Чтение онлайн

Я вновь перевернулась, уже лицом к стене и ковырнула краску ногтем. Ай! Ногтевая пластина со скрипом проехалась по каменной стене. Больно! Подула на раненный палец.

Неприятное ощущение хоть немного, но прояснило туман в сознании.

Что мы имеем? И что надо сделать?

Решив составить план действий на дальнейшее время, я зажмурилась и подтянула колени к груди.

Пойдём от большого к мелкому. Так.

Надо учиться и не пропускать занятия, чтобы раскрыть в себе зверя и стать очень сильной! Зачем? Ну, хочется. А ещё очень-очень хочется овладеть магией и, возможно, дорасти до уровня Ольги! Ведь если стараться и тренироваться всё получится! А там, глядишь, я смогла бы пойти по её стопам и отстоять независимость и неприкосновенность магов и волшебных существ!

Подушка под ухом заерзала. Винсент соизволил вылезти из тайного убежища и прийти в своё любимое место. Я бережно обхватила тонкий хвост и погладила большим пальцем. Малыш не убежал.

Продолжим. Что дальше по важности? Пропажа непризнанных. Ужасное дело, которое надо как-то решить. И в этом мне обещал помочь учитель Дориан. Можно ли было назвать его союзником?

Я прислушалась к сердцу и интуиции. Да, я доверяла пепельноволому учителю. Он казался приличным и порядочным мужчиной, которого беспокоит состояние Академии. И пусть он и встречается с Еленой, как все говорят.

От мыслей о ректоре я поёжилась. Женщина ужесточала ограничения с каждым днём и велела докладывать обо всех странностях лично ей. И я бы пошла к ней в кабинет, но сегодняшняя проделка одной голубой ящерицы…

Ох, завтра же полнолуние, как и говорилось в том письме из кабинета Елены! И завтра вечеринка Вив.

Короткий писк.

— Прости, — одними губами шепнула Винсенту, чей хвост сжала слишком резко.

Вивьен звала на нижний этаж под Академией. Может, то письмо и есть приглашение на вечеринку в подвал? Так…

Теперь я обязана пойти и узнать, что за книга. Своеобразный пароль?

И, разумеется, я представила подвал, костёр, кучу парней и себя с книгой, наряженную в ночнушку. Как же хорошо, что там будут девочки! А наш «горячий» Иден, надеюсь, не придёт.

Хотя у него письмо, которое я нашла в стене и даже не узнала, что там!

Спустя время после разговора с Вив, я успокоилась по отношению к лидеру волков. Не убийца. Как же тепло на душе, стоит лишь в мыслях произнести эти слова.

Теперь я вновь смогу с ним взаимодействовать. Хоть и не особо того желаю.

Подушка задрожала. Храпит, что ли, наглый поедатель женской косметики?

Сзади тоже оказалось неспокойно. Соседняя кровать скрипнула, и что-то легонько шмякнулось об пол.

Среагировав на звук, я повернула лишь голову и увидела, как женская нога, вылезла из-под простыни и ступнёй упирается в пол.

Хорошая идея, мне тоже жарко.

Я повторила манипуляцию с ногой и почувствовала, как приятный холодок успокаивает тело приятной волной. Это напомнило мне реку у села.

Температура тела упала до комфортной, и я уснула спокойным непродолжительным сном.

Утро для нас обеих наступило рано. Винсент опять поднял всех на ноги своим несносным поведением.

Гонялся по всей комнате до тех пор, пока Вив не встала и не попыталась прихлопнуть его подушкой. И только после этого безумное животное исчезло с поля зрения. К сожалению, нам заснуть уже не удалось.

Зато мы первыми приняли водные процедуры и смогли позволить себе полениться перед завтраком, на который соседка соизволила явиться, чему я была очень рада. Мне нравилось проводить с ней время.

— О чём ты мечтаешь, Вивьен?

Светлые брови приподнялись, но девушка быстро подавила эмоции и села за стол, открывая баночку с мазью.

— Не знаю, — пожала плечами соседка и подцепила указательным пальцем густой розоватый крем.

И только я хотела возразить, что любой человек и оборотень о чём-то мечтает, как Вивьен решилась ответить:

— Хочу быть оборотнем, — размазала по лицу средство и тихо завернула баночку.

— Так и так оборотень.

Вздох, и Вивьен прикрывает глаза, чтобы намазать пахнущим розой кремом ещё и веки.

— Непризнанная, а не оборотень. Я же говорю, они нас за равных не считают.

Я в не верила, хоть старшекурсники не раз пытались убедить нас в этом. При этом они готовы нас защищать! И на общих собраниях высказывались громче непризнанных, что обеспокоены нашей пропажей!

— А ты о чём? — с тоской переставив крем для лица на другое место, поинтересовалась соседка.

О чём она спрашивала было очевидно.

— Я мечтаю быть полезной. Друзьям и тем, кто вокруг меня. А ещё, — слова вылетали быстро. — Для мира.

Желая быть хоть кому-то нужной, я пристрастилась подслушивать деревенские сплетни. В большинстве своём разговоры на рынке и площади сводились к обсуждению цен и чьего-то внешнего вида, но иногда слышались и любопытные обрывки фраз.

Разгадывать, о чём именно шепчутся люди и что их волнует, стало для меня главным увлечением. И удаляла я этому делу всё своё свободное от учёбы и работы по хозяйству время.

Иногда я могла услышать, кто в кого тайно влюблён, но решается сделать первый шаг. Тогда же на сцену выходила я и всеми силами пыталась как-то подтолкнуть два сердца сойтись.

Вначале получалось туго, но вскоре я наловчилась и поняла, что в первую очередь стоит узнать мнение и семейное положение второй стороны, перед тем, как запирать двоих людей в сарае.

— Как благородно, — покачала головой Вив и воткнула в смявшиеся за беспокойную ночь волосы пёстрый гребень. — Родители, видать, тебя воспитывали. Отличница, красавица, так ещё и альтруистка?

В груди закололо. Но я попыталась расслабиться.

— Бабушка строгая у меня, — хотела рассказать больше, поделиться той болью, которую пережила за годы жизни, но сумела вымолвить лишь три жалких слова.

— Как и у меня. Жизнь до Академии была не выносима…

Пол у моих ног слегка кружился. Кажется, недосып за эти дни всё-таки повлиял на меня. Не слыша уже ничего, кроме длинного протяжного гула, я свалилась вниз, ударяясь головой о мягкий матрас.

Силы в мышцах быстро покинули тело, не дав удержаться на ногах.

Последнее, чем я увидела это голубую ящерицу почему-то казавшуюся ярко-жёлтой.

Каменная лестница едва освещалась редкими зажженными свечами. Участок под ней же оставался полностью тёмным. С введением комендантского часа, практически весь свет в Академии затухал. В этом не было большего практически смысла, скорее больше показательности, ведь ночью выходить из крыла общежития и так запрещено. А всё почему? Потому что молодых оборотней так и тянет устраивать по ночам межклановые разборки и любовные встречи. И если второе явление более-менее безобидное, и на него преподаватели закрывали глаза, то свидетелем первого даже мне не посчастливилось.