Чтение онлайн

— За что? — продолжала я-не я.

— Что ж, — вдруг перешла матушка на наставительный тон, — ты уже достаточно взрослая, чтобы понять сказанное.

Она присела на край кресла, всем видом показывая, что надолго тут не задержится.

— Когда мы поженились с твоим отцом, у нас не было друг к другу особых чувств, но и неприятия не возникало. После рождения Августина мы стали отдаляться, у каждого появилась своя жизнь. Ты ведь понимаешь, о чем я? — я кивнула. — В один прекрасный день я встретила

его

— Кориса, — имя она произнесла с мечтательной улыбкой.

Ее рассказ о внезапной и всепоглощающей любви я пропустила мимо ушей. Противно! Передо мной сидел самый дорогой и родной человек и расписывал свои чувства непонятно к кому. Мерзко!

— Мы поехали к Армелии, как и настоял твой отец, хотя и не был против развода, — продолжала она. — А эта… — матушка беззвучно выругалась. — Она дала нам год на обдумывание, сказав, что если обстоятельства не изменятся, то больше препятствий не возникнет. И, напоив чаем, быстро выпроводила.

Матушка сжала кулаки. Очевидно, что развестись не получилось, иначе она бы тут не сидела.

— В чай было добавлено зелье. В тот же вечер мы стали близки с твоим отцом и зачали тебя, — обвиняюще выпалила она.

И, как банально, Корис, узнав о беременности возлюбленной, сразу же остыл и пожелал ей счастья с мужем. А больше всего его оскорбило, так это то, что несколько месяцев матушка пыталась скрыть сам факт моего будущего рождения. И, как выяснилось, не раз пыталась вытравить 'нелепое недоразумение'.

— А Армелия отказалась ото всякой ответственности! — зло и обиженно закончила матушка.

Я не могла выдавить из себя и слова. Разве так можно? Ради какого-то увлечения не только желать смерти, но и пытаться убить своего ребенка?

— И мало того что ты родилась, — видимо, сейчас матушка будет до конца откровенной, — так еще и без дара!

Та я, что находилась в комнате, чувствовала себя растоптанной, никчемной. Слезы без контроля побежали по щекам.

— Ты такая слабая, — с пренебрежением кинула матушка, вставая с кресла.

У выхода она обернулась.

— Ты выйдешь за Ивона, — уже спокойным голосом сказала матушка. — И никакое слово Хранительницы тебя не избавит от брака.

Неожиданно в нас (в я-не я) пришла невероятная сила, что не только прижала обескураженную матушку к стене, но и говорила нашими губами.

— Слово Хранительницы непоколебимо! — утробным голосом говорила вселившаяся сила.

Матушка стала задыхаться. Но мы не желали ее смерти.

Сила ушла так же внезапно, как и появилась. Матушка осталась лежать без сознания. Я подошла к ней с затаенным страхом. Чтобы она не наговорила и сделала, все равно это моя мама, я не могу просто так лишить ее жизни или оставить без помощи.

В комнату забежал отец. Как он смог так быстро прийти? Неважно. Пусть только поможет.

Он привел матушку в чувства. Она же, как только увидела меня, выплюнула лишь:

— Чудовище!

Я очнулась в спальне дома принца Астора. Что произошло?

'Память'

Это было на самом деле?

Да, было. Начала осознавать я. Именно после этого отец доставил меня и матушку к Армелии. Хранительница чем-то напоила родительницу и тут же отправила домой. Но что она сделала со мной, я никак не могла вспомнить.

Сколько я просидела, пытаясь хоть что-то полезного извлечь из глубин памяти — не знаю. Мое внимание привлек шум из коридора. Но проверять, что там могло быть я не стала, лишь прислушалась лучше. Если это был принц, то вскоре он непременно заглянет ко мне.

Но мое ожидание затянулось. Не то чтобы я хотела видеть его высочество, скорее в пустом доме не ожидаешь услышать посторонних звуков.

Я медленно, словно это могло успокоить меня, подошла к выходу. Приоткрыв дверь, выглянула в коридор — никого. Но что-то не давало мне покоя. А внутреннее предчувствие кричало об опасности с утроенной силой.

Но откуда шла угроза?

'И надо мной ли висит несчастье?', - пришла неожиданная мысль.

О, Одноликий, неужели с проснувшейся силой я стала чувствовать детей Рода?

Но новое открытие не возмутило, потому что беспокойство за неведомого несчастного перевешивало все. Я должна ему помочь! Со всем своим эгоизмом, ненавистью к предавшим и нежеланием иметь подобный дар я даже не боролась. Ведь моя суть — охранять и защищать.

Где-то в закутке души знала, что пожалею об этом порыве. Но не тогда, когда кто-то из детей Рода в опасности.

Я сосредоточилась на новом даре, ища подсказку. Но случилось совсем не то, чего я ожидала. Я ждала мысль, воспоминание или фокус, подобный тому, что случился в уборной. А вместо этого передо мной образовался портал. Но он был необычным: словно сотканный из облаков.

Растерянно отступила на два шага от него. И вовремя. Из перехода вывалилось окровавленное тело. Сразу после этого портал закрылся. И это вернуло мне самообладание. Я должна помочь!

Все тело мужчины было исполосованным, как будто мучавшие его старались не оставить ни одного здорового участка. И это почти получилось. Я чувствовала себя беспомощной, в этот момент я безумно пожалела, что не могу исцелять других. У меня были теоретические знания, но их основу составляло владение даром, что мне не доступно.

Хотелось плакать и кричать от такой несправедливости. Какой смысл вызволять пострадавшего, если я не смогу ему помочь?

Я никогда не видела умирающих и не хочу приобретать этот опыт. Надеясь лишь на чудо, я склонилась над мужчиной, постаралась призвать свой дар. Вдруг с пробудившимися силами я смогу исцелять? Но ничего не происходило.

Раздался слабый стон. Стараясь не обращать внимания на кровь, я попыталась перевернуть тело. Но мои руки соскальзывали, а крепче схватиться я боялась. Собрала все силы. Сейчас не время отчаиваться. Опустилась на колени и, мысленно попросив прощения за причинённую боль, повернула мужчину на бок, спиной ко мне.

Было жутко просто смотреть на ранения мужчины, но его лицо привело меня в неописуемый ужас. Вся кожа была неаккуратно снята, даже с губ. Одноликий, как же ему помочь?!

Надо поискать что-то в доме, быть может, обезболивающее зелье хотя бы. Но я опасалась отходить от мужчины. Вдруг, когда я вернусь, он будет уже мертв? Я не могу позволить ему умереть!

Что же это за день такой? Мне стало до невыносимого жалко себя. Верно говорили, что дар мой бестолков. Будь я обычной целительницей, избежала бы всего произошедшего.