Чтение онлайн

– А почему ты первый почувствуешь? – осторожно спросила я.

Он руками развел, словно говоря, что это же очевидно.

– Я орденский маг. Пусть и недоучившийся, пусть и бросивший Орден. Но все равно. Я почувствую, не сомневайся.

* * *

За последний час мы останавливались раза три, и даже больше отдыхали, чем шли, Марийка совсем выдохлась и на ногу наступить не могла. Сейчас сидела на травке, сняв ботинки, поджав губы, глаза чуть ли не на мокром месте.

Коен ходил кругами и нервничал, по сторонам озирался, словно ждал, что за ним вот-вот придут и порвут в клочья, а Гус очень спокойно останавливался, садился рядом с Марийкой и всегда терпеливо ждал.

– Сколько можно сидеть? – у Коена терпения не хватало, и вот сейчас я отлично могла его понять. – Идем уже.

– А куда тебе так торопиться? – удивился Гус, пожевывая сорванную травинку.

– Надо что-то делать! Нельзя же вот так!

Коен прямо на глазах осунулся, посерел.

– И что ты хочешь делать? – спросил Гус. – Думаешь, если побежишь быстрее, то тебе тайное знание откроется?

Усмехнулся обидно.

– Может, надо вернуться? Пойти к отцу, спросить у него, за что меня так? И что мне делать?

– Вернись. Спроси. Я тебя разве держу?

– Но как я один… как один пойду? А если там по дороге на меня нападут эти твари? Если задерут?

– И что? – поинтересовался Гус. – Хочешь, чтобы я тебя защищал? Деньги у тебя есть?

– Гус! – попыталась было возмутиться я.

– Чего? – удивился он. – Зачем мне бесплатно своей шкурой рисковать?

– У меня есть… немного… - тихо сказал Коен.

– Золотом сколько? Я только золотом беру.

Коен судорожно сглотнул.

– Золотом… около тридцати где-то… - И губы облизал, ожидая.

– Мало, - сказал Гус. – Я уже другое дело взял, и бросать не буду. Так что, хочешь, иди со мной, и я, может быть, смогу отбить тебя у твари.

– То есть, если бы у меня было больше, ты бы другое дело бросил? – не поверила я.

Гус еще одну травинку сорвал, но на меня не глянул, Коена разглядывая.

– Смотря сколько бы у него было.

– А сколько надо?

Гус плечами пожал.

– Сто сорок прямо сейчас, и я брошу все, пойду с ним.

– Гус! – я возмутилась.

И даже толком не могла понять, что так возмущает. Брать деньги за защиту от тварей? Так мы все три года этим и живем, Гус – так точно, сколько он уже тварей уложил по лесам и болотам.

Или то, что готов одно дело ради другого бросить?

Или просто подначки его не к месту?

– Не дергайся, Эль, - ухмыльнулся Гус, словно мои мысли читая. – У него все равно нет столько, это пустой разговор.

– У меня нет… но… у отца есть, он бы заплатил, - тихо сказал Коен.
– Он бы и больше заплатил…

Губы облизал снова, нервно так.

– И ты бы пошел к отцу после всего? – Гус удивился. – Просить о помощи?

– А какой у меня выбор?

– Умереть достойно! – Гус хохотнул, языком цокнул.

Вот скотина же! Нельзя так с людьми.

– Умереть? За что мне умирать? – У Коена красные пятна на щеках проступили. – Что я сделал?

Гус плечами пожал.

– Ты три года трусливо прятался, - сказал Гус холодно. – Ты ведь не мог не понимать, что мать твоя умерла не просто так. Что это не медведь. Что не все так чисто. И что если три года прошло, то отец уже платил за твою жизнь кровью. Да, может раньше не людей резал, не знаю, но петухов и баранов за человеческую жизнь много надо отдать, не всегда выйдет. Проще вон, ведьму разок…

– Я… не…

На Коена страшно смотреть было.

– Тебе повезло, что Эль твоего отца на месте не убила, - сказал Гус. – А ведь было за что. Иначе бы за тобой уже пришли. А не думал, что может Тодор очухался и какую-нибудь другую девку прирезал, и ты можешь спать спокойно? По крайней мере, еще год.

Коен глубоко вдохнул, пытаясь что-то сказать, выдохнул. Лицо ладонью потер.

– Ты ведь знаешь, - спросил Гус, - что за теми, кто Темному обещан, трижды приходят? И если трижды отобьется, то и свободен. Можешь сам попробовать. Эти твари устойчивы к магии, их только железом, по большому счету, для этого не нужно быть магом. Драться-то умеешь?

– Один я не справлюсь, - глухо сказал Коен.

Гус кивнул, он и не сомневался.

– Вот ж сосунок! – по колену ладонью хлопнул довольно.
– Тогда давай свои тридцать золотых, и я буду очень внимательно охранять тебя.

– Сейчас? А если ничего не будет? Если не придут?

– Считай, тогда просто за охрану в дороге.
– Гус плечами пожал небрежно. – Если сейчас не заплатишь, то когда за тобой придут, я даже с места не сдвинусь. Пусть жрут себе, а твои деньги мне потом все равно достанутся.

Коен зубы сжал до хруста. И кулаки сжал.

Но делать ему нечего, страшно, в угол зажали.

Достал из-за пазухи сверток, достал деньги, и все золото, что было, Гусу протянул. Когда отдавал – рука чуть дрогнула.

– Боишься тварей? – Гус заметил, конечно, фыркнул до крайности снисходительно.

– Гус… - мне не нравилось это. – Нельзя так.

– Нельзя? – удивился он с сарказмом. – С чего бы? Разве не смешно? Здоровый лось такой, а вон, штаны уже обмочил!

– Гус!

– Ладно, - он вздохнул и на ноги вскочил, деньги к себе спрятал. – Нам сейчас еще до Верхнего Торинка надо, там поспрашиваем людей, не видели ли обоз Стефана. И на месте уже посмотрим, куда ниточка от камешка идет. Пока точно в ту сторону. Время терять действительно не стоит. Поэтому, Коен, на, понесешь мои вещи.

И очень серьезно так ему свой рюкзак протянул.

– Что? Почему я? – не понял Коен, глазами хлопнул.

– Потому что Эль такое не допрет.

Протянул ему. Коен взял было, и аж пошатнулся, присел. У Гуса в рюкзаке чего только нет, одних книг штуки четыре. Тяжелый, словно камнями набит, я как-то пыталась поднять, еле с места сдвинула.

– И еще сумку возьми, - Гус с пояса сумку отстегнул.

– А ты?

– А я Марийку понесу. Иначе мы так никуда не дойдем. А в Торинке подумаем, что с ее ногой делать.

– Как понесешь? – Марийка испуганно голос подала, а то сидела тихо, больше слушала.

– На спине, - сказал Гус. – Я присяду, ты меня сзади за шею обхватишь, я тебя за ноги придержу. Только и сама держись крепче. Да не красней ты, нужна ты мне, тебя лапать. Сама не дойдешь. А пока дойдешь, твоего отца, может, уже твари сожрут. Хочешь? Или нам идти, а тебя тут одну бросить?