Непристойно богатый вампир
Шрифт:
– Джулиан.
– Голос матери отвлек меня от моих мыслей.
– Не нужно попадаться на глаза непонятно с кем. Мы не хотим, чтобы у людей сложилось неверное представление.
Я посмотрел на нее, понимая, что терять мне нечего, кроме места в списке потенциальных женихов этого сезона.
– Это может стать проблемой, - пробормотал я, наслаждаясь тем, как напряглись ее плечи, - потому что Тея — моя девушка.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Тея
Руки Джулиана скользнули по моим плечам и спустились вниз. Я прижалась к нему, пытаясь повернуть лицо, чтобы увидеть его, но он опустил голову на изгиб моей шеи. Теплые губы коснулись моей кожи, затем нежно царапнули клыки. Я вывернулась из его рук. Тонкая пленка пота покрывала мое тело. В такой близости от него я чувствовала тесноту своей одежды. Мне хотелось сорвать ее. А еще лучше, чтобы он сорвал ее с меня. Его ладонь скользнула к моему бедру, обхватив изгиб тела так грубо, что стало немного больно. С моих губ сорвался стон, и он мрачно рассмеялся. Я прищурилась в темноте, пытаясь разглядеть его лицо. Он считал меня нелепой и хрупкой, а мне было все равно. Пока я была в его объятиях. Но было слишком темно, чтобы разглядеть что-то, кроме скульптурных очертаний его губ. Они разошлись, и я с готовностью прильнула к нему. Я ждала, когда он меня поцелует. У меня перехватило дыхание, я зависла на мгновение, но потом он отстранился и скрылся в тени.
– Не уходи!
– позвала я его. Все было как раньше. Дразнящий. Провоцирующий. И затем между нами захлопнулась дверь.
Но он оставался в тени. Я больше чувствовала его, чем видела. Я протянул руку — оливковая ветвь в темноте. Он сделал еще один шаг, и мое сердце подпрыгнуло в груди. Я не решалась заговорить. Не то чтобы я боялась его спугнуть. У меня сложилось впечатление, что он сдерживался ради меня. Джулиан сделал шаг ближе, подставляя половину своего тела лунному свету, но снова замер.
Однажды в детстве, играя в пустыне, в походе с мамой, я наткнулась на гремучую змею Мохаве. Сухая, каменистая земля скрывала ее, пока она не поднялась в стойку, и не затрясла своим гремучим хвостом. Я застыла, не в силах пошевелиться, пока она решала, стоит ли нападать. Джулиан напоминал мне змею. Он не боялся меня, он решал, что со мной делать.
Он сделал шаг ближе.
– Тея!
Я отвернулась от звука своего имени. Не сейчас. Джулиан протянул руку в перчатке. Почему он носил эти перчатки?
– Тея!
– Нет!
– Я застонала, чем вызвала еще один низкий смешок Джулиана. От этого грешного звука в моей душе разлилось тепло.
Зажегся свет, осветив ночь, и он, как по волшебству, растворился в воздухе. Я перевернулась на живот и зарылась головой в подушку.
– Ну все!
– Голос Оливии был приглушен подушкой.
– Не вини меня, если провалишь последний семестр.
Провалишь.
Ее выбор формулировки возымел желаемый эффект. Я резко поднялась, сбрасывая с себя одеяло, и пробормотала:
– Я не сплю.
– Я это вижу, - сухо сказала она.
– Кроме того, твоя мама пытается связаться с тобой, соня. Она мне звонила. Я должна бежать. Позвони своей маме!
– Черт!
– Я нащупала свой телефон, практически вырвав его из кабеля зарядки, и обнаружила, что пропустила три звонка от нее. Я нажала на кнопку набора, когда мои мысли начали метаться. Она редко звонила мне посреди недели. Мы договорились, что будем общаться по видеосвязи каждый понедельник, поскольку у меня такой плотный график.
– Оливия тебя разбудила?
– спросила она, ответив на звонок.
– Ты в порядке?
– Я проигнорировала ее вопрос.
– Я тебе нужна?
С тех пор как пару лет назад моей матери поставили диагноз, я боялась неожиданных звонков от нее. Каждый раз я ждала, что она сообщит плохие новости. Мне стало немного легче дышать после того, как она прошла последний курс облучения. Но где-то в глубине души я все время ждала, что вот-вот случится что-то плохое.
– Успокойся, милая! Я не хотела тебя волновать. Я просто хотела узнать как у тебя дела, - быстро сказала она.
Я опустилась на кровать и вздохнула с облегчением.
– Я в порядке.
– По голосу звучишь уставшей, - сказала она, пользуясь удивительной способностью, которая была у всех матерей, видеть все, что ты пытаешься скрыть.
– Поздно легла, - проворчала я, жалея, что у меня нет воды. Я зажала телефон между ухом и плечом, когда вставала с кровати, чтобы попить.
– У меня было выступление.
– О, и это все?
– И работа. — Я зевнула и, спотыкаясь, пошла на нашу маленькую кухню, где меня ждал кофейник с запиской.
Подумала, что тебе понадобится подзарядиться.
Целую, Оливия.
Она слишком хорошо меня знала. Я отказалась от воды и налила себе кофе. Обхватив кружку ладонями, я наслаждалась тем, как ее тепло согревает меня.
– Хорошо, больше ничего не случилось?
– спросила мама.
Я еще не отошла ото сна, но мне показалось, что она волнуется.
– Нет.
– Как только я это произнесла, в моем проснувшемся мозге всплыли подробности прошедшей ночи. Моя виолончель. Вампиры. Джулиан. Все ли со мной было в порядке? Ну да, в целом. Самое странное было то, что она вообще спрашивала.
– А с тобой?
– Ничего страшного.
– На другом конце линии возникла пауза.
– Просто ночной кошмар.
– Ну, я цела и невредима.
– У меня не хватило духу рассказать ей о виолончели. Это только расстроило бы ее, а у нас и так достаточно больничных счетов, чтобы беспокоиться. Я должна была верить, что Джулиан сдержит свое слово и починит ее. Беспокоить маму было бессмысленно.
– Правда? Что за кошмар?
– Я думаю, это из-за облучения, - призналась она.
– Клянусь, из-за него мне снятся самые странные сны. Послушай, Тея, я знаю, что это глупо, но…
Ее прервал стук в дверь.
– Подожди секунду, - сказала я ей.
Держа в одной руке кружку с кофе, я отперла дверь и увидела мужчину в форме, который держал в руках коробку.
– Кто там?
– спросила мама, почти паникуя.
Она действительно была на взводе.
– Просто доставка, - сказала я ей, улыбаясь курьеру.
– Тея Мельбурн?
– спросил он, и я кивнула.
– Отлично, распишитесь здесь.
Я нацарапала свою подпись в его блокноте, и он протянул мне коробку. Это была не совсем обычная посылка.