Чтение онлайн

Вам следует слушать мои слова так, как если бы вы пришли в этот мир только сегодня. Если вы чем-то обеспокоены, если у вас имеются какие-то предубеждения, то вы не сможете по-настоящему воспринять то, что я говорю. Но если вы слушаете меня так, как если бы вы были новорожденными детьми, то это было бы подобно тому, как если бы вы слушали меня впервые в жизни. Поскольку в этом случае ваше сознание ничем не отягощено, вы можете постичь его сразу же, с одного единственного слова, и полностью проникнетесь Дхармой Будды.

Некая мирянка из Идзумо, пришедшая на затвор, потому что она что-то слышала о Банкэе и его учении, спросила:

— Судя по тому, что вы говорите, все, что нам надлежит делать — это просто и без усилий пребывать в сознании будды. Не кажется ли вам, что это слишком уж легковесно?

Банкэй:

— Легковесно? Вы ни во что не ставите сознание будды, вы гневаетесь и обращаете его в сражающегося демона-асура. Вы потворствуете своим эгоистичным желаниям и обращаете сознание будды в голодного духа. Вы делаете что-нибудь глупое и обращаете его в животное. Окутавшись иллюзиями, вы обращаете сознание будды во все что угодно — это легковесно, а не мое учение. Нет ничего важнее и достойнее почитания, чем жизнь в сознании будды. Вы можете считать, что мои убеждения о необходимости пребывания в сознании будды легковесны, но поверьте мне, это происходит оттого, что это так тяжело, что вы неспособны на это.

Эти мои слова могли вызвать у вас представление о том, что жизнь в сознании будды — весьма трудное занятие. Но если вы внимательно прислушиваетесь к моему учению, хорошо его понимаете и живете в сознании будды, то легко и просто, не выполняя [для этого] никакой тяжелой работы, вы суть настоящие Будды уже здесь и сейчас.

Услышав то, что я сказал, вы могли решить, что пребывать без усилий в сознании будды проще простого. Но на самом деле это нелегко, потому что вы продолжаете превращать его в сражающегося демона-асура, голодного духа или животное. Вы гневаетесь даже по пустякам. Поступая так, вы создаете предпосылки к последующему перерождению в облике демона-асура. Поэтому, хотя вы можете и вовсе не знать об этом, вы тратите время своего пребывания в человеческом облике на создание первостатейного демона-асура. И, конечно же, если вы столь упорно работаете над этим, вы будете сражающимся демоном не только во время этой жизни — после своей смерти вы окажетесь в сфере бытия демонов-асуров, даже не сомневайтесь в этом.

Из-за своей эгоистичности вы тщательно трудитесь над тем, чтобы омрачить свое сознание будды жадностью и страстными желаниями, а так как это является причиной перерождения в мире голодных духов, то вы, сами того не зная, прокладываете себе дорогу к перерождению в облике голодного духа. Вы готовитесь к посмертному падению в сферу бытия голодных духов.

Из-за своих эгоистичных мыслей и установок вы хватаетесь то за одну мысль, то за другую, бессмысленно беспокоясь о том, что не приведет вас ни к чему хорошему. А дальше вы уже неспособны остановиться и обращаете сознание будды в неведение. Неведение является причиной перерождения в облике животного. Уже сейчас, пока вы живете здесь в этом мире, создавая причину своей столь пагубной судьбы, очевидно, что, когда вы умрете, вы окажетесь в сфере бытия животных.

Я вижу, что люди, сами не зная об этом, посвящают свои жизни подготовке предпосылок своего последующего перерождения в трех плохих мирах. [71] Это достойно сожаления. Но если вы не обращаете свое сознание будды в сражающегося демона-асура, голодного духа или животное, то вы, несомненно, естественно пребываете в сознании будды.

Мирянка:

— Да, конечно. Это правда! У меня просто нет слов, чтобы отблагодарить Вас.

Некий монах:

— Вы учите людей, что им следует жить в Нерожденном. Мне кажется, что этим вы убеждаете их вести бесцельную и бессмысленную жизнь.

Банкэй:

— Ты называешь пребывание в Нерожденном сознании будды бессмысленным? Ты сам не находишься в сознании будды. Вместо этого ты всегда с воодушевлением работаешь над чем-то другим, делаешь то и это, тратишь все свое время на то, чтобы превращать сознание будды в нечто иное. Что может быть более бессмысленным?

Монах ничего не ответил. Банкэй:

— Живи в Нерожденном, Это вовсе не бессмысленно.

Некий монах:

— Жить в нерожденном сознании будды так, как вы говорите об этом, значило бы жить в состоянии неведения, быть совершенно бесчувственным.

Банкэй:

— А что если бы кто-то подошел к тебе сзади и ударил тебя ножом в спину? Ты бы почувствовал боль?

Монах:

— Конечно, я бы почувствовал боль. Банкэй:

— Значит, ты вовсе не бесчувствен, не так ли? Если бы ты был бесчувственным, то боли бы не было. Ты чувствуешь ее, потому что ты не бесчувствен и никогда таковым не был. Доверься мне и живи в нерожденном сознании будды.

Некий монах:

— Вы говорите людям о пребывании в Нерожденном, но мне кажется, что это значит быть совершенно безразличным ко всему. [72]

Банкэй:

— Предположим, что кто-то подойдет к тебе сзади и ткнет тебе в спину горящий факел. Ты почувствуешь жжение?

Монах: — Конечно. Банкэй:

— Значит, ты не безразличен. Как может тот, кто чувствует жар, быть безразличным? Ты чувствуешь его, потому что ты не безразличен. Ты нисколько не затруднишься отличить горячее от холодного и для этого тебе не приходится думать о том, как провести подобное различение. Уже само то, что ты задал этот вопрос о безразличности, свидетельствует о том, что ты не безразличен. Тебе вовсе не сложно почувствовать, безразличен ли ты или нет — а это потому, что ты не безразличен. Сознание будды, с присущей ему всеосвещающей мудростью, способно с чудесной точностью различать все что угодно. Как может тот, кто способен думать, быть безразличным? Безразличный человек не станет думать. Могу заверить тебя, что ты не безразличен и никогда таковым не был.

Некий монах:

— Не знаю почему, но мне иногда кажется, что мое сознание блуждает где-то очень далеко. Не могли бы Вы помочь мне сделать так, чтобы мое сознание не сбегало от меня?

Банкэй:

— Все люди получают при рождении от своих родителей изумительно яркое и всеосвещающее нерожденное сознание будды. Никто и никогда не бывает отделен от него. С твоей рассеянностью все обстоит точно так же. На самом деле твое сознание нигде не блуждает. Просто ты не знаешь о сознании будды, поэтому, вместо того чтобы пребывать в нем, ты обращаешь его во все другие вещи. Даже если ты слушаешь что-то, ты не можешь по-настоящему понять это — в действительности ты не слышишь этого. Ты не рассеян, ты обращаешь сознание будды во все эти вещи.

Стал бы тот, чье сознание действительно блуждает где-то, спрашивать об этом? Если бы твое сознание было в каком-то другом месте, ты вряд ли задал бы этот вопрос. Ты не отделен от своего сознания, даже когда ты спишь, потому что, если кто-нибудь станет тебя будить, ты ответишь ему и проснешься. Ты не был отделен от своего сознания в прошлом, ты не будешь отделен от него в будущем и ты не отделен от него сейчас. Никто из вас никогда не был отделен от своего сознания точно так же, как никто из вас не является непросветленным. Каждый из вас был рождён с сознанием будды. Оно ваше по праву.

Впредь относитесь ко всему так же, как сейчас, в этот момент, когда вы слушаете меня, и вы будете пребывать в нерожденном сознании будды. Люди приобретают плохие привычки, стремятся к личной выгоде и нисходят в иллюзии единственно из-за загрязненности, идущей от желаний и эгоистичных страстей. Покидая сознание будды, люди становятся непросветленными. Но нет изначально непросветленных людей.

Представьте себе двух людей, идущих вместе по одной дороге. Один из них крадет чужие вещи, а другой нет. Хотя тот, кто крадет, является человеком ничуть не меньше, чем его спутник, он помечен особым именем — вор. Куда бы он ни отправился, это имя последует за ним по пятам. Но другого человека никто не назовет вором, и он не отягощен таким именем. Вор подобен человеку заблуждающемуся, а тот, кто не крадет и не заблуждается, подобен человеку Нерожденного, который живет в сознании будды.