Непреодолимо
Шрифт:
– Привет, папочка, - крикнула Фелисити.
– Всем привет.
Мгновение спустя в кухню вошел Мак. Я стояла к нему спиной, но у меня перехватило дыхание, как будто он высосал весь кислород в комнате.
– Как дела в школе?
– спросил он.
– Хорошо. Я потеряла еще один зуб.
Фелисити усмехнулась, с гордостью демонстрируя новую дырку в своей улыбке. Мак внимательно осмотрел ее зубы.
– Хорошая работа. Где он?
– Я положила его в маленький пакетик на ее комоде.
Я повернулась к нему лицом, но не могла заставить себя встретиться с ним взглядом. Вместо этого я посмотрела на его грудь.
– Милли на балете. Уинни в своей комнате.
– Хорошо.
Я быстро повернулась и направилась в заднюю комнату, сунула ноги в ботинки и накинула куртку. Даже не потрудившись надеть перчатки или шапку, я произнесла фальшиво-веселое «до завтра» и поспешила на выход.
Я даже не могла дышать, пока не оказалась в своей машине и не завела двигатель.
Позже я получила сообщение от Мака.
Ты так быстро ушла, я не успел тебе заплатить. Я принесу тебе чек завтра и оставлю его на ресепшен.
Обычно я не работала на ресепшене по пятницам. Если у меня был заказ на десерты для какого-нибудь мероприятия в выходные, я вставала рано и проводила утро за выпечкой, потом я забирала Уинни. Однако в эти выходные в Кловерли не было запланировано никаких мероприятий, и мне даже не нужно было забирать Уинни, так что у меня было свободное время. Я могла бы легко спуститься вниз, чтобы забрать чек у Мака.
Но это потребовало бы разговора с глазу на глаз, а я не была уверена, что справлюсь с этим.
Все в порядке.
Он не ответил.
Пятницу я использовала для уборки, стирки, работы в социальных сетях, приготовления супа и согласования с Эйприл расписания свадеб на ближайшие несколько недель. Приближалась свадьба Райана Вудса, и изначально я с нетерпением ждала этого события - так как Райан раньше работал у нас все члены семьи сотрудников были приглашены, но теперь я обнаружила, что боюсь этого, так как знала, что Мак будет шафером. Я, вероятно, проведу всю ночь, глядя на него через весь зал.
Эйприл подтвердила, что в качестве десерта они хотят макаронс, а свадебные цвета Стеллы - морской, клюквенный, слоновая кость и золото.
– Она доверила тебе выбор вкуса и попросила сделать бархатные ленты на коробках, которые дополнят ее цветовую палитру.
– Звучит прекрасно. Я займусь этим.
Я просматривала рецепты и пыталась определиться со вкусами, когда позвонила мама и спросила, не возражаю ли я против вечерней смены в качестве хостес в ресторане, поскольку сотрудник заболел. Я сказала, что буду рада. Что еще мне оставалось делать, кроме как сидеть и хандрить?
Эта мысль меня раздражала. Мне было всего двадцать семь лет. Почему у меня не было более интересной социальной жизни? Или хотя бы почему я не могла куда-то пойти в пятницу вечером? На следующей неделе был День святого Валентина. Гостиница будет полна романтических пар, что обычно радовало меня, но сейчас я чувствовала, что боюсь этого дня. Пока я принимала душ и готовилась к работе, я оставалась в хорошем настроении. Когда я спустилась в ресторан, я заметила, что снова идет снег. Ради всего святого, даже снег напоминал мне о Маке. Неужели зима никогда не закончится?
Я зарегистрировалась у менеджера ресторана и заняла свой пост у стойки хостес, стараясь не хмуриться из-за всех пар, приходящих на романтический ужин. Очевидно, у меня это не очень хорошо получалось, потому что через некоторое время моя мама поспешила через вестибюль от стойки администратора ее лоб был сморщен.
– Фрэнни, не могла бы ты убрать это кислое выражение со своего лица? Оно очень раздражает.
– У меня не кислое выражение, - огрызнулась я.
Она скрестила руки на груди.
– Я вижу это даже из далека. Мы хотим, чтобы люди приходя к нам чувствовали себя желанными гостями. Будь немного теплее, пожалуйста.
– Извини. Я боролась с желанием закатить глаза.
– Я постараюсь.
Внезапно ее раздражение превратилось в беспокойство.
– Ты хорошо себя чувствуешь?
– Да, я чувствую себя хорошо, - сказала я сквозь зубы, натягивая улыбку, когда подошло несколько гостей.
– И мне нужно рассадить этих людей, так что извини меня.
После этого я приложила больше усилий, чтобы быть теплой и гостеприимной, и все шло хорошо, пока я не услышала голос Мака. Подняв глаза от стопки меню, лежащей передо мной, я встретилась с ним взглядом, когда он и Генри ДеСантис пересекали вестибюль. Мое сердце забилось быстрее, когда они приблизились.
– Привет, Фрэнни, - сказал Генри. Они взяли сегодня вечером на замену тебя, да?
– Да. Я улыбнулась Генри, не отрывая взгляда от Мака.
– Работаешь сегодня допоздна?
– Да, но мы просто решили отдохнуть и пропустить по стаканчику в баре.
Мак заговорил.
– Фрэнни, я оставил чек для тебя на ресепшен.
Моя улыбка померкла, когда я заставила себя снова встретиться с ним взглядом.
– Спасибо.
– Мы просто займем пару мест у бара, если ты не против, - сказал Генри. Нет необходимости нас рассаживать.
– Хорошо. Я изо всех сил старалась звучать бодро.
– Наслаждайтесь.
Они прошли мимо меня, и я почувствовала запах Мака - от него у меня чуть не подкосились колени. И он выглядел так хорошо в синем. Он подходил к его глазам. Почему он был таким красивым?
Несколько раз в течение следующего часа я заглядывала в бар и подглядывала за ними. Это было нелегко, поскольку они заняли два места в дальнем конце бара, но дважды мне удалось придумать предлог, чтобы пойти на кухню. Это означало, что мне пришлось пройти мимо них четыре раза. В первый раз я старалась не смотреть им в глаза. Во второй раз Мак случайно заметил меня, и наши глаза встретились. Ни один из нас не улыбнулся. В третий раз я заметила, что они решили поесть, и оба заказали стейки. В последний раз Генри, должно быть, пошел в туалет или что-то в этом роде, потому что Мак сидел один. Он посмотрел на меня, когда я проходила мимо него, но я отказывалась смотреть ему в глаза. Затем он произнес мое имя.
Я сделала вид, что не услышала его, и пошла быстрее, стуча каблуками по деревянному полу. В следующее мгновение мне на плечо легла рука.
– Фрэнни, - повторил он.
– Остановись на минутку.
Я повернулась к нему лицом и неохотно встретилась с его глазами.
– Да?
– Ты... то есть, как ты?
Он засунул руки в карманы.
– Нормально. Я скрестила руки.
– Девочки с мамой?
Он поморщился и покачал головой.
– Она не приехала.
Я вздрогнула, хотя это не удивило меня.