрением протянула я.
– Какое старшее поколение?

– Родители, Лопух, кто ж еще, - вздохнули мне в ответ, и я тут же отбросила ручку в сторону.

– Родители?!
– произнесла пораженно.
– Раневский, а нельзя как-то раньше предупреждать о таких... моментах.

В трубке промолчали, а я в голове прокрутила мысль: теперь, что ли, перед его родственниками девушку играть? Месть у него такая изощренная?

– Переживешь, - наконец-то выдал он.
– Они не едят людей.

Я фыркнула:

– Сразу стало легче жить, спасибо.

– Не кипишуй по поводу и без, - с приказными нотками произнес парень.
– У них будут дела поважнее, чем приставать к нам с дурацкими вопросами.

– Точно?

– Сто процентов, - уверенно ответил он.

Я вздохнула и опять потянулась за ручкой. Теперь ко всему винегрету в моей черепной коробке добавилась специя "тревожность". Я поставила под заголовком второй колонки жирный минус и подписала его "Родители".

– Больше сюрпризов нет?
– с надеждой спросила я.

– Хмм, - кажется, он действительно задумался о том, что еще может стать для меня неожиданностью.
– Есть кое-что. Сестра, - добавил после короткой паузы.

– Кое-кто, - машинально поправила я, а потом замерла.
– Шутишь.

– Нет, - издал смешок Раневский.

– У нее будут дела поважнее?
– предположила я, молясь на положительный ответ.

– Она едва старше нас, так что сомневаюсь.

Вот черт!

– Но мы же не будем корчить из себя пару перед ней?

– Нет, конечно, она в курсе нашей ситуации.

Может быть, это даже хуже. Сестры бывают ужасно дотошны и часто воображают большее там, где его по факту быть не должно. И вообще, наличие сестры у Федора значительно усложняет ситуацию.

Я нарисовала еще один жирный минус. "Сестра".

– Еще родственники предвидятся?

– Нет. Закончились.

– От-лич-но, - я поставила маленький плюсик и мелко приписала: "родственников больше нет".

В ответ мне хмыкнули (опять).

– Что еще интересного расскажешь?
– протянула я.

Послышалось какое-то шуршание.

– А что тебе рассказать?

– Когда, где и как все это происходит. Как ребенку объясняю, - покачала я головой.

– Ребенок здесь ты, Лопушок.

Я воздержалась от комментариев, фыркнув в трубку, и вывела еще один большой минус. "Бесит".

– Прием запланирован на семь вечера в особняке Воронцова, - как будто мне данный факт о чем-нибудь говорит. Хотя фамилия кажется смутно знакомой.
– Соберется наша местная верхушка, как обычно.

– А, как обычно, ну конечно, - я нарочно произнесла это небрежным тоном и затихла, ожидая реакции. А уж она заставила меня удивиться.

– Извини.

Я тут же нарисовала жирный плюс Раневскому и подписала его именно так - "Извини".

– Ладно, проехали, - отреагировала как можно спокойнее.
– Как вести себя? Этикет и старомодность?

– Расслабься, там такие же люди. За рамки приличия не заходить, но и раскланиваться не надо.

Я представила себя, расшаркивающуюся перед каждым входящим человеком, и хмыкнула. Хорошо, если там действительно будет так, как описывает Федор.

– А что мне надеть?
– задала я волнующий меня вопрос.

– Платье есть?

– Синее.

– Со свадьбы?
– поинтересовался он, и, не дав мне ответить, продолжил: - Пойдет. И босоножки те же надень, - вы посмотрите, как он хорошо запомнил, в чем я была одета месяц назад.

– А холодно не будет? Осень, все-таки...

– Нет, в доме тепло. Можешь взять с собой что-нибудь накинуть. Оставишь в машине, если что.

– Ладно, - я вздохнула.

– Кстати, да, - что-то вспомнил Раневский.
– Я подъеду к общаге в пол седьмого, будь на это время готова... Вроде, все.

– Ясно.

Некоторое время мы провели в молчании, думая каждый о своем. Я все пыталась осмыслить происходящее. Осмыслить и принять.

– У меня вот возник один вопрос, - начала я после некоторых размышлений.
– Неужели ты не мог отказаться от этого вечера или попросту прийти один?

– Знаешь, Лопух, если бы я мог отказаться или прийти один, я бы это сделал. Надеюсь, такое объяснение пойдет?
– в трубке послышался звук льющейся воды и какой-то шум.

– Неубедительно как-то, - пожала плечами, забыв, что парень меня не видит.

В ответ тяжело вздохнули и шум воды прекратился. Я взяла листок и написала первый минус в своей колонке. "Доставучая". Может быть, не всегда и не во всем, но с ним - определенно.

– Во-первых, мой отец создает имидж благополучного семьянина, - неожиданно начал объяснять Федор.
– А для этого нужно, чтобы его взрослые дети выглядели достойно, а не как перекати-поле. Во-вторых, я против него не попру, уж извини, у него было условие, которое я выполняю. В-третьих, мне надо исправить то, что я натворил некоторое время назад, исказив в обществе представление о себе. А образ остепененного, успокоившегося молодого человека поможет все исправить.

– Поможет ли?..
– с иронией произнесла я, перекладывая телефон к другому уху.

В комнату зашла моя новая соседка и начала шуметь всем, что попадалось ей под руку, поэтому к последующим словам, доносившимся из динамика, приходилось тщательно прислушиваться.

– Не знаю, должно помочь, - вполне без шуток ответил он.
– Попробуй показать себя как серьезную и взрослую девушку.

– Здрасте, - опешила я.
– А я, по-твоему, кто?

– Я бы сказал, но ты обидишься, - издал смешок парень.