Чтение онлайн

Феликс с досадой подумал:

«Вот же, черт, такая рыбка сорвалась с крючка. А ведь все так хорошо начиналось. Что ж, оказывается, бывают и две осечки подряд. Надо взять это на заметку».

Неожиданно скрипнули тормоза. Сити-кар остановился. Сквозь стекло Халлер видел сидящую за рулем Алису — женщина плакала, руки ее дрожали. Он подошел, постучал костяшками пальцев в стекло. Оно опустилось.

— Извините, вам плохо? — сочувственно поинтересовался он, положив ладонь на плечо женщины.

— Знали бы вы, как мне плохо. Руки трясутся. Я не могу вести машину. И все из-за встречи с вами.

— Пересядьте. Я поведу автомобиль, — решительно произнес Феликс.

Алиса не стала спорить. Халлер вел машину. Немного успокоившаяся женщина подсказывала дорогу.

— Я за городом живу, в коттеджном поселке «Радужный». Как хорошо, что вы согласились меня подвезти. Только как вы назад доберетесь?

— Такси вызову, — сказал Феликс, поглядывая на спутницу.

Та промолчала, явно намекая, что такси вызывать не придется, во всяком случае, до утра.

Неприглядные угрюмые пейзажи городских окраин сменились лесом. Миниатюрный сити-кар неторопливо катил по разбитому асфальту. Халлер старательно объезжал выбоины, боясь повредить низкую подвеску. Наконец за поворотом в темноте показался небольшой коттеджный поселок. Неярко горели фонари. Светились окна. И тут оказалось, что дорога перегорожена криво припаркованным внедорожником. Грязным, с заляпанными стеклами, даже номера сквозь толстый слой налипшей глины было не рассмотреть.

Феликс как ни старался, так и не смог проехать вперед. А на бордюр маленькая машинка въехать, естественно, не могла. По немецкой привычке Халлер вышел, заглянул в лобовое стекло внедорожника, ожидая увидеть за ним приклеенную с обратной стороны табличку с номером мобильного телефона и надписью: «Если моя машина кому-то мешает, перезвоните». Никакой таблички, естественно, не оказалось.

— Не беда, — Алиса решительно взяла Феликса за руку. — Припаркуйте здесь, у бордюра. Утром заберем машину.

Это «заберем» и тем более «утром» прозвучало совсем уж ободряюще. У Халлера и сомнений не осталось насчет прекрасной ночи со случайной знакомой.

Он припарковал сити-кар. Алиса взяла его под руку, и они стали обходить внедорожник. Но тут у них на пути возникли трое неприветливых крепко сложенных мужчин в одинаковых черных кожаных куртках, тренировочных штанах с лампасами, кроссовках и лыжных шапочках. Этакие братки, родом из достопамятных девяностых. Один — долговязый. Второй — приземистый. Третий — коренастый.

— И далеко собрались, голубчики? — поинтересовался долговязый, выступая чуть вперед.

— Видно, в лесок собрались, — не дожидаясь ответа, встрял приземистый. — Да не за грибами с ягодами, а потрахаться.

Коренастый хохотнул уже из-за спины Феликса и Алисы.

— Слушайте, господа, дайте пройти, — решительно заявил Халлер, хотя уже успел не на шутку испугаться, но пока не подавал виду, хорохорился перед дамой.

— Не надо с ними связываться, — прошептала женщина.

— А почему это не надо? Брезгуешь? — Долговязый схватил Алису за руку и сильно рванул ее на себя.

Женщина коротко вскрикнула, но ей тут же заткнули рот ладонью.

— Попробуй только пикнуть, красотка.

Халлер даже не придумал, как ему поступить в сложившихся обстоятельствах, к которым он абсолютно не был готов. Его уже схватили сзади, заломили руки, закрыли рот какой-то вонючей, отдающей солярой тряпкой и потащили в лес.

Вскоре все пятеро оказались на небольшой полянке. Свет фонарей коттеджа пробивался сквозь деревья, заливая траву безжизненным ртутным цветом.

— Кому-то все, а кому-то ничего, — философски заметил долговязый.

Коренастый включил фонарик, посветил в лицо Алисе.

— Смазливая, хоть и подержанная. Но нам сойдет. Мы же не привереды.

Приземистый уже присматривался к Халлеру.

— Иностранец, что ли?

— Немец, — уверенно заявил долговязый.

— Значит, с иностранцами трахаешься, а своим мужикам — лапу соси? — возмутился несправедливостью коренастый.

Если до этого Феликс еще мог рассчитывать на благополучный исход — пусть бы деньги забрали, перстень с камнем, позолоченные запонки. То теперь стало совершенно понятно, что худшего никак не избежать.

Алису повалили на траву и принялись насиловать прямо на глазах у ошарашенного немца. Женщина извивалась, пыталась кричать, но ей затыкали рот. При этом коренастый крепко держал немца сзади и заставлял смотреть на все это непотребство. Намеренно следил, чтобы тот ни в коем разе не закрывал глаза и не отворачивался.

— Смотри, фашист проклятый, — шептал он ему на ухо, — думал, бабки есть и все телки у твоих ног? Э не. Так не бывает. Сила не в деньгах.

Наконец долговязый и приземистый отпустили Алису. Она лежала на траве, свернувшись калачиком, и тихо по-детски всхлипывала.

— Ну а с этим что делать будем? Может, пришить, на хрен? — поинтересовался долговязый, неторопливо застегивая ширинку.

— Закопаем прямо здесь, на поляне, — посоветовал приземистый, а затем хитро прищурился, посветив Халлеру в лицо фонариком.

Долговязый хлопнул коренастого по плечу:

— Может, и ты хочешь? А то как-то несправедливо получается, — и кивнул на Алису.

— Она уже никакая, — сморщил тот нос, словно ему предлагали некачественный товар на рынке.

— Тогда, может, этого в «шоколадный глаз» трахнем? А-то смотрит как-то горделиво.

— Можно опустить, петушилой заделаем. Он же даже за свою телку не заступился.

Долговязый и приземистый отошли в сторону — вроде бы посоветоваться, «перетереть» что-то касательно немца. А тем временем коренастый вновь зашептал немцу на ухо:

— Я, вообще-то, не с ними, и мне не нравится то, что они делают. Но я тебе, немец, одно скажу. Сваливать тебе отсюда надо. И чем быстрее, тем лучше. Забудь про свои инвестиции. А то точно трахнут. Могут, конечно, и не трахнуть. Но тогда зарежут. Это ж они Бахрушина подорвать хотели. Подорвут — ни перед чем не остановятся. Ты мне на слово поверь. Так что беги, на хрен, отсюда. И не останавливайся, не оборачивайся. Беги так, будто за тобой разъяренный медведь гонится.

Халлер почувствовал, как хватка державшего его ослабела. И он последовал данному совету. Вырвался и со всех ног побежал, спотыкаясь, падая, вставая, вновь спотыкаясь… Ему казалось, что он слышит за собой топот преследователей. Феликс в расстегнутом плаще с перекошенным от страха лицом, впопыхах выбежал на шоссе — прямо на середину. Стал и замахал над головой руками. Летящая на него фура взвизгнула тормозами. Ее тут же занесло, но все-таки опытный водитель успел остановить машину. Высунулся из кабины и закричал: