Чтение онлайн

Бездумно смотреть решительно не получалось, как бы я не старалась. Мысли то и дело витали в облаках. Грезился предстоящий бал, множество кавалеров, желающих пригласить на танец. Возможно, один из них в будущем станет моим мужем… Голос попытался было протестовать, однако я подавила вопли в зародыше, начав думать очень громко. Как выяснилось, именно эта тактика прекрасно работала. Не скрою, давалось это нелегко. Мысленно перекрикивать собеседника – задача не из простых. Тем не менее, кажется, у меня получалось выйти из ментальной схватки победителем.

Происходило это до того момента, пока я не увидела экипаж, направляющийся к особняку. Странно, маменька не предупреждала, что к нам сегодня прибудут гости. Иначе не стала бы меня заточать в комнате. Правила приличия обязывали выйти к посетителям, дабы их поприветствовать. Для этого действия, как известно, нужно было хорошенько подготовиться: надеть красивое платье, уложить волосы в причёску, ну и морально настроиться. В общем, быть в полной боевой готовности. Раз матушка меня не предупредила, значит, визитёры являлись незваными гостями. Общепринятые правила были таковы: требовалось сообщить хозяевам дома о визите заблаговременно, дабы ненароком не застать их врасплох. Выходит, произошло что-то из ряда вон выходящее!

Экипаж выехал на подъездную дорожку. Теперь он был хорошо виден. Понимание того, кто на самом деле прибыл, обдало волной жара. В животе что-то болезненно сжалось. Неужели случилось непоправимое?

Первой мыслью было сбежать вниз, несмотря на запрет маменьки. Ведь транспорт принадлежал ордену. В этом не было никаких сомнений. Знак на двери красноречиво указывал, что я не ошиблась. Опыт подсказывал: служители так просто не приезжают в гости с визитом вежливости. Обычно они приезжают, чтобы сообщить о смерти кого-то близкого. Разумеется, если семья этого кого-то регулярно вносит немалые пожертвования в орден. Таким образом, они проявляли сочувствие и отдавали дань умершему.

Существовала ещё одна причина визита – это арест. Но тогда прибывал не одинокий экипаж, а большой отряд гронов, вооружённых до зубов. Тогда у грешников не было шанса избежать закономерной участи – смертной казни. Когда я была маленькой, такая волна арестов прокатилась по столице. В преступных связях были замечены даже представители аристократии и просто зажиточные люди. Они умело маскировали свои помыслы систематическими отчислениями денежных средств в орден. Тем сложнее было поверить в такую подлость и их стороны.

Запомнила я это потому, что все события отложили свой след в моей детской психике. Родители в то смутное время несколько недель не выпускали меня из дома, запрещая общаться с друзьями, потому как было неведомо, кого ещё могут арестовать. А вдруг родственники моих подруг тоже в этом замешаны, только по какой-то невероятной причине, пока не задержаны? Поэтому я безвылазно пребывала в особняке до окончания расследования.

Суд был громким! И это неудивительно, так как в рядах грешников обнаружились люди, близкие к самому королю! Слава Врангу! Тайное общество удалось раскрыть вовремя, пока они не успели претворить в жизнь свой ужасный план. В ходе расследования вскрылось всё: и подготовка к убийству монарха, и ликвидация ордена в целом. Перевороты готовились тщательно. Годами вербовались люди, способные воплотить в жизнь чьи-то больные фантазии. Впрочем, организатора восстания так и не нашли. Значит, существовала вероятность повторной попытки свергнуть власть.

После долгого суда последовал смертный приговор. Его не смог избежать ни один из арестованных. Я на казни тоже присутствовала. А как иначе? Долгом каждого подданного и верующего человека было находиться в этот момент на площади. Все горожане там были, несмотря на возраст и физическое состояние. Было несколько воспоминаний, связанных с этим днём, которые врезались в мою память и с годами не выцветали, продолжая быть таким же яркими, как и множество лет назад. Одно из них – двое мужчин, несущих на своих руках безногого старика. Должно быть, пожилой человек не мог самостоятельно добраться до места назначения и попросил о помощи знакомых, которые таким образом смогли доставить его на место. Думаю, что во время казни им тоже приходилось его удерживать. Не только потому, что снизу ему не было бы видно само приведение правосудия в действие, а потому, что в толпе старика могли просто-напросто задавить. Были и другие, подобные этому воспоминания, однако произвело неизгладимое впечатление именно оно. Возможно, потому, что я увидела его первым. Остальные попросту потерялись на фоне таких же действий окружающих.

Второй эпизод – это сама казнь. Вспоминать об этом не хотелось. Детская психика не могла смириться с увиденным в тот день. Долгое время родители приводили меня в чувство. Несколько лет я просыпалась в холодном поту от кошмаров. С годами и моим взрослением ужасающие видения несколько притупились и утратили те ощущения кошмарности происходящего, которые я чувствовала, когда наблюдала за работой палачей. Кстати, карателями выступал тоже орден в лице боевого отряда гронов. Выполняли они свои обязанности с превеликим удовольствием и воодушевлением. В общем, события запомнились всем, от мала до велика. Полагаю, что после увиденного те, кто были по каким-то причинам воинственно настроены по отношению к служителям, резко передумали что-либо предпринимать.

В данный момент волнения прошлого и воспоминания не имели никакого отношения к происходящему. Зачем вранги прибыли? Неужели с папенькой что-то случилось?

Я наблюдала, как покидают экипаж люди, одетые в длинные серые мантии с жёлтым знаком на груди. Сердце сжалось и отпустило. Слава Врангу, они прибыли не за тем, чтобы принести печальные вести о смерти. Об этом сообщали служители в чёрных одеяниях с белой отметкой. Начала лихорадочно соображать, что бы это могло значить. Жёлтый…жёлтый…о чём говорит этот цвет? Солнце, тепло… Огонь! Как же я сразу-то не поняла? Это нарвы! Ох, что же им тут понадобилось?

Как правило, в обязанности нарвов входил поиск пробудившихся. Озарённые божественным благословением, могли находиться в любой точке мира. Для того чтобы не пропустить открытие дара, отряды с жёлтыми знаками колесили по всему свету, стараясь вовремя подоспеть к рождению нового адепта, должного после длительного обучения, пополнить ряды врангов. В какой из отрядов он впоследствии попадёт, зависело от предрасположенности к тому или иному направлению, которым владел ученик. Радовался рождению нового последователя только орден. Люди же не проявляли бурный восторг по этому поводу, поскольку отмеченный забирался из семьи безвозвратно, и отныне он всецело принадлежал врангам. Это значило: родные видели данного человека в последний раз. Нужно ли объяснять, что разлучатся с близкими до конца своих дней никто не хотел? Вследствие чего открывать свои способности ни один благословлённый не спешил. Наоборот, всячески скрывал свои возможности, иногда даже от родителей. Сознательно умалчивая о даре, таким образом избавляя их от необходимости сообщать о данном проявлении в орден, чтобы впоследствии они всю оставшуюся жизнь не корили себя за этот поступок.

Хотя всегда имелись исключения. Ярые поклонники врангов, наоборот, спали и видели, как их отпрыски открывают в себе дар и с почестями вступают в орден. Из-за чего бывали нередки случаи о ложных донесениях. Родители настолько мечтали, чтобы их ребёнок был особенным, что обманывали сами себя, утверждая о наличии божественных проявлений. И повезло тем детям, которых воспитывали в подобном ключе, они были счастливы оказанной чести. Но что делать тем, кто так не думал? Бежать! Куда глаза глядят, только бы не попадаться на глаза служителям. Ведь дело было не только в разлуке с близкими. В большей степени люди не желали становиться узниками.

Ученичество продолжалось долгих двенадцать лет, после которых адепты изменялись до неузнаваемости. Менялась их речь, поведение, убеждения, принципы. Лишь внешне это были вполне похожие на себя в прошлом люди. Собственно, внешность – это единственное, что от них, прежних, и оставалось. Уж что там с ними вытворяли, никому не известно, но факт оставался фактом. Вот почему такой печальной участи не желали даже врагам. Да, она была почётной, лишь бы кого Боги-супруги не наградили даром, однако слишком болезненным для всех он был.