Чтение онлайн

Место он выбрал, прямо скажем, безлюдное. Но его это не смущало – скорее, наоборот: от мужского общества он давно устал, а с женщинами в его возрасте – все равно, что с мужчинами. Так он, во всяком случае, думал.

Нестору пришлось купить три тысячи холопов и нанять трех заморских зодчих, дабы осуществить свою задумку – не терем же он строить собирался, а самую настоящую фортецию.

Первое время Незовибатько тщательно следил за ходом строительства, но спустя примерно год ему стало скучно, и он принял мудрое решение поколесить по соседним княжествам – проведать соратников по ратной службе. Дабы ни холопы, ни зодчие в его отсутствие не преисполнились лени, Нестор, уличив одного из рабов в краже, устроил образцово-показательное насаждение провинившегося на кол: мол, и с вами будет тоже, ежели осмелитесь тунеядствовать и пьянствовать. Холопы и зодчие тут же прониклись уважением к серьезности намерений господина, посему уезжал он со спокойной уверенностью, что через два года строительство всенепременно будет закончено.

Уже почти на исходе двухлетнего срока, осчастливив своим святейшим присутствием сотоварищей западного, южного и северного княжеств, Нестор двинулся на восток к последнему из них – князю Святославу Суровому. Князь славился не только суровостью нрава, но и красавицей-дочкой Мирославой Святославовной, во-первых, и самым искусным из чародеев на всей Земле Росской, во-вторых.

Стоило только Нестору увидеть Мирославу Святославовну, как он пришел к глубокомысленному выводу, что ему просто-таки необходимо жениться – и чем раньше, тем лучше. На его беду, княжна Мирослава уже была сосватана любимому чародею Святослава Сурового – Кардасу. При всем уважении князя к соратнику по ратным подвигам, отказать чародею Святослав не решался – слишком силен был страх его перед силой неведомой.

Будь Кардас каким-нибудь завалящим тюркским ханом, или падишахом восточным, да даже самим Сатаной, Святослав Суровый вполне мог бы отменить приближающуюся свадьбу, но магическая сила, кою чародей то и дело демонстрировал при каждом удобном случае, вселяла в князя настоящий ужас.

Нечего и говорить, что мнение самой княжны Мирославы о делах подобного рода вообще никто не спрашивал.

Однако Нестор Незовибатько был тот еще упрямец и самодур – его, в отличие от князя Святослава, мистические примочки чародея, ни мало не волновали. Он заручился поддержкой самой Мирославы Святославовны, коя быстро смекнула, что влюбленным без памяти, своевольным, но простодушным Нестором, манипулировать в тысячу раз легче, нежели Кардасом, черпающим магическую силу даже из камней придорожных, и попросту увез княжну тышком-нишком из отчего дома.

Беглецам удалось не только добраться до отстроенной по всем правилам новехонькой фортеции, но и заделаться в дороге самыми настоящими супругами, со всеми вытекающими приятными последствиями: от княжеского титула, который обрел Нестор, женившись на княжне, до махонького Незовибатько в нутре Мирославы.

Однако счастье их супружеское длилось недолго.

Разъяренный Кардас, тот час как прознал о побеге суженой, начал капля за каплей собирать силу для качественного проклятия. Из воды, растений, солнца, луны, огня и камней. Как только силы набралось достаточно, Кардас, даже не потрудившись подняться с расшитых золотом подушек, одним движением своего всемогущего перста, уменьшил фортецию Незовибатько вместе со всеми обитателями до размера среднестатистической коровы. И, дабы уж наверняка, накрыл сверху земляной насыпью, на коей мы сейчас имеем честь сидеть и мило беседовать.

Так что не зря, Нюша, гору эту называют Замковой!..

Все слова сказаны. Больше ни одного мало-мальски пригодного к употреблению словечка ни в моем, ни Танюхином организме не осталось. Так что мы молчим целых три минуты, а по их прошествии неожиданно начинаем смеяться. Одновременно. И кто-то из нас сквозь смех задает вполне резонный вопрос:

– Чего это мы, а?

– Дома засиделись, – отвечаю, кое-как умудрившись взять себя в руки.

– Мужья, дети – вещь конечно хорошая и очень в хозяйстве полезная, но, кажется, настало время куда-нибудь уехать. Хотя бы на пару дней!

– Точняк, – резюмируют Нюша. – С чего начнем?

– Ну конечно с Карпат! А там как пойдет.

Однажды мне приснилась дорога – широкая и бесконечная. Я шла по ней долго. Очень долго, но так и не достигла ни конца этой дороги, ни развилки, где-бы она соединялась с другой дорогой, ни какого-либо населенного пункта, куда обычно рано или поздно приводят все дороги. Я шла до тех пор, пока не стала валиться с ног от усталости. И тогда я решила присесть. Но не нашла куда и села прямо на дорогу. Как буддийские монахи – скрестив ноги. И тут надо мной навис Дух.

– Почему здесь так пусто? – спросила я Духа.

– Здесь так, как всегда, – ответил он.

– А где люди, дома, школы, обсерватории, метро, интеренет-центры, заводы и телебашни?

– Когда-нибудь возможно все это и будет. Когда время настанет, – засмеялся Дух. – Пока что ничего этого не существует.

– Как же не существует? Я все это видела воочию, пользовалась интернетом, сотовым телефоном, смотрела телевизор, разговаривала с другими людьми. Некоторые люди меня обижали, некоторые вдохновляли, одних я любила, других терпеть не могла…

– Все так. Но на самом деле ничего этого нет. Ты одна в этом мире, Ева.

– Этого не может быть. Не может. Я не Ева. Меня зовут Мария. У меня есть родители, друзья, работа, есть просто знакомые, с которыми я переписываюсь. Те, с которыми я люблю проводить праздники и те, с кем мне приходится делить беды…

– Можешь не сомневаться, – улыбнулся Дух. – Ты именно Ева и мир, который ты знаешь, дан тебе для обретения мудрости. Но все, что ты сейчас перечислила – твоя фантазия. Иллюзия. Ты здесь совершенно одна. Просто ты, наконец, проснулась и увидела мир, в котором живешь, без всего, что ты когда-то себе придумала. Ты увидела мир без собственных иллюзий.

– Я не Ева, Дух, – помню, что в тот момент я начала уже злиться. – Я Мария. Ма-ри-я. В честь бабушки. Потому что у меня когда-то была бабушка!

– Знаю, что ты придумала себе бабушку, – ответил Дух. – Тебе было одиноко. Придуманные тобой родители, ходили на свои придуманные тобой работы. И ты придумала себе бабушку, чтобы заполнить пустоту в твоем тогда еще детском сердце.

– Не буду с тобой спорить, у меня и у самой иногда возникало чувство, что я не вписываюсь в мир, в котором родилась, что я не живу, а сплю. Что все это не по-настоящему, что все бесполезно. Но это говорит лишь о том, что я не такая как все, вот и все. Что-то в моей голове иначе устроено.

– Поверь, в твоей голове все устроено правильно. Перестань пенять на себя, Ева, – устало вздохнул Дух.

– Хорошо, – кивнула я. – Могу допустить, не поверить, а просто допустить, что я придумала себе родителей, бабушку, знакомых и друзей… предположим. Но как я могла придумать компьютер, сотовый телефон, фабрики, на которых шилась одежда, которую я покупала, самолеты, на которых я летала в командировки, лифт, на котором я поднималась к себе, на восьмой этаж… И так далее. Я не знаю, как все это устроено. Знаю только что очень сложно и мне не понятно. Мне главное было, чтобы все это работало!

– Все просто, – ответил Дух. – Все, что человек придумывает, всегда работает! Даже, если это ему во вред.

– Но здесь же нет других людей, только я, – довольно ухмыльнулась я, поймав Духа на противоречии.

– А ты и есть человек, просто первый, экспериментальный образец, как любили говорить писатели фантасты, которых ты придумала для того, чтобы они тебя развлекали и отвлекали. Посуди сама, ты родилась, тебе было одиноко, ты придумала себе родителей и бабушку, – усмехнулся Дух. – Ты подросла, тебе стало их мало и ты придумала детский сад и школу, где ты могла учиться общаться с детьми и взрослыми и утолять заложенную в тебе жажду познания. Придумывала близких, чтобы не быть одинокой, придумывала незнакомцев, чтобы постичь множество. Незнакомых тебе людей по твоим представлениям было очень много, но ты заботлива и поэтому придумала заводы, фабрики, самолеты, поезда… Позже ты придумала себе профессию, думая, что будешь зарабатывать себе на кусок хлеба, а на самом деле, чтобы тебе не было скучно. Одновременно ты придумала сотовый телефон, чтобы разговаривать с людьми тогда, когда хочешь, а не тогда, когда им надо. И компьютер, потому что придуманная тобой работа требовала немало усилий. Ты придумала себе друзей, чтобы познать дружбу. Придумывала любимых, чтобы узнать, что есть любовь и что есть страдания. Ты придумала себе службу для того, чтобы познать отдохновение. Ты придумала себе недругов, чтобы стать сильнее и узнать ненависть и зависть. Ты придумала, что где-то в твоем мире идут войны, чтобы ценить мир.