Чтение онлайн

Город остался позади. Роботы вышли на открытую равнину неподалеку от озера, туда, где на горизонте темным силуэтом вырисовывался их космический корабль, когда юпитерианин вдруг произнес:

– Эй вы, сброд! Вы сказали, что ваш корабль не имеет силового поля?

Третий робот равнодушно ответил:

– Нам оно не нужно.

– Как же тогда ваш корабль выдерживает космический вакуум? Ведь разность давлений должна разорвать его на куски!

И он изогнул щупальце, словно желая этим немым жестом дать понять, какова юпитерианская атмосфера, которая давит на вас с силой двадцать миллионов фунтов на квадратный дюйм.

– Все это очень просто, – ответил ему Третий робот. – Наш корабль не герметизирован. Давление, что внутри, что снаружи – одинаковое.

– Даже в космосе? В вашем корабле вакуум? Вы лжете!

– Пойдите и убедитесь сами. Ни силового поля, ни герметичности. Что же в этом удивительного? Мы не дышим. Свою энергию мы получаем прямо из атомной. Есть воздух, нет его – нам это безразлично, и в вакууме мы чувствуем себя не хуже, чем рыба в воде.

– Но абсолютный нуль?

– Какое это имеет значение? Мы стабилизируем температуру своего тела. Окружающая температура нас не интересует. – Он помолчал, а затем добавил:

– Ну, мы пойдем на корабль. Прощайте. Мы передадим людям на Ганимеде ваше заявление: война не на жизнь, а на смерть!

Однако юпитерианин сказал:

– Подождите немного. Я скоро вернусь.

Он повернул назад и поспешил в город.

Роботы остановились и стали молча ждать.

Прошло не меньше трех часов, прежде чем вернулся представитель центрального правительства Юпитера, а вернулся он запыхавшись. Он остановился, как обычно, в десяти футах от роботов, а затем пал ниц и в такой униженной позе пополз к ним. Он ничего не говорил до тех пор, пока его резиноподобная серая кожа не коснулась их, а затем отстучал покорно и уважительно:

– Досточтимые сэры! Я связался с главой нашего центрального правительства, который лишь теперь узнал обо всех обстоятельствах дела, и смею вас заверить, Юпитер хочет только мира.

– Прошу прощения, что вы сказали? – безучастно спросил Третий робот.

– Мы готовы возобновить контакты с Ганимедом и рады сообщить вам, что никаких попыток выйти в космос мы предпринимать не будем. Наши силовые поля будут использованы только для нужд самого Юпитера.

– Но… – заикнулся было Третий робот.

– Наше правительство охотно примет любого человека, которого наши досточтимые братья, люди на Ганимеде, пожелают к нам послать. Милостивые государи, если вы теперь удостоите нас чести и поклянетесь жить в мире…

К Третьему роботу протянулось покрытое чешуей щупальце юпитерианина, и тот, словно ошеломленный, пожал его. То же самое сделали Второй и Первый, когда им были протянуты два других щупальца.

Юпитерианин торжественно провозгласил:

– Да здравствует вечный и нерушимый мир между Юпитером и Ганимедом!

Космический корабль, протекавший как решето, вновь находился в открытом космосе. Давление и температура опять упали. Роботы все смотрели на огромный, постепенно уменьшающийся шар под названием Юпитер.

– Они, конечно, искренне предлагали мир, – заметил Второй робот, – и мне очень приятно, что они повернули на 180 градусов, но я никак не могу понять, в чем тут дело.

– Я думаю, юпитериане вовремя опомнились и поняли, сколь пагубна мысль о причинении зла людям, нашим хозяевам, – заметил Первый робот. – Так что все объясняется весьма просто.

Третий робот глубоко вздохнул и сказал:

– Видите ли, тут проблема чисто психологическая. Эти юпитериане обладают комплексом превосходства толщиной в милю, так что, когда им не удалось уничтожить нас, они пошли на все, только бы спасти свой престиж. Всякие их выверты, объяснения и рассказы были типичным бахвальством, чтобы пустить нам пыль в глаза, чтобы мы смирились перед их мощью и превосходством.

– Все это понятно, – прервал его Второй робот, – и все же почему…

Третий продолжал:

– Но получилось совсем не так, как они рассчитывали. Они преуспели только в том, что убедились – мы их во всем превосходим: мы не тонем, не едим и не спим, расплавленный металл нам не вредит. А отсутствие герметичности на нашем корабле потрясло их, сыграло роковую роль. Их последним козырем было силовое поле. Но когда выяснилось, что мы в нем вообще не нуждаемся и можем жить в вакууме при абсолютном нуле, – это их совсем доконало, тут все и рухнуло.

Третий робот помолчал, а потом философски изрек:

– Когда комплекс превосходства так вот рушится, то это уж навсегда.

Второй робот после некоторого раздумья сказал:

– Но все это еще ничего не объясняет. Чего им беспокоиться о том, что мы можем или не можем? Ведь мы всего лишь роботы. Воевать-то им придется с людьми.

– В этом-то все дело, приятель, – мягко ответил Третий робот. – Мне это пришло в голову, только когда мы покинули Юпитер. Ты знаешь, по своей оплошности, совершенно непреднамеренной, мы совсем забыли им сказать, что мы только роботы.

– Так никто же нас об этом не спрашивал, – сказал Первый робот.

– Правильно. Поэтому они считали, что мы и есть настоящие люди и что остальные земляне подобны нам.

Он взглянул еще раз на Юпитер и глубокомысленно заметил:

– Не удивительно, что они решили поджать хвост.