Чтение онлайн

— Моя дочь Кларисса, — продолжала представлять собравшихся леди Апнор.

— Мы уже знакомы, — произнесла Кларисса сухо. — Я встретила ее, когда она помогала Алистеру убираться в доме.

— Вот как? Стало быть, вы помогаете Алистеру? Очень мило с вашей стороны, — мягко сказала хозяйка. — Возможно, в таком случае, вы знакомы также и с окружением Клариссы? Ах, нет? — К Джейн тотчас потянулись друзья Клариссы: Аманда Дакворт, хорошенькая девица, на лице которой застыло нарочито мрачное выражение, Джеймс Стандард — приятный молодой человек, розоволицый гурман, склонный к полноте. — Ну и наконец, мой друг Родерик Плэйн. — Леди Апнор представила невысокого пухлого мужчину под пятьдесят, который проворно взял руку Джейн в свои мягкие влажные ладони. У него был влажный безвольный рот и красноватое лицо, что косвенно свидетельствовало о его пристрастии к спиртному. Щеки его надулись, как два тугих кошелька, отчего создавалось впечатление, будто кожа постепенно сходит с лица. Мало этого, Джейн с удивлением заметила, что Родерик Плэйн, здороваясь, смотрит не в глаза, а куда-то в пространство, налево.

— Ну вот, теперь вы со всеми знакомы. — Мать Алистера тотчас дополнила свои слова улыбкой, от которой, однако, у Джейн мурашки пробежали по спине. Леди Апнор улыбалась одними только губами, тогда как глаза ее оставались совершенно холодными.

Джейн предложили джин с тоником, и она с бокалом в руке прошла к окну, тем самым оградив себя от общего разговора, который не замедлил возобновиться. Джейн с интересом наблюдала, как некая общая тема, единожды возникнув в одном конце залы, легко и естественно перемещалась по всей комнате; казалось, здесь никому не знакома неловкая пауза. Собравшиеся говорили на удивление громко и так заразительно смеялись, как если бы смех являлся лишним подтверждением справедливости высказывания. Словом, все эти люди вели себя чрезвычайно уверенно: мысль о том, что они могут быть не правы, едва ли кому-то приходила в голову.

— Такое чувство, что вы несколько не в своей тарелке, мисс Рид. — Мать Алистера вновь вежливо улыбнулась.

— Нет, что вы, леди Апнор, я прекрасно себя чувствую.

— Скажите, мисс Рид, а как вам чилийские араукарии, нравятся?

— Ну еще бы.

— Руперт, ну как тебе не совестно! — И леди Апнор шутливо шлепнула мужа по руке. — Ты успел сговориться с нашей гостьей. Нет, сознайся, что успел. Тебя ни на секунду нельзя оставить одного. Признайтесь же, мисс Рид, что так оно и было. Он ведь уговорил вас так ответить?

— Да нет же, мне и вправду нравятся чилийские араукарии, — возразила Джейн в ужасе от того, что помимо собственного желания заливается краской.

— А я согласен с вами, леди Апнор, — заявил Родерик Плэйн. — Отвратительные деревья, их следовало бы полностью извести. — Тут уже все присутствующие заспорили наперебой, при этом обсуждаемый вопрос остался для Джейн совершенно непроясненным.

— А вот мы спросим мнение мисс Рид, — заявила спустя некоторое время леди Апнор. — Мисс Рид, не правда ли, мой супруг ведет себя безрассудно? Ему отлично известен тот факт, что я терпеть не могу все эти деревья, потому как они совершенно не вписываются в наш ландшафт. Как вы считаете, поскольку мне так неприятно их видеть, не должен ли он распорядиться, чтобы эти деревья попросту спилили?

Все повернули головы и выжидательно посмотрели на Джейн. Она хотела сказать что-нибудь остроумное, меткое, тонкое — что-нибудь вроде: «Деревьям будет куда неприятнее, если их срежут», но когда увидела обращенные к ней лица, в горле у нее вмиг пересохло.

— Ну… я даже и не знаю, — пробормотала она, кляня себя за неумение сориентироваться на публике. Сейчас она понуро сидела за столом и слушала общий разговор. У нее было такое чувство, будто она не сумела выдержать некий экзамен. Вдруг кто-то присел рядом, она подняла голову. Это была тетка Алистера.

— Наконец-то мы получили возможность увидеть загадочную девушку Алистера. Мы ведь так и думали, что уж если он в такое время оказался дома — значит, это неспроста, значит, что-то случилось. Бланш — так та вообще не сомневалась, что тут замешана женщина. А всем так хотелось вас увидеть. — И она негромко засмеялась.

— Увидеть меня?! О Господи… И так все неловко получилось…

— Ничего подобного. Вообще молодая красивая женщина должна пользоваться вниманием.

— Это я-то красивая?! — искренне удивилась Джейн.

— Ну конечно, вы. Разве Алистер вам никогда не говорил? Такие волосы и замечательные серые глаза — это редкостное сочетание. Вы, должно быть, из Шотландии?

— Нет, из Англии. Ну… Алистер, конечно, называл меня красивой, но я не принимала его всерьез. Ведь всякий влюбленный видит предмет своей любви по-особому, не так, как все остальные.

— Ага! Стало быть, он вас любит! Очень, очень интересно. — И она опять рассмеялась своим мягким грудным смехом.

— Я не говорила, что он меня любит, — поспешила поправиться Джейн.

— Разумеется, не говорили. Дурак, если он вам не признавался. Но он вас любит, любит, смею вас в том уверить.

Джейн была немало смущена этим разговором и поспешила переменить тему:

— Раз уж мы заговорили о красоте, леди Калем, то должна вам откровенно признаться, для меня красивая женщина — это такая, как вы. Собственно говоря, я никогда прежде таких красивых не встречала.

— Очень мило с вашей стороны, — откликнулась леди Онор с той легкостью, которая достигается большой практикой выслушивания разного рода комплиментов. — Комплименты от женщин очень редки и потому куда ценнее, чем от мужчин. — Она чуть подалась к собеседнице и прошептала: — Между прочим, Джейн, вы назвали меня леди Онор. Но у моего Калема не было и нет титула.

— О, ради Бога, извините… Как неловко… Тут, кажется, у всех свои особенные имена. То есть я имею в виду, что Алистера зовут совсем не так, как его родителей, а его сестру — не так, как его… В том городе, откуда я родом, подобное служит лишь доказательством… — Собираясь продолжить фразу и сообразив, что говорить этого как раз не следует, Джейн поспешно прикрыла ладонью рот.

— Служит лишь доказательством?.. — подсказала леди Онор, глаза которой вспыхнули любопытством.

Джейн пришлось договорить:

— Доказательством того, что они незаконнорожденные.

— А, ну да, конечно! — Леди Онор громко рассмеялась. — Просто замечательно! С удовольствием пересказала бы это Бланш, только вот не вполне уверена, что она правильно меня поймет. — Она широко улыбнулась. — Ну а с именами, в сущности, нет ничего сложного. Наше родовое имя — Котамы. Но у каждого есть свои титулы. Руперт, например, Апнор. А вот Алистер получил менее громкий титул — виконта Редланда. А мы с Клариссой, являясь дочерьми эрлов, вынуждены пользоваться своими христианскими именами, которые указывают на то, что мы носим свой собственный титул. Понятно, нет?

— Понятно… — неуверенно ответила Джейн, чем опять вызвала у леди Онор приступ смеха.

— Бедняжечка моя… Но ничего, вы обязательно все это усвоите. Собственно говоря, все это совершенно не важно, хотя, если вы освоите сии нюансы, жизнь в некотором смысле сделается много приятнее.

— Могу я попросить повторить шутку? Если, конечно, это была шутка, — встрял в их разговор Родерик Плэйн. У Джейн сердце упало. Странно, что она так свободно себя чувствовала с леди Онор и могла болтать все, что только в голову взбредет. Но этот человек… В разговоре с ним никогда не позволила бы она ни единого необдуманного слова.