Чтение онлайн

— Расскажи мне еще что-нибудь, — говорю я, цепляясь за хоть какой-то контроль над хоть какой-то частью этой ситуации.

— Что ты хочешь знать? — спрашивает он.

— Вчерашняя ночь что-нибудь значила для тебя? Я имею в виду, ты хочешь сделать это снова, верно?

— Да, — подтверждает он одним кивком, наблюдая за мной, чтобы понять, к чему я клоню.

— Итак, я думаю, ты прав. Мне нужно иметь возможность доверять тебе. Это единственный способ, которым мы когда-либо доберемся до места, где… где, может быть, я снова смогу увидеть, как это происходит. Я провела кое-какое исследование — очевидно, неформальное исследование, и у меня нет надлежащего образования, чтобы полностью уложиться в голове. Или даже всю информацию о тебе. Я терплю это, но пытаюсь понять, как с тобой обращаться. Я пытаюсь, но у меня нет всей информации.

Его голос светлеет от удовольствия. — Как со мной “обращаться”?

— Ты не такой, как другие парни, — говорю я, встречаясь с ним взглядом. — Ты, конечно, понимаешь это.

Его веселье рассеивается, и он с любопытством наблюдает за мной. — И ты не такая, как другие девушки, — констатирует он.

Подняв брови и многозначительно посмотрев на свои руки, прижатые к его дивану, я говорю: — Это данность, иначе нас бы сейчас здесь не было.

— Истинна. Тебя, наверное, похоронили бы где-нибудь в неглубокой могиле.

Веселье в его голосе такое неправильное. Я качаю головой. — Нет. Не смешно шутить об убийстве женщин. Разве мы не можем? Я не могу быть полностью уверена, что ты шутишь, и я хотела бы заняться одной чудовищной вещью за раз.

— Все в порядке. — Он наклоняется, чтобы поцеловать одно из прижатых им запястий. Не единожды он одарил чувствительную кожу моего запястья своим ртом. Я изо всех сил пытаюсь сосредоточиться, удивляясь тому, как хорошо я себя чувствую. Как это чувственно, когда его губы так нежно скользят по области, которую он сдерживал.

Когда он так делает, фокусироваться становится сложнее, но я все равно стараюсь. Это кажется важным, и я ненавижу надеяться, что на самом деле нахожу с ним связь, но я могу попытаться.

— Я думаю, первое, что мне нужно знать, это то, что тебе нравится в этом?

Он перестает целовать мое запястье и скептически смотрит на меня. — Какая часть секса мне нравится?

— Нет. Эм… — Я не знаю, как именно это описать, поэтому наклоняю голову к запястью, которое он все еще сдерживал. — Сила. Я имею в виду, ты действительно хочешь причинить мне боль? Это силовая штука? Контрольная вещь? Что заставляет тебя чувствовать себя хорошо?

— Это имеет значение?

Уклонение, снова. — Картер, я пытаюсь тебя понять, — говорю я с легкой досадой в голосе. — Даже после всего, я “стараюсь”. Если хочешь, чтобы я доверяла тебе, дай мне повод.

— Впрочем, мне и не нужно, не так ли? — спрашивает он, позволяя своей руке скользнуть между моих ног. Сегодня я в джинсах, так что на этот раз он обнимает меня через два слоя ткани. — Если я захочу, я могу взять это прямо сейчас.

Не обращая внимания на тяжесть в животе, я выдерживаю его взгляд. — Ты мог бы. Но это произойдет только один раз. Я никогда больше не позволю тебе оставить меня одну. Это то, что ты хочешь? Это дело завоевания? Однажды ты сказал, что можешь трахнуть меня и вытащить из своей системы. Это все для тебя? Какой-то порыв лишить меня девственности, тогда ты со мной покончишь?

Он уклончиво качая головой, говорит: — Не совсем так. Как я уже сказал, ты мне нравишься.

— Я тебе нравлюсь, но ты хочешь сделать мне больно? — Я спрашиваю.

— Дело не в том, чтобы причинить тебе боль.

Прогресс! — То, что ты делаешь мне больно, ничего для тебя не значит?

Слегка нахмурившись, он качает головой. — Нет, боль меня мало волнует. Это борьба, я думаю. Мне нравится подавлять тебя. Мысленно, физически — мне просто нравится брать тебя на себя. Точно не знаю, почему; Я думаю, я никогда не чувствовал себя настолько хорошо подобранным. Черт, мне нравится делать это, даже когда я знаю, что не собираюсь трахать тебя, просто чтобы увидеть страх в твоих глазах. Это пиздец, не так ли?

Хоть это и грубое признание, оно также кажется мне уязвимым, и я хочу укрепить его честность, поэтому вытягиваю запястье, которое он целовал, и нежно касаюсь его лица. Выдерживая его взгляд, я качаю головой. — Не совсем. Что ты видишь, когда смотришь на меня? Думаешь, я слабее тебя, кто-то, кого легко задеть? Или ты считаешь меня сильной?

— Сильной, — говорит он без колебаний. — Одна из самых сильных людей, которых я когда-либо встречал, такими, какими я даже не знал, что люди могут быть.

— И тебе нравится, когда я в твоей власти, — говорю я для проверки. — Может, тебе нравится сила, когда ты побеждаешь того, кого считаешь такой сильной?

Он кивает, глядя мне в лицо. Его темные глаза слегка прикрыты, то ли похотью, то ли скептицизмом, я не уверена.

— Тебя заводит мысль обо мне беспомощной? — Я спрашиваю.

— Для меня, — уточняет он. — Не беспомощной вообще, только для меня.

Я киваю головой, сглатывая. — Уменьшает ли твое возбуждение мысль о том, что мне это нравится?

— Нет. Я хочу, чтобы ты наслаждалась этим. Мне нравятся милые беспомощные звуки, которые ты издаешь, когда кончаешь.

Покраснев, я опускаю взгляд на его грудь и пытаюсь сосредоточиться на своем потоке мыслей, не отвлекаясь на застенчивость. — Уменьшает ли твое возбуждение представление о том, как я плачу? Умоляю тебя остановиться?

Он колеблется секунду, размышляя о том, хочет ли он быть честным, но затем говорит: — Нет.

Я вздохнула, но постаралась сохранить свою объективность.

Итак, он может взять или оставить мое удовольствие, но он предпочитает его. Все в порядке. Мой желудок сжимается от веса всех моих нервов, когда я пытаюсь найти в себе мужество для следующей части. — Хорошо, а что, если бы ты мог выполнять все движения, но это была просто игра? Ты когда-нибудь… — я прочищаю горло, пытаясь снова. — У тебя явно был сексуальный опыт, так ты когда-нибудь исследовал эти желания с кем-нибудь из них?

Картер качает головой, все еще наблюдая за мной. — Я же сказал тебе, ты была первой.

— Итак, кое-что, на что я наткнулась… — Боже, как неловко. С таким же успехом можно просто выплюнуть это. — Разным людям явно нравятся разные вещи. Сексуальность — это спектр, и сексуальные интересы меняются и развиваются, и… только потому, что вы можете увлекаться чем-то, что не все считают нормальным, это не значит, что это должно быть преступным, вам просто нужен определенный тип партнера. Ты можешь заняться более безопасной игрой, которая позволила бы то же самое… — Я понятия не имею, как сказать то, что пытаюсь сказать. У меня в голове полный беспорядок, я не знаю, воспринимает ли он это вообще, и мне просто так неловко.