Чтение онлайн

— Твою мать! — Гарри вскочил на ноги, со всей силы потирая лицо ладонями. — Насколько все это может далеко зайти?

Все встревоженно посмотрели на Адамса, который глубоко вздохнул и пожал плечами.

— Не знаю. К сожалению.

Гермиона лихорадочно носилась по своей комнате, стараясь быстро собрать вещи. Времени у них было катастрофически мало. Схватив свою старую кисейную сумочку, на которую давно были наложены чары незримого расширения, она кидала туда все, что считала нужным.

Драко выглядел каким-то чересчур активным, что не совсем было ему присуще. Точно также, как и она, парень метался по квартире, то и дело спрашивая, нужна ли ей та или иная вещь. Ее же это безумно отвлекало и сбивало с собственного списка, который выстроился у нее в голове.

Когда квартира стала похожей на ту, когда они с Малфоем заглянули сюда за пару недель до Рождества и увидели полную разруху, девушка устало села на кровать. Драко, закатав рукава рубашки, сел рядом.

— Готова?

Тяжело вздохнув, Гермиона пожала плечами, оглядывая свою спальню. Ей было искренне жаль покидать Лондон, но решение уже было принято.

— Можем все вернуть, как есть, — повернувшись к ней лицом, тихо заговорил Малфой. Отросшая челка упала ему на глаза, и парень неловко откинул ее в сторону. — Просто будем надеяться, что мне дадут не слишком большой срок…

Девушка ощутила укол в груди, когда он после паузы продолжил свою речь:

— Хотя все получится, как нельзя лучше. Ведь ты сразу сможешь со мной развестись, а потом… Ты же мечтала уехать одна потом?

— Не надо на меня давить!

Вскочив с кровати, она одной рукой провела по своим светлым волосам, а другой оперлась о свой бок. Драко схватил ее за локоть, притягивая к себе ближе. Девушка встала между его разведенных бедер, смотря на него сверху вниз. Его же руки лежали на ее ногах в районе коленей, медленно поглаживая.

— Гермиона, — прошептал парень, и ее имя, слетевшее с его губ, заставило девушку внутренне вздрогнуть от неожиданности. Она, наверное, и не помнит, когда он называл ее по… полному имени. — Я понимаю всю серьезность ситуации, ради меня ты собираешься бросить все…

— Мы заберем Ника и Живоглота? — Гермиона прервала его и наблюдала, как он нахмурился.

— У нас нет на это времени…

Пульс вдруг начал зашкаливать.

Ей они нужны были. Они — ее равновесие и спокойствие.

Да и сам Драко являлся ее островком спокойствия и точкой заземления, держащей ее в неком состоянии гипобиоза.{?}[покоя] Но как она могла бросить своих питомцев, каждый из которых внес свой огромный вклад в ее жалкую жизнь?

Малфой притянул ее ближе к себе, усадив на колени. Гермиона, поглощенная собственными мыслями, даже не придала этому значения, а просто прижалась к нему ближе, желая услышать знакомый запах мяты и кедра.

Но его не было.

Проведя носом по шее парня, она вдохнула еще раз, чтобы окончательно убедиться — он сменил парфюм, который неким образом ее пугал. Почему?

Однако сам парень принял ее действия за нечто другое, поэтому с наслаждением закрыл глаза. Он провел руками по ее бедрам и, задрав футболку, коснулся талии. И, словно ожидая сопротивления, с удивлением скользнул выше к лопаткам, слышав учащенное дыхание девушки, не дававшей отпора.

Она коснулась кончиками пальцев его шеи, скользя ими к воротнику рубашки, расстегнутой на несколько верхних пуговиц.

— Ммм… — простонал Драко, покрывшись мурашками от ее прикосновений. Гермиона улыбнулась ему в висок. Почему-то все то, что сейчас происходило казалось ей правильным. Будто они оба были на своих местах.

Игры закончились. Начиналась новая жизнь, в которой надо было принимать трезвые и здравые решения. Одно из которых они оба уже приняли — они вместе сбегут из Англии.

Руки Малфоя бродили по ее телу, вызывая приливы внизу живота, и Гермиона, сидящая у него на коленях, нетерпеливо заерзала. Как она уже для себя уяснила, ее тело знало лучше, что ей надо. Поэтому девушка пересела к нему лицом, проведя ладонями по его груди.

Драко, схватив ее за талию, аккуратно лег на спину, утягивая Гермиону за собой. Она нависла над ним, упираясь одной рукой в матрас около его лица, а второй придерживая свои волосы. Ее глаза неотрывно смотрели в его. Зрачки расширились, а серая радужка стала более темной от возбуждения.

Опустившись ниже, она села на его бедра, инстинктивно потеревшись о его брюки в районе паха. Малфой притянул ее к себе за шею, впиваясь в губы своим жадным, почти голодным поцелуем. Словно то был последний шанс сделать это.

Его рука, скользнув по ее длинным волосам, опустилась ниже, обратно к талии, оголяя кожу. Выйдя из душа, она не переоделась, так и оставшись в длинной футболке и трусиках.

Он приподнял бедра, задевая возбужденным членом под брюками ее интимную точку, и девушка тихонько застонала прям в его губы.

— О, Гермиона, девочка моя…

Перевернув ее на спину, навис сверху, несколько мгновений любуясь ее румянцем на щеках, который не скрылся от его глаз. На тумбочке горел ночник, создающий уютный полумрак в спальне. Она приподнялась на локтях, чтобы быть к нему ближе и почти соприкасаясь носами.

— Ты мой маленький дракончик… — девушка сказала это даже не думая, просто ассоциация с их вторыми именами резко пришла ей в голову. Парень замер, а потом улыбнулся.

— Маленький? Ну не такой уж и маленький… — он прижался своим пахом к ее разведенным в сторону бедрам, как бы показывая, что она ошибается.

— Однажды ты сказал, что настанет момент, когда я буду умолять, чтобы ты называл меня так, как тебе нравится, — прошептала Гермиона, ощущая его поцелуи на своих скулах.

— Мне нравится имя Гермиона, милая, — шептал в ответ Драко, спускаясь к уху и проводя языком по мочке. Девушка застонала, чуть выгнувшись.

— Нет, мое второе имя, — ее руки обвили его шею, прижимая к себе ближе. Прошла минута, в течение которой Гермиона старалась не сгореть от желания, принимая все его ласки.

— Джин? — неуверенно спросил парень, и она резко замерла, лежа под ним в постели. Что-то острое и колючее проникло в ее сознание, а голова даже закружилась, теряясь в водовороте мыслей и гормонов.

— Нет! Как ты меня называл на Кубе? Мое имя в магловском паспорте! — она уперлась руками ему в грудь, а Драко замер, глядя на нее. Его глаза прищурились, а ноздри стали раздуваться в раздражении.