Чтение онлайн

Человек - если это, конечно, был именно человек, а не титан из древних легенд - потратил на то, чтобы сориентироваться, не более двух ударов сердца. Вскинув оружие - автомат со странно толстым стволом - он что-то оглушительно рявкнул на незнакомом языке. Акеми решительно не поняла слов, но угрожающий, подавляющий раскат этого голоса вдруг живо напомнил ей недавно виденного в кино Зевса со своим эпичным 'КУО ЭГО!'

Бирманцы, сумевшие расслышать непонятную команду незнакомца, удивленно вытаращились на могучую фигуру. Амико же, пораженная до глубины души, но не утратившая способности думать, воспользовалась моментом, чтобы выскользнуть из державших ее рук. Ближайший насильник машинально дернул рукой и схватил отползающую девушку за волосы.

Однако далеко не все из бандитов утратили разум настолько, чтобы стать недееспособными. Кто-то уже вынул пистолет и что-то кричал, наставляя на чужака.

Незнакомец, не медля ни секунды, нажал на спуск, и толстый ствол его оружия странно и беззвучно запрыгал - совсем не похоже на боевое оружие. Однако страшный, тупой и хрусткий удар в голову бандита, схватившего Акеми за волосы, который снес его в сторону, перебросив через какое-то корыто, выглядел более чем настоящим. На ее лицо брызнуло что-то липкое.

Срезав еще двумя короткими очередями бирманца с пистолетом и его соседа, он вдруг на мгновение замер. Впустую щелкнул боек - видимо, кончился уже початый магазин. Перезарядить оружие, находясь буквально в двух шагах от противников, было невозможно. Однако пришелец быстро принял решение - выпустил повисшее на ремне под мышкой оружие - и ринулся в атаку, воспользовавшись тем, что большинство столпившихся напротив щуплых бирманцев было без оружия. В его правой руке, откуда ни возьмись, возник кургузый пистолет, а в левой длинный обоюдоострый нож с копьевидным клинком.

Бирманцы запаниковали. Близость смерти пересилила похоть, и обеих девушек тут же забыли. Кто-то из насильников бросился бежать, но наткнулся на бамбуковый забор, принявшись ломать его и пытаться перелезть. Но наиболее озлобленные и просто не успевавшие отскочить ринулись на чужака. К счастью, слаженностью их действия не отличались, и те немногие, у кого имелось огнестрельное оружие, не смогли сразу открыть огонь, заслоненные от врага подельниками с ножами и голыми руками.

Три быстрых и таких же беззвучных и беспламенных пистолетных выстрела очистили чужаку дорогу, и он с напором атакующего быка вклинился между прижатыми к частоколу девушками и основной группой противников. Просвистев мимо полулежащей Акеми, он, как хоккеист, снес левым плечом бирманца, стоящего над Кейко, заставив того перелететь через спину своего подельника со спущенными штанами уже прижавшего девушку к земле и нависшего над ней на четвереньках. Этот получил мощнейший удар сапогом снизу под брюхо и, свалился с уже обессилевшей жертвы. Нападавший, сбросив большую часть энергии, затормозил, одновременно разворачиваясь вправо и с размаху наступив бандиту на живот - тот разинул рот, подобно раздавленной лягушке, и захрипел.

Маневр поставил рослого незнакомца в стратегически выгодное положение - обе девушки оказались прикрытыми широченной спиной. Это случилось как нельзя более вовремя, ведь кто-то из первого ряда бросившихся на него бандитов выстрелил из пистолета, и не прикрой он японок, тем пришлось бы плохо. Удар заставил его откачнуться назад, едва не наступив на Кейко, но он удержался на ногах благодаря своему весу, и, яростно заорав что-то не понятное, прозвучавшее как 'Youb washy matt!' - бросился навстречу атакующим.

Однако те вовсе не были склонны к суициду. Большинство бандитов, еще не сраженных незнакомцем, разбежались кто куда, умудрившись сигануть через ограждение. Живых и не искалеченных осталось всего трое, один из которых и совершил злополучный выстрел и собирался сделать второй. Словно поумнев, двое остальных, вооруженных широкими изогнутыми бирманскими мачете бросились на врага с боков.

Незнакомец выстрелил в самого опасного врага - вооруженного пистолетом, но с первого раза промахнулся, попав лишь вторым выстрелом. За это время один из мачетоносцев пырнул его в левый бок - не сильно преуспев, поскольку острие уткнулось в бронежилет. Второй рубанул сверху, и защитнику девиц не осталось ничего иного, как принять удар головой - на которой тоже была каска. Жалобно зазвенело переломившееся лезвие из плохой китайской стали, но вместе с его обломками на землю упали и снесенные с каски очки ночного видения. Исправить ситуацию бирманец уже не успел, упертый ему прямо в живот пистолет еще раз слабо щелкнул, швырнув тщедушное тельце назад.

С оставшимся левым противником, пытающимся вытащить острие из бронежилета, защитник расправился двумя движениями - прижав клинок вниз локтем левой руки и вырвав его у нападающего, он широко отмахнулся боевым ножом, резанув бирманцу прямо по лицу. Обливаясь кровью, тот рухнул на колени.

Но радоваться спасителю и спасаемым было рано. Бирманцы, как оказалось, убегали не просто так, а с целью позвать подмогу. Во двор уже вбегало около дюжины человек, похожих на прежних - испуганных, злобных, наспех одетых и схвативших первое попавшееся оружие. Все как один они кинулись на чужака с мачете, ножами и вскидываемыми пистолетами. Они неслись гурьбой, едва не расталкивая друг друга.

Амико в очередной раз съежилась, когда защелкали выстрелы. Ни одна из новых пуль не попала в нее или в незнакомца, но все равно было страшно. По крайней мере, она была цела, а Кейко... что с Кейко?!

Девушка, не разгибаясь, поползла по земле за спиной своего нежданного защитника к подруге.

Спаситель снова выругался и, сунув разряженный пистолет в кобуру, приготовился защищаться от набегающей толпы противников, самый высокий из которых едва доставал ему головой до бронированного плеча. Методу он избрал достаточно интересную - наклонившись, вдруг ухватил за ноги первый попавшийся труп, и, богатырски ухнув и резко развернувшись вокруг оси, взмахнул им по кругу, словно собираясь метнуть молот. Первый ряд нападающих полетел на землю, словно сбитые кегли.

– Wot wam, sssuki, pereulochek!..
– непонятно заорал богатырь и, выпустив импровизированную булаву, бросился в проделанную брешь. Впрочем, напор блестящих смуглых тел остановил его, и волна нападающих сомкнулась вокруг. В беспорядочном мельтешении толпы стало ничего не видно, лишь мелькали кулаки и ножи, доносились взвизги, хрипы, тупые звуки ударов и отвратительный хруст. Казалось, все было кончено - бирманцы, словно дикая стая, сумели повалить возвышающегося над ними противника, схватив за ноги. У девушек замерло сердце.

Амико, добравшаяся до Кейко и крепко ухватившаяся за подругу, увидела происходящее. Она знала этого человека меньше минуты, но закричала с таким отчаянием, будто он был ей ближе собственных родных:

– Гамбатте-е-е!!!

Сейчас, в этот миг, она верила, что этот незнакомец, творивший такое, что не снилось ни одному герою боевиков, все еще жив, что все еще может вырваться, победить, одолеть. Кейко, над ухом которой она закричала, болезненно взвыла от боли в ушибленной голове.

Удивительно, но практически одновременно с ободряющим криком поверхность перешедшей в партер кучи-малы вспучилась, и незнакомец восстал над мутной волной, словно древнегреческий титан. С натугой выпрямившись с висящими на плечах и дико визжащими двумя бирманцами, он заработал обеими руками, в каждой из которых было по черному от крови клинку - видимо, успел подцепить трофейный. Сдаваться он явно не собирался - бешено оскалившись и плюясь кровью, он продолжал наносить удары, полосуя и распарывая голые животы нападающих.

Под ногами дерущихся чавкала кровавая грязь, хрустели ребра поверженных, которым уже не суждено было подняться. Противников было очень много, и несмотря на богатырскую силу и упорство, герой пока еще не получил заметного перевеса. Однако он нашел скорый и, нельзя не признать, оригинальный выход. Глубоко вспоров живот очередному бирманцу, он вдруг высоко поднял мокрую от крови руку, в которой - о ужас!
– была зажата осколочная граната РГД-5 с выдернутой чекой. Нервы бирманских бандитов не выдержали, и они начали с паническим визгом выдираться из толпы, сбивая друг друга. Незнакомец, все еще зажатый потными телами, сотворил нечто кошмарное - выпустил порхнувший в сторону рычаг и засунул неумолимо шипящую замедлителем гранату в распоротое брюхо неудачливого противника. Вопли ужаса огласили залитый кровью дворики вокруг героя образовалось пустое пространство. Ухватив 'заряженного' бандита за руку и за ногу, он кинул его в сторону, проворно присев. Взрыв прозвучал глухо и влажно, вызвав кровавый дождь, сопровождаемый жуткими шлепками разлетающихся кишок.