Чтение онлайн

Незаметность эффективности. Эта характерная черта непрожективного подхода является естественным следствием того, что мы выше назвали «экономностью стратегического действия». «Никто не возводит памятника хорошему стратегу», поскольку он настолько хорошо использовал ситуацию, что победа кажется легкой. Прямо противоположное мы видим в прожективном подходе: попытка подходить к деятельности с позиций «взгляда, устремленного к образцу», сталкиваясь с «трением», сопротивлением обстоятельств, порождает превознесение воли, целеустремленности, героизма. Социально одобряемым и воспеваемым становится приложение значительных усилий, совершение поражающих воображение действий.

Своего рода разочарование часто может сопутствовать и приему заказчиком тризовского решения. Поскольку обыденное мышление, затрудняясь в количественной оценке результатов, предпочитает считать эквивалентом результата затраты на его достижение, близкие к ИКР решения, позволяющие добиться требуемого результата ничтожными затратами, часто бывают не оценены по достоинству. Активная работа головного мозга, дающая такие решения, гораздо менее заметна, чем активное перемещение значительных материальных ресурсов с попутным героическим преодолением препятствий. Ф.Жюльен проницательно подмечает связь между китайской концепцией эффективности и отсутствием у китайцев эпоса: непрожективному мышлению несвойственно испытывать восторг от героизма, упивающегося собственными колоссальными усилиями безотносительно достижения реальных целей и тем более надцелей.

Темой незаметности эффективности мы завершаем предварительное неформальное описание непрожективного подхода, поскольку с одной стороны, эта незаметность является следствием его применения; с другой – она подводит нас к краткой формулировке сущности этого подхода. Важнейшим навыком, вырабатываемым применением инструментов ТРИЗ, является навык правильной постановки задачи. Все инструменты ТРИЗ как бы сосредоточиваются в процессе постановки задачи; более того, АРИЗ, по большому счету есть ни что иное, как инструмент уточнения исходной задачи, благодаря которому происходит ее решение.

Подход, как явствует из самого значения слова, также требует обращения нашего внимания в первую очередь на этап постановки задачи, на самое начало проектирования деятельности. Поэтому наша итоговая неформализованная формулировка сущности различия подходов касается именно этого этапа. Если обычный инженер или прожективно мыслящий управленец, сталкиваясь с задачей, задают себе вопрос «как это сделать?», то инженер, применяющий ТРИЗ, или непрожективно мыслящий управленец в той же ситуации спрашивают себя «как сделать так, чтобы можно было этого не делать?» Вспоминая, какое человеческое качество является главным двигателем прогресса, нельзя не согласиться, что непрожективный подход является более прогрессивным, чем прожективный.

Наши принципы работы с понятийным аппаратом. Прежде чем давать определение подхода, а также формальное различение прожективного и непрожективного подходов, нам необходимо дать несколько определений из области теории деятельности, в контексте которых будет естественным наше понимание подхода как инструмента проектирования деятельности и будут достаточно ясны перспективы и способы применения непрожективного подхода. В определениях мы следуем в основном «Основам методологии» проф. О.С.Анисимова [ 1 , гл. 4.5 «Типы норм»], дополняя и уточняя некоторые из них. Заметим, что наш понятийный аппарат может вызвать недоумение человека, для которого понятия «проект», «программа», «методика» наполнены хорошо известным, привычным значением, подкрепленным различными стандартами и традициями применения, благодаря чему иное осмысление этих терминов он воспринимает как «еретическое» и «неправильное». Поэтому мы особо подчеркиваем нашу позицию по этому вопросу, заключающуюся в том, что любое определение есть не более чем инструмент, и любой термин мы можем наполнять каким-либо смыслом, исходя исключительно из соображений уместности и удобства в конкретном контексте и для решения конкретных задач, вне зависимости от существования других способов применения этого термина.

Норма, проект, технология, методика, метод. Вслед за О.С.Анисимовым, под нормой мы понимаем любую абстракцию, применяемую для организации деятельности: цель, проект, метод, и т.п. Под проектом – представление о результате, вместе с представлением о способах его достижения и порядке их расположения во времени. Начиная с этого момента, мы отходим от определений О.С.Анисимова, сохраняя основной принцип их формирования: построение иерархии норм с помощью последовательного абстрагирования понятия «проект». Так, обобщая содержание некоторого набора проектов (каждый из которых имеет дело с уникальным «участком» деятельности), мы получаем типовой проект, который для наших целей удобно назвать технологией. На более высоком уровне абстракции находится метод, который по степени «очищенности» от конкретики аналогичен математическим объектам и является некоторым алгоритмом, оперирующим понятиями высокой степени общности. Например, метод ограниченного хаоса, о котором будет сказано ниже, является алгоритмом, объединяющим понятия «пространство», «функция полезности», «порядок», «хаос», «ограничение». Наконец, методика является промежуточным звеном между методом и технологией. Точное проведение границ в описанной иерархии норм («с какого уровня конкретизации методика превращается в технологию?») для нас в данный момент не принципиально, важно лишь продемонстрировать характер их взаимосвязи.

А К Рис.1 Цель, задача, проблема, надцель. Под целью будем понимать предписывающее представление о результате некоторой деятельности. Ей параллельна задача как описание исходной ситуации деятельности. Под задачной ситуацией О.С.Анисимов понимает такую, в которой существует некая абстракция (см. рис. 1, уровень А), с соответствующей конкретикой (уровень К), и в этой конкретике есть «пустота», «ущербность», требующая «заполнения» некоторым конкретным объектом. Иначе говоря, в конкретике есть «искомое» (на рис. 1 место для него заштриховано), в абстракции есть соответствующее ему «неизвестное». Например, конкретика: «в первом автобусе было неизвестное количество человек, во втором на 10 человек больше, всего было 50 человек»; соответствующая абстракция: х+х+10 = 50. Здесь х – неизвестное, 20 человек – искомое.

Другой пример задачной ситуации: необходимо создать отдел маркетинга. В роли изменяемой (достраиваемой, «ущербной») конкретики здесь выступает фирма, в роли абстракции – некая модель фирмы, в которой присутствует отдел маркетинга. На этом примере хорошо видна связь задачи и цели: задача, как описание нынешнего «ущербного» состояния конкретики, содержит в себе цель как описание будущего желаемого состояния конкретики, «достроенной» до требуемого состояния.

А К Рис.2 Проблемная ситуация – это ситуация, в которой имеющиеся абстракции неадекватны конкретике (см. рис.2), поэтому не существует очевидного «неизвестного», или, иначе говоря, невозможно поставить ясную цель, поскольку неизвестно, в чем именно «ущербность» конкретики и какое ее состояние является желаемым. Лучше всего эта ситуация описывается фольклорным «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что», а если говорить о современности, именно в проблемной форме часто формулируется заказ на консультирование: «в фирме все плохо, что именно плохо – непонятно, но нужно сделать так, чтобы стало хорошо».

АА А Рис.3 Нетрудно заметить, что если мы имеем некий уровень абстракции АА (см. рис.3), на котором возможно абстрактное описание ситуации более конкретного уровня А, то проблемная ситуация является задачной, но «сдвинутой» на один уровень абстрактности выше. Как задаче соответствовала цель, так и проблеме можно поставить в соответствие надцель – некое описание будущего состояния, сформулированное на уровне АА. Например, проблема «тяжелое положение на южных границах» дает надцель «умиротворить южные провинции», которая может воплощаться в очень различные цели уровня А («разбить войско повстанцев», «склонить вождей повстанцев к миру», и т.п.) и, соответственно, давать различные задачи. Отметим, что термин «надцель» мы заимствовали из ТРИЗ, скорее даже из ТРТЛ – теории развития творческой личности, которая рекомендует творческому человеку ставить себе «ДЦ» (достойную цель жизни), но кроме упорной работы на ее достижение, рассматривать также надцели и переходить к ним по мере появления учеников, включающихся в работу над исходной целью.

Решение проблем. Решение проблемы, как видно из ее определения, распадается на два этапа. Первый – депроблематизация, т.е. превращение проблемы в задачу. Второй – решение задачи. Из сказанного о проблеме как задаче более высокого уровня абстрактности следует, что естественным способом решения проблемы в ситуации неадекватности теории практике является выход на уровень метатеории и «достройка» теории с ее помощью. О.С.Анисимов считает такой метатеорией общую теорию деятельности (системомыследеятельностную методологию), которая позволяет преодолеть ограничения «предметных» дисциплин, создающие проблемы при их применении.

В качестве другого примера метатеории можно привести ТРИЗ, благодаря использованию закономерностей «уровня АА» (философских: противоречие как двигатель развития; близких к математическим: понятие ИКР) позволяющей направленно действовать в ситуациях, являющихся для инженерной науки (дисциплины «уровня А») проблемными. Упоминавшаяся неадекватность модели «уровня А» практике «уровня К» здесь заключается в исчерпании обычных инженерных методов оптимизации системы на каком-то этапе ее развития, в невозможности дальнейшего развития системы с помощью поиска компромиссов между противоречивыми требованиями к ней.