Чтение онлайн

— Мужа ищу, — прямо ответила я.

— Удачи. Если не получится, Коро возьмет тебя под свое покровительство, — сказала она.

— Буду иметь ввиду, — ответила я. Пусть роль содержанки и куртизанки меня мало привлекала, но ссориться с ним я не хотела. Никогда не знаешь, что может произойти и какие связи понадобятся.

Допив сок, я решила, что можно пойти в галерею и посмотреть там коллекцию живописи. Это намного интереснее, чем стоять в стороне и глазеть а танцующих. К тому же в галерее можно было встретить какого-нибудь интересного человека, кому не нравились танцы, но кто на них пришел, чтоб расширить круг знакомств.

Галерея представляла собой длинный коридор, который огибал зал. Зеленые стены. На стенах висели картины в тяжелых рамах. В основном пейзажи. Иногда их разбавляли портреты и сценки из городской жизни. Отдельно на небольших столиках лежали альбомы с графикой и зарисовками. По галерее прогуливались парочки и любители живописи, но я на них не обращала внимания. Картины. Я и забыла, что они такие красивые.

Художники передавали не только общую картинку, которую когда-то увидел автор работы, но и словно пытались погрузить зрителя в тот момент. Вот мостик, перекинутый через бурлящий речей. Густые кусты росли рядом с мостиком. Перед кустами рос желтый цветок. И он был так ярко прописан, что его так и хотелось сорвать.

— Добрый вечер, — приятный голос заставил обернуться. Ко мне подошел седобородый мужчина, который привлек мое внимание в зале.

— Добрый, — я улыбнулась ему.

— Могу я представиться?

— Я не против знакомства.

— Герман Парусов, к вашим услугам.

— Ульяна Родова.

— Очень рад знакомству.

— Взаимно.

— Любите искусство? — спросил он.

— Мне нравятся картины. Они напоминают, книги. Только книги передают картинку с помощью слов, а картина с помощью красок, — ответила я. — А когда работа выполнена достойно, то кажется, что стоит протянуть руку и рисунок станет реальностью.

— А как насчет театра? Оперы?

— Не доводилось там бывать.

— Уверен, что вам бы там понравилось, — сказал он. — Пройдемся?

Он предложил мне руку. Как-то все довольно быстро, но вот поводов, чтоб отказаться у меня не было. Мы с ним были одного роста, поэтому мне впервые за долгое время не пришлось ускорять шаг, или вставать на цыпочки. Пока я об этом думала, то в разговоре возникла небольшая пауза.

— Что вам больше нравятся: портреты или пейзажи? — спросила я.

— Женские портреты, — ответил он. Тихо рассмеялся. — Не думайте ничего плохого. Я смотрю на них чисто с эстетической точки зрения.

— Понимаю. Мне нравятся городские сценки. В них много живости.

— Живость? Ее лучше смотреть на городских улицах.

— Мне редко удавалось выбираться в город. Наше поместье находится на берегу озера и стоит вдалеке от деревне. Поэтому город мне приходилось изучать из книг.

— А школа?

— Закрытый пансион.

— Печально.

— Почему же? Зато я смогла побывать во многих местах, благодаря книгам.

— Приключения и любовные романы?

— Больше приключения.

— «Записки, как я искал снежного человека» читали?

— Нет.

— Я завтра пришлю эту книгу. Думаю, что она вам понравится, — сказала он. — Примете такой подарок?

— Книгу? Не вижу в этом ничего плохого.

— Тогда договорились. Через два дня будет встреча времен года. Надеюсь, что вас там увижу. А пока не буду больше отнимать ваше время, Ульяна, — сказал он. Я хотела возразить, но он неожиданно оставил вежливый тон. — Хотя я много о тебе наслышан, но вот лишние слухи ни к чему. До встречи.

Он едва коснулся моих пальцев, кивнул, улыбнулся и ушел. Я растерялась. Даже забыла сделать реверанс. Поймав себя на мысли, что я стою и тупо смотрю ему вслед, поэтому резко развернулась, переключив внимание на альбомы.

— Вот куда ты спряталась, — подходя ко мне сказала мама.

— На картины любуюсь.

— Сейчас будут танцевать ручеек. Думаю, что тебе стоит поучаствовать.

— Хорошо, — согласилась я.

— Пока все идет неплохо. Лиза познакомилась с князем Оговым. Он явно ею заинтересовался.

— Князь закоренелый холостяк. Я бы так на это не рассчитывала.

— Все может поменяться, — ответила мама, возвращая меня в зал.

Ручеек — это был танец общий, а не парный. Создавалась две длинные цепочки из мужчин и женщин. Эти цепочки в случайном направление носились по залу, а потом объединялись. Протанцевав вместе, пары опять разъединялись, чтоб вновь объединиться на какое-то время. Из-за объединения и разъединения партнеры были случайные. За время танца можно было перезнакомиться с кучей людей. Сам танец был веселым, поэтому я реально отдохнула и вернулась в то время, когда не надо было так за собой следить, как сегодня. Но праздник закончился вместе с танцем.

Олег. Он стоял на другом конце зала и смотрел на меня. Нет. Он не мог меня заметить. Скорее всего пялился на какую-нибудь дебютантку. Здесь много народу….

Но я же его узнала, так почему он меня мог не заметить? Где логика?

А логике нет. Есть паника, которая на миг захватила мое тело. Я забыла как дышать. С трудом я подошла к свободному месту на кушетке и села, чтоб просто не упасть.

— Неудобные туфли? — спросила пожилая женщина, которая сидела рядом.

— Отвыкла танцевать, — прошептала я.

— Патрик, принеси воды. Не видишь, что девушке плохо? — велела женщина молодому человеку, что стоял рядом с ней.

— Не надо…

— Ничего страшного. Все равно весь вечер столбом стоит. Меня караулит, — усмехнулась она. — Пусть хоть ноги разомнет. Меня, кстати, Наташей зовут.

— Ульяна, — представилась я, одновременно пытаясь найти Олега. Но он куда-то делся. Вернулся Патрик со стаканом воды. Я поблагодарила его. Сделала большой глоток. Чуть не поперхнулась.

— Не торопись так. Вечер только начался. Так что успеешь еще натанцеваться, — весело сказала Наташа. Она говорила просто и с едва уловимым акцентом на рычащие.

— А вы не из этих мест? — спросила я.

— Из закрытых областей, — ответила она, отбивая ритм следующего танца ладонью по колену. — Приехали сюда с мужем и детьми на время заключения торгового перемирия.

— Мама, — остановил ее Патрик.

— А что я такого сказала? Как будто это какой-то секрет, — хмыкнула Наташа.

— Видимо я совсем от жизни отстала пока жила в поместье, потому что не в курсе этого перемирия, — сказала я.

— Так это нормально. Юной девушке надо не о политике думать, а о кавалерах и платьях. Это мне приходится в это вникать, потому что я кровно заинтересована в переговорах.