Чтение онлайн

— Ну, что вы, миледи, он сейчас уже не тот. Когда возраст дает себя знать, люди уже не столько стремятся убивать животных, сколько любуются ими. Другое дело, что охота в такой, как, например, сегодня, день — это древняя и почитаемая здесь традиция, да и гости приезжают именно поохотиться. А вот мы с хозяином тут давеча выехали, вроде бы тоже на охоту, так он даже из ружья не стрелял: глаз прикроет и скажет: «Ба-бах», — как если бы выстрелил. И так не один раз. Хозяину теперь вполне хватает и рыбалки.

Джейн нравилось, как водитель рассуждает о людях и животных. И человек-то вроде молодой и, судя по мускулам, очень сильный, однако была в нем и какая-то чувствительность, которой, по мнению Джейн, так недоставало остальным мужчинам, стрелявшим сейчас дичь.

Подъехав к дому, Джейн поблагодарила шофера и направилась к дверям. Кто-то из гостей поприветствовал ее.

— Ну как охота? Для вас, наверное, слишком много впечатлений? — ехидно спросила Кларисса. — Или, может, неприятно было смотреть?

— Ну отчего же.

— Ха! И ты хочешь, чтобы мы тебе поверили?!

— Верьте или не верьте, какое мне, к черту, дело! — Джейн повернулась и взбежала на крыльцо.

— А что это ты так разговариваешь?

— На себя посмотри, — парировала Джейн.

— Мэк, отвези нас к охотникам! — раздраженно скомандовала Кларисса. Джейн про себя отметила, что водитель не отвечал Клариссе такой же улыбкой, какой улыбался ей.

Усевшись на берегу озера рядом с водопадом, Джейн задумалась. Всего лишь семь недель, как она вышла замуж, и вот они с Алистером уже умудрились повздорить. Как ей хотелось уехать отсюда, где все только и делали, что говорили про охоту. Казалось, общее настроение передалось и Алистеру, в него словно демон какой-то вселился. Джейн чувствовала себя совершенно чужой, да, впрочем, она и не хотела бы чувствовать себя комфортно в таком вот доме и таком месте. Однако она была женой Алистера. Боже, она может научиться сервировать стол, рассаживать и занимать гостей, однако ей никогда не удастся привыкнуть к тому, как люди хладнокровно уничтожают животных. Охота — занятие явно не для нее.

Она читала, лежа в огромной постели с колоннами, когда вернулся муж.

— Ну как, все еще дуешься?

— Я и прежде не дулась.

— Стало быть, мне почудилось. — Он ввалился в комнату, разбросал по углам мокрую одежду. — Там, на охоте, ты очень неприлично себя вела, мне было стыдно за тебя. Собственно говоря, я чувствовал себя совершенным идиотом. Особенно когда ты повернулась и ушла.

— Но ты ведь сам сказал, чтобы я «пошла отсюда», — сердито воскликнула она.

— Господи, ну и дура же ты! — в сердцах сказал он, удаляясь в ванную.

Джейн улеглась на кровати. Она была напряжена, в душе кипела обида, тем более что оскорбили ее совершенно незаслуженно.

— Какого же черта, в таком случае, ты вообще потащилась на охоту?! — спросил Алистер, выходя из ванной.

— Больше никогда не потащусь, не волнуйся.

— Чудесно! — сказал он угрожающе. — По крайней мере мне никто не будет портить удовольствие.

— Удовольствие?! И это ты называешь удовольствием?! Убивать невинных птиц — удовольствие?!

— О Боже, кажется, я женился на Франциске Ассизском!.. Не всех же мы убиваем! Сотни спасаются и остаются в живых. Интересно, а откуда тогда на столе берется еда? Если уж тебе претит убийство живности, становись тогда вегетарианкой. По крайней мере так гораздо честнее.

— Тебе ли говорить о честности! Лицемерие — это как раз то, без чего твоя мать шагу ступить не может. Подлинный мастер! — взорвалась Джейн.

— Не смей так говорить о моей матери!

— А почему же тогда при всяком удобном и неудобном случае она пытается выставить меня в дурном свете?!

— Ты чудовищный параноик, вот что я тебе скажу! И всегда говорил это, — прокричал Алистер. — Сегодня ты сама выставила себя на посмешище! Да еще и меня подставила. Несносная сучка, вот ты кто…

— Алистер, прекрати орать! Я терпеть не могу, когда на меня кричат. Я ведь и помыслить не могла, что это настолько ужасно! При мне еще никогда никого не убивали. Меня чуть не вывернуло на охоте.

Ничего не отвечая, Алистер начал переодеваться.

— Самое время тебе одеваться на ужин, — наконец сказал он.

— Я не хочу ужинать.

— И все же тебе придется.

— Я не намерена ничего делать против собственного желания, — раздраженно ответила она.

— И все-таки ты спустишься и поужинаешь вместе со всеми. Иначе что люди-то подумают?! Начнут подтрунивать надо мной: мол, я не могу справиться с собственной женой.

Она плотнее закуталась в одеяло.

— Скажи, а как тебе понравилось на Майском балу? — Стоило ей только рот раскрыть, как она тут же сообразила, что сейчас не время и не место для подобного рода разговоров, однако остановиться уже не могла. Алистер резко обернулся, быстро смерил ее взглядом, затем опустил глаза. Похоже, он раскаивался. — Ну, так ты мне не ответил, понравилось тебе или нет? — повторила свой вопрос Джейн.

— Ну, раз на то пошло, понравилось, и даже очень, — бросил Алистер.

— Несмотря на то, что ты пошел туда без меня?

— Да, ибо я вполне могу отдыхать и без тебя.

— Наверное, без меня даже лучше, а?!

— Я этого не сказал.

— И говорить ничего не нужно. — Они зло смотрели друг на друга, затем Алистер начал расчесывать волосы, смочил лицо лосьоном. — А почему же ты мне ничего не рассказал?

— Даже и в голову не пришло.

— А меня почему не пригласил с собой?

— Не думал, что тебе будет весело на такого рода балу.

— Иначе говоря, там мне не место, так, что ли?!

— В каком-то смысле.

— Слишком, должно быть, избранная публика, да?

— Не будь дурой, ей-богу.

— Я вовсе не дура. Я всего-навсего констатирую факты. Ты не взял меня потому, что стыдился бы меня, ибо я совершенно не похожа на тех…

— О Боже… Какие глупости приходят тебе в голову!

— А с кем же ты в таком случае был, а?! — Она зашла слишком далеко, однако теперь терять было нечего.