Чтение онлайн

— Ну всё, ухожу, ухожу, — пробурчал мужчина, спрыгивая со стола на левую ногу, а правую осторожно поставил на пол, всё ещё не веря в своё счастье. — Спасибо вам всем, до свидания.

Пока дошёл до двери, мужчина убедился, что ему не надо хромать и дальше двинулся ровной походкой.

— Думаю, вам можно приступать к самостоятельной работе, Пётр Семёнович, — сказал я стажеру, поворачиваясь к нему, когда пациент уже покинул кабинет.

В этот момент Лена взвизгнула, Белогородцев поднял правую руку, по пальцам бегали мелкие искорки и разряды.

— Так вы уже неделю в Питере не были, Александр Петрович, я правильно понял? — спросил мой совсем не стажёр. Услышав своё настоящее отчество, я вздрогнул, по спине пробежал холодок. Да не может такого быть! Предчувствия меня не обманули, но я старательно из задвигал и не верил. — А мы по вам скучали, особенно Егор Маркович. Вы же так и не вернули ему его драгоценность? Князь очень расстроен.

В кабинете мы остались втроём. Я, медсестра и лекарь, он же боевой маг из Питера, который чудом меня нашёл. Да почему чудом? Надо было сидеть дома тихо, как мышь, и не высовываться. Так нет же, надо было выделиться так, что уже весь город в курсе, что тут какой-то странный приезжий лекарь появился. Значит Баженов разослал везде своих людей, и они рыскали по городам и весям в поисках беглецов. Я в принципе был уверен, что те, от кого мы бежим, не поверят в нашу гибель и трактуют это по-своему, то есть правильно.

Лена вжалась в угол и пыталась кому-то позвонить по телефону, но маг вырвал телефон у неё из рук и разбил об пол. Девушка ещё сильнее вжалась в угол и сползла вниз по стенке, дрожа от страха и закрывая лицо руками. У меня же никакого оружия и боевых навыков мага, чтобы атаковать его. Я даже ударить не могу, он стоит по другую сторону от манипуляционного стола, держа безопасную дистанцию. Скорее всего ближний бой не его конёк.

— Если я правильно понял, золотой амулет у вас не с собой, так ведь, Александр Петрович? — зловеще улыбнулся мой оппонент.

Теперь его взгляд был точь-в-точь, как у Тимофея, когда тот собирался броситься на меня с огромным тесаком. Это не сулит мне ничего хорошего. Даже если я дам слабину и скажу ему где искать амулет, в живых он меня не оставит. А Лену скорее всего уберёт, как свидетеля.

— Ну почему же не с собой, — хмыкнул я, отчаянно стараясь сделать равнодушное лицо. Уж не знаю, насколько хорошо у меня это получилось. — С собой. Просто не активирован. Если он тебе так нужен, подойди и возьми.

— Хочешь повыпендриваться? — ухмыльнулся он. — Я бы не советовал. Давай амулет.

Он протянул в мою сторону левую руку ладонью вверх, а правую так и держал на уровне лица, гоняя по пальцам мелкие разряды, которых становилось всё больше. Я вздохнул и продемонстрировал ему совсем не дворянский жест. Поднёс ко рту кулак, дунул в него и, как бы случайно оттуда выскочил средний палец. Я вытянул в таком виде руку перед собой, сам с удивлением разглядывая непонятное природное явление.

— Вот он, забирай, — улыбнулся я, демонстрируя ему незамысловатую комбинацию.

Белогородцев, если это конечно его настоящая фамилия, в чём я очень сомневаюсь, набычился и двинул правую ладонь в мою сторону. Из неё одна за другой начали выстреливать молнии, как тогда делал Андрей, спасая меня от огневика. Только теперь молнии били именно в меня. Точнее в невидимую защитную сферу, которую моментально создал мой раритетный медальон. Я скрестил руки на груди и с любопытством разглядывал, как молнии, не долетая до меня, распластываются светящимися кругами по преграде и исчезают, не достигнув цели.

Такой феномен для Петра Семёновича оказался ещё большим сюрпризом, чем предложенная мной замена амулета. Молния теперь была одна, тоненькая и непрерывная. Она словно ощупывала мою защиту в поисках слабого места. Потом исчезла, как и искорки на его ладони. Он опустил руку вниз.

— Сними свой амулет и давай поговорим, как мужчина с мужчиной, — предложил Белогородцев.

— Такому разговору амулет не помешает, — спокойно сказал я и неторопливо начал обходить манипуляционный стол. Можно было и перепрыгнуть, но он был достаточно высоким. Не хватало ещё запнуться и полететь кубарем на радость противнику. — Так что хватит мочить подгузник и иди сюда, хочу обнять по-дружески.

— Мужские объятия? — вскинул он брови, потом изобразил отвращение. — Фу, какая гадость, это не моё.

Отступая он расстегнул халат и достал из-под рубашки кинжал с длинным клинком. Будучи уверенным теперь в своём превосходстве, пошёл мне навстречу, ловко поигрывая своим оружием. Всё-таки к ближнему бою он тоже неплохо подготовлен. Ну, кинжал не пистолет, если конечно он не собирается его метать, что с такой дрыной маловероятно.

Я подпустил его поближе, дал даже возможность сделать пару выпадов, совершенно безуспешных. После третьего выпада, когда он попытался пырнуть меня в живот, ушёл вправо с поворотом корпуса и выстрелом ноги вперёд. Мой любимый, ненаглядный маэ гири. Я старался вложить в удар максимум силы, что мне помешало достаточно отклониться в сторону и, перед тем, как сложившийся пополам гадёныш отлетел назад, я почувствовал резкое жжение в левом боку. Задел всё-таки, скотина!

Не обращая внимание на боль и чувство жара в боку, я ринулся на противника и добавил ещё несколько смачных пинков для более стойкого эффекта. Потом снял свой халат, левая половина которого уже вся была в крови, скрутил жгутом, перевернул стонущее тело мордой в кафель и крепко связал ему руки за спиной.

— Лена, вызывай полицию! — крикнул я медсестре, которая так и сидела в углу, ошарашенно наблюдая за происходящим.

— Но он разбил мой телефон! — пропищала девушка.

— Значит возьми у кого-нибудь! — повысил я голос, потом взял себя в руки. — Выйди в коридор и попроси любого, я свой телефон тебе дать не смогу, руки заняты.

— Да-да, сейчас, — прощебетала она и вдоль стеночки метнулась к двери.

Я отодвинул ворот его рубашки, моя догадка оказалась верна. Не церемонясь, я сорвал с его шеи серебряный амулет, точно такой же, как лежал у меня дома в чёрном блокноте. Я запомнил, как его деактивировать, отключил его и спрятал в карман. Потом решу, что с ним делать. Зато теперь никаких сомнений, что это человек Баженова. Насколько я помню, он никуда не звонил, значит и не мог сообщить, что нашёл меня, если не сделал этого раньше. Будем надеяться, что нет, он ведь сначала должен был убедиться, что новый доктор в клинике — это именно я. Всё равно обо всём случившемся я доложу главному полицмейстеру Питера Белорецкому, а только потом буду разговаривать с местной полицией.

Через минуту в кабинете уже было несколько лекарей из соседних кабинетов. Они уставились на кровавое зрелище и замерли на месте. Такого шоу у них в клинике наверно ещё не было.

— Всё в порядке, господа, не волнуйтесь, — вяло улыбнулся я, чувствуя, что взмок как мышь, а перед глазами потемнело. — Просто небольшое недоразумение, мы уже разобрались, дальше дело полиции.

— Александр Фёдорович, вы ранены, — услышал я знакомый голос. Даже не заметил, как сюда попал Олейников. — Пусть его кто-нибудь другой подержит, а я посмотрю вашу рану. Это он вас вот этим что ли?

Я повернул голову в том же направлении, что и Павел Алексеевич. На полу валялся кинжал почти ювелирной работы с длинным окровавленным клинком.

— Да, он самый, — сказал я, пытаясь встать, но меня повело в сторону.

— Коллеги, помогите! — крикнул Олейников и меня дружно подхватили и уложили на мой же манипуляционный стол.

Весь левый бок горел адским пламенем. Не исключено, что клинок был еще и отравлен. Павел Алексеевич не церемонясь рванул на мне рубашку, пуговицы полетели во все стороны. Осмотрев рану, он присвистнул. Значит там совсем весело, а мне показалось, что он просто задел по касательной. Олейников приложил ладонь к ране, и я почувствовал, что жжение усилилось. Мог бы и мастера душ позвать, изверг! Вслух я этого говорить не стал, человек за мою жизнь борется, а я ещё под руку вякать буду. То ли от нарастающей боли в ране, то ли от кровопотери или действия яда, я отключился.