Чтение онлайн

— Что, не нравится? — спросил он. — Не твой уровень?

— Скорее, не мой размер, — спокойно ответила Верзилка.

Тут все разом бросили свои дела и огляделись. Она была права: ей никак было не поместиться в котельной. Во-первых, ей не подошел бы ни один матрас, а во-вторых, здесь был очень низкий потолок.

— Так и есть, — подтвердил Шелупоня. — Эй, Чуча, и где, по-твоему, Верзилка должна спать?

— Не беспокойтесь, — сказала Верзилка, — я посплю в фургоне. Ничего страшного.

— Вот и отлично, — воскликнул Чуча. — Она поспит в фургоне! Одной проблемой меньше!

— Тебе там точно будет удобно, Верзилка? — уточнил Шелупоня.

— Да, все в порядке.

— Еще бы, — просиял Чуча. — Фургон у нас что надо! Кстати, когда спустишься в холл, попроси менеджера принести нам сюда сэндвичей.

— Мне с сыром, — попросил Шелупоня.

— А мне с горчицей и острым перцем, — сказал Артур. — Тебе с чем, О’Брайен?

— Я обойдусь, — пробормотал лепрекон.

— Ладно, — сказала Верзилка, — я постараюсь.

— Посплю в фургоне, — передразнил Чуча, как только звук шагов Верзилки стих в конце коридора. — Тоже мне!

— А что здесь такого? — удивился Артур.

— Да брось ты, она же оборотень! А сегодня как раз полная луна. Готов биться об заклад, что она побежит выть на нее на вершину ближайшей скалы, как все оборотни делают.

— Но она же говорила, что вместо этого печет печенье, — напомнил Шелупоня.

— Да-да, конечно, она говорила. Но сейчас, между прочим, все магазины закрыты. Где она, по-твоему, муку раздобудет?

— А мне лично все равно, чем она там по ночам занимается, — сказал Артур. — Лишь бы к утру у нее голос не пропал.

Верзилка спустилась в холл и подошла к стойке регистрации. Кругом было пусто. Она уже собиралась позвонить в колокольчик, чтобы вызвать менеджера, но тут увидела на стойке объявление:

«Ничего себе, порядочки тут», — подумала про себя Верзилка. Она хотела было вернуться и предупредить ребят, но передумала. Они и так скоро догадаются. Кроме того, ей срочно нужно было выйти на свежий воздух.

Она толкнула тяжелую дверь и вышла на улицу. Стояла темная прохладная ночь. В небе светила огромная полная луна. Поблизости не было ни души. Идеальная ночь для долгой неспешной пробежки. В отдалении слышался шум морского прибоя. Наверняка там есть и высокие скалы…

Может, попробовать? Искушение было велико.

Нет, нельзя. Завтра слишком важный день для всех. Стоит ограничиться легкой пробежкой вдоль набережной, чтобы сбросить напряжение, подышать морским воздухом, а потом залезть в фургон и как следует выспаться.

Верзилка спустилась по ступенькам крыльца и потрусила в сторону моря.

Едва она скрылась из виду, как рядом с отелем затормозил длиннющий роскошный лимузин.

В котельной повисла тишина. Все призадумались над словами Чучи, лежа на своих матрасах. Матрас Артура был сплошь устелен белоснежными бумажными салфетками, и он старался лежать так, чтобы не касаться хвостом грязного пола. Шелупоня лежал на спине, закатив глаза и выстукивая на животе ритм подушечками пальцев. О’Брайен свернулся клубочком в обнимку со своим горшком. И только Чипс безмятежно храпел в своем углу. Время от времени он вздрагивал всем телом и бормотал «Гы-гы». Не иначе как беседовал во сне с каким-нибудь троллем.

— Гарет вообще-то всегда молчаливый, — заметил Артур. — Он же рыба.

— Но это не значит, что он не умеет разговаривать.

— Все ты выдумываешь.

— Да нет же. Надо просто следить за его пузырьками.

Но Артур был настроен решительно и не желал сдаваться.

— Что, интересно, такого особенного в его пузырьках?

— Все. Скажи ему что-нибудь, и он тебе ответит.

— Так уж и ответит? — фыркнул Артур. — Эй, О’Брайен, тебе рыбьи пузырьки говорят о чем-нибудь помимо отрыжки? Может, тебе удавалось прочесть в них мнение о смысле жизни?

О’Брайен ничего не ответил. Он пребывал в обычном унынии. Ему, как и следовало ожидать, достался худший матрас, бугристый, жесткий, с выпирающими отовсюду пружинами. Он лежал на нем, съежившись, прижимая к груди горшок, в тесной розовой футболке и разодранных штанах. Постыдная тайна не давала ему покоя, и он не желал ни с кем вступать в разговоры, иначе мог не сдержаться и все разболтать.

— Нет, ты меня, конечно, прости, но я тебе не верю, — продолжал Артур. — Он всего лишь рыбка.

— Ты ничего не понимаешь, — не сдавался Чуча. — Мне лучше знать — я с ним живу. Гарет никогда никого не осуждает. Ему так приятно порой излить душу. Он парень что надо.

— Ну и жарища здесь, — простонал Шелупоня, прервав разгоревшийся спор.

Замечание было справедливым. Даже для дракона и дьяволенка, любивших находиться где погорячее, здесь было слишком натоплено. Душно, тесно и неуютно. Паровой котел работал на полную мощность, а трубы со всех сторон урчали и булькали на все лады.

— Что-то сэндвичи не несут, — проворчал Артур. — Может, Верзилка забыла про них сказать?

— Как пить дать забыла, — согласился Чуча. — У нее сейчас голова другим забита. Наверняка торчит на каком-нибудь холмике и воет на луну. Против природы не попрешь. Оборотни — они и есть оборотни. Уж я-то знаю, как полнолуние им голову сносит.

— Лично я за сэндвичами не пойду, не моя забота, — буркнул Артур. — Это ведь у тебя на кепке «Менеджер» написано.