Чтение онлайн

— А куда ходили? — Она села на диван.

— Мы по городу гуляли, кушали мороженое, катались на аттракционах.

— Хорошо. — Вздохнула она.

— Ты почему грустишь? — Спросила я, когда увидела, что улыбка с ее лица исчезла, а глаза опустились на узор покрывала моего дивана.

— Просто, ты гуляешь, а я сижу и делаю этот чертов диплом.

— Ни чего, сделаешь и защитишь. — Постаралась я ее подбодрить.

— Мы, наверное, долго еще с тобой не сможем погулять вместе, у меня диплом, а когда он закончиться у тебя начнется сессия.

— Да успеем еще погулять. Как будто жизнь на этом заканчивается. — Улыбнулась я.

— Угу. Ладно, пойду дальше сидеть.

Я осталась в комнате одна. Закрыла дверь и подошла к зеркалу, кожа стала еще бледнее, хотя в эти дни солнце старалось из-за всех сил всех людей сделать коричневыми. Я убрала волосы, которые скрывали синий след от «поцелуя» Наташи. Синяк постепенно проходил, хотя укусила она меня сегодня. Видимо это кровь так действует, которой Сергей Александрович протирал мои ранки. Я тяжело вздохнула и плюхнулась на кровать. Завтра воскресение, останусь дома. Никуда не пойду. Не хочу больше попадать в неприятности, надоело, чувствовать опасность, каждый раз, когда я с Громовыми провожу время, надоело, из реальности переходить в «выдумки народов».

Как бы я не старалась думать, что все хорошо и все неприятности остались позади, все равно мысли об Урсуле, матери Михаила, периодически проникали в мой мозг. Я стала представлять, как она выглядит, почему-то на это имя срабатывал стереотип персонажа из мультфильма про русалочку. Там была медуза — Урсула, огромная страшная и глупая злюка. Но эта, скорее всего не такая. Если так переживают Громовы по поводу ее приезда.

Утро в воскресение началось с того, что я проснулась рано, на часах показывало 6.30 утра. Шторки уже привычно танцевали с ветром, с улицы доносились звуки автомобилей, птиц и редкие голоса людей. Я медленно поднялась с дивана, голова жутко болела, ощущение, будто меня чем-то ударили по голове. Я немного посидела и решила встать, мои ноги опустились на прохладный пол. По телу пробежала мелкая дрожь, снова начался озноб, я накинула на себя покрывало, вроде стало теплее, но не так как я ожидала, это все равно меня никак не успокоило. Я подошла к зеркалу, также, как и вчера, вечером стала рассматривать место, где был синяк. Он уже прошел, но это место все равно токало от боли. Я стала ходить взад и вперед по комнате, хоть как-то отвлечься на свои шаги. Вдруг я почувствовала знакомый аромат. Я посмотрела на балкон. Слава!

— Слава! Как ты тут оказался? — В моем голосе звучало и удивление, и радость и в тот же момент спокойствие.

Он подошел ко мне, лицо как всегда спокойное, не проявляющие ни какие эмоции. Он просто подошел и крепко меня обнял.

— Плохо? — Прошептал он. Слава интересовался моим здоровьем, переживает снова.

— Да… — Тихо ответила я, мой голос стал предательски дрожать. Захотелось разреветься, сказать, как я запуталась, сказать, что всего этого мне не надо, рассказать, как мне больно, даже зная, что он через это прошел в свое время.

— Извини. — Слава еще крепче прижал меня к себе, и мне стало так спокойно, что сейчас со мной стоит тот, к которому я доверяю, тот, который сможет меня защитить. Мои пальцы автоматически, в поисках еще большей защиты вцепились в его спину, смяв ткань его рубашки в мелкую гармошку.

— Все хорошо. — Шептал он мне, когда я стала реветь, слезы крупными каплями появлялись из моих глаз и тут же пропадали в белой рубашке, через которую проникал его аромат, манящий, вызывающий желание, который стал для меня уже таким родным. Моя боль, моя беззащитность перед не известными еще для меня вещами и событиями, стали вырываться наружу, вызывая крик, но я пыталась сдерживаться. На секунду я побоялась показать свою слабость и истерические сигналы, но не удержалась… Я еле сдерживала крик, мое тело вздрагивало при каждом вздохе.

— Все хорошо. — Повторял он снова и снова.

— Мне страшно…. — Выдавила я из себя.

— Поплачь. Станет легче.

— Мне больно.

— Пройдет.

— Я запуталась.

— Я понимаю.

Я не знаю, сколько времени мы так стояли, оно прошло не заметно. Слава посадил меня на диван и сел рядом. Его холодные пальцы убирали уже намокшие пряди волос с моего лица, я лишь успевала шмыгать носом.

— Я всегда рядом. — Сказал он.

— Правда?

— Да. Не бойся ни чего. — Улыбнулся он.

— Хорошо.

— Боль скоро пройдет. Через пару дней все станет, как всегда. — Он прижал меня к себе.

Я испуганно посмотрела на него. Что он имеет в виду, говоря, что все станет как всегда?

— Как это? — Дрожащим голосом спросила я, слезы сновали стали подкатывать.

— Будешь жить и учиться. — Улыбнулся он. — Спокойно. Без приключений. Ты же этого хочешь?

— Но я и с вами общаться хочу. Я же тебе уже тысячу раз говорила. — Стала я злиться.

— Конечно, ты будешь с нами общаться.

— Тогда не говори такой интонацией «что все станет как всегда». — Вздохнула я.

— Ты завтракала? — Вдруг спросил Слава.

— Нет. — Удивилась я его вопросу. Ему, зачем спрашивать?

— Хочешь?

— Нет.

— Надо.

— Да не хочу я.

— Тебе нужно поесть. Не поешь, яд начнет развиваться. Организм ослабнет и поддастся.

— Но я, правда, не хочу есть. — Заотрицала я.

Мы замолчали на некоторое время. Из-за воцарившейся тишины в комнате меня начало клонить в сон, мои глаза стали слипаться. Слава аккуратно меня положил на диван и уже повернулся ко мне спиной, направившись к балкону. Чтобы также незаметно исчезнуть из моей комнаты.

— Останься. — Протянула я.

— Хочешь, чтобы я остался? — Повернулся он ко мне.

— Да. — Ответила я ему, практически проваливаясь в сон. В моих полуоткрытых глазах Слава казался ангелом. Светлый и надежный, хоть и веет от него холодом. Он меня бережет. Мой личный Ангел-хранитель.

— Хорошо. — Слава сел возле меня, получше меня укрыл покрывалом, в которое я зарылась с головой.

Как Слава и обещал, дни стали проходить, так же, как и обычно, я жила спокойно, без приключений, ходила на учебу, потом незаметно началась сессия. Я также продолжала общаться с Громовыми, часто проводила с ними время, теперь мы были все вместе: я, Громовы и Артур. Все вместе, ни каких перепалок, все дружно готовились к экзаменам, помогали друг другу. Эльза защитила диплом и была на седьмом небе от радости, что сможет спокойно проводить время, так как она хочет. Я в дни, когда я была свободна, гуляла с ней, мы веселились, разговаривали, успевали рассказать друг дружке то, что еще не успели рассказать за те дни, когда мы виделись редко. Правда я не стала говорить ей про тайну моих друзей, это было сугубо личное и для ее же безопасности.

Сессия подходила к концу, в принципе и мое пребывание в Тюмени тоже. Экзамены я сдала на положительные отметки, чему сама не могла нарадоваться. Все вовремя и все экзамены на «хорошо». Эльза уже собиралась домой, к родителям в Тобольск. Когда подошел день ее отъезда, и я провожала ее на вокзале, мы договорились, что и в Тобольске еще погуляем вместе.

К концу июня я осталась одна в квартире, не хотелось уезжать, я думала, как же все-таки буду проводить время без Громовых. Ведь они заполняли большую часть моего свободного времени…

Со Славой отношения стали более теплые и искренние. Он всегда был со мной, всегда рядом. От чего я радовалась каждый раз, как только просыпалась утром. Ведь я знала, что мы с ним увидимся, либо он появиться так же незаметно через балкон, либо мы созвонимся, и он заедет за мной к моему дому. Но, в конце концов, я должна была уже ехать домой. Билеты куплены, родители в ожидании.

На автовокзале Громовы стояли вокруг меня, говорили хорошие, добрые, теплые слова. Говорили, чтобы я не грустила сильно, ведь в следующем учебном году я с ними снова встречусь. Юля, правда, заметила, что может быть и раньше того, как начнется учеба. Слава и Артур были последними, кто собирался попрощаться со мной. Артур нервно трепал уголок своей ветровки, Слава всегда спокойный, смотрел прямо мне в глаза. В его руках была алая роза.