Чтение онлайн

Нет, не понимаю. Я вообще не понимаю, о чем он говорит. Потому что я бы, блять, поубивал всех до единого в этом кампусе, если бы Алина хоть раз покинула мою постель и отправилась трахаться с кем-то еще.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь подавить внезапный порыв поубивать всех и вся.

— Итак, — начинаю я, как только снова беру свои эмоции под контроль. — Если бы ты, гипотетически, разозлился, увидев девушку, которую трахал, на свидании с кем-то другим, что бы это значило?

— Что она тебе небезразлична. — Тут же отвечает он, и его взгляд, когда он смотрит мне прямо в глаза, становится серьезным.

Блять. Блять. Блять.

Но он ошибается. Мне плевать на нее. Мне абсолютно наплевать на Алину, мать ее, Петрову.

Глаза Джейса изучают мое лицо, и когда он говорит, его тон осторожен.

— Если это, гипотетически, из-за Алины...

— Это не так.

— Если да, то просто... будь осторожен. Помни, что она — Петрова. Враг.

— Я могу справиться с гребаной Петровой.

— Знаю. Я просто хочу сказать, что если Алина играет с тобой...

Если Алина играет со мной, значит, ей удалось меня перехитрить. Меня. Никто не может перехитрить меня. И если бы ей удалось совершить такой впечатляющий подвиг, я бы, блять, женился на ней в тот же миг. Но она никогда не сможет меня перехитрить, а это значит, что она не играет со мной.

— Я знаю, что делаю, — говорю я Джейсу, мой голос звучит более резко.

Он стискивает зубы, не сводя с меня взгляда. Затем кивает.

Он знает, что я лгу. Так же, как и я знаю, что он лжет о том, что у него все в порядке. Я не хочу говорить об этом, и он не хочет говорить об этом.

Поэтому мы делаем то, ради чего пришли сюда.

Мы стоим там, бок о бок, стреляя по своим мишеням и притворяясь, что это наши демоны.

Алина

Прошло уже пять дней, а я все еще не могу перестать думать о том вечере в спальне Кейдена. О том, как он доводит меня до предела, зная, что я смогу это выдержать. О том, каково это — чувствовать, как его смертоносное тело прижимается к моему. О том, как он трахает меня, словно я ему принадлежу. И, что более важно, как он стонет и вздрагивает, когда я прикасаюсь к нему, словно он тоже принадлежит мне. О том, как сильно я люблю обниматься с ним, чувствовать его сильные руки вокруг себя, и слышать ровное биение его сердца, когда я прижимаюсь щекой к его груди. И о том, как он обнимает меня, словно я — нечто ценное.

Это ужасно бесит. Потому что это же Кейден, мать его, Хантер. Как что-то может казаться настолько правильным с тем, кто совершенно мне не подходит?

Рывком открыв свой шкафчик, я достаю сумку и в отчаянии швыряю ее на скамейку перед собой.

— Надо же, в твоих руках теперь появилась хоть какая-то сила? — Раздается слева от меня насмешливый голос.

Я игнорирую его, но быстро одеваюсь. Джейн и Лесли больше не крали мою одежду и полотенце с того первого раза, но они все равно заставляют меня ждать, пока все остальные примут душ первыми. А меня это не особо и трогает, поэтому я стараюсь не ругаться с ними по этому поводу.

Может, Кейден и оставил меня в покое на всю эту неделю, сосредоточившись на издевательствах над моими братьями, но Джейн и Лесли, напротив, решили отыграться на мне по полной. Каждый день на протяжении всей недели они пытались заставить меня чувствовать себя бесполезной и никчемной. А их постоянные насмешки и мелкие проявления жестокости изматывают меня больше, чем я хотела бы признать.

Натягивая штаны, я успеваю застегнуть их как раз в тот момент, когда рядом со мной появляются эти две злобные сучки. Я тянусь за своей футболкой, но Джейн успевает схватить ее со скамейки раньше меня. К счастью, на мне надет лифчик, поэтому, когда я поворачиваюсь к ним лицом, я не совсем обнажена выше пояса.

— Что вам нужно? — Спрашиваю я, с трудом сдерживая злобу в голосе.

Джейн, все еще сжимая в руке мою футболку, с презрением осматривает меня с головы до ног.

— Посмотри на себя. С начала семестра прошло уже три месяца, а ты все такая же тощая, как в день нашего приезда. У тебя какое-то заболевание, из-за которого ты не можешь нарастить мышечную массу, или что?

Рядом с ней Лесли хихикает и окидывает мое тело насмешливым взглядом.

Я подавляю желание скрестить руки на груди и вместо этого просто отвечаю совершенно серьезным тоном:

— Да. Разве вы не знали? Я думала, учителя уже оповестили всех, ведь это очень заразно.

Они обе отшатываются, и Джейн роняет мою футболку, словно она обожгла ее. Или заразила.

Быстро приседая, я тут же подхватываю ее. Самодовольный смешок срывается с моих губ, когда я выпрямляюсь.

По их лицам пробегает осознание.

Я одариваю их ухмылкой, а затем натягиваю футболку через голову.

Пока несколько секунд я занята своей футболкой, эти две сучки снова подходят ко мне. Я едва успеваю одернуть подол, как Лесли толкает меня так, что я отшатываюсь назад. Моя спина с глухим стуком ударяется о шкафчик позади меня.

Несколько девушек, которые все еще одеваются, поглядывают в нашу сторону. Но никто из них не вмешивается. Из-за негласного правила, согласно которому лучшие ученицы принимают душ первыми, все, кто еще здесь, за исключением Джейн и Лесли, находятся в самом низу иерархии. Как и я. И они, по-видимому, не хотят становиться следующей мишенью этих злобных сучек. Впрочем, я не могу их в этом винить.

— Неужели никто никогда не учил тебя не злить тех, кто стоит выше тебя? — Спрашивает Лесли, когда они с Джейн прижимают меня к шкафчику.

— О, учили, — отвечаю я, а затем окидываю их презрительным взглядом с головы до ног. — Но так уж вышло, что я не вижу здесь тех, кто стоял бы выше меня.

В их глазах вспыхивает гнев.

Затем Джейн бросает на меня острый взгляд.

— И именно поэтому ты никому не нравишься.

Логически я понимаю, что она, скорее всего, просто выдумала это, но боль все равно пронзает мою грудь.

— О, ты только посмотри на это. Ей больно. — Джейн бросает взгляд на Лесли. — Может, нам стоит рассказать ей?

Лесли склоняет голову набок, ее голубые глаза все еще осматривают мое лицо.

— Не думаю, что она справится с этим, если мы все расскажем.

— Тогда мы точно должны ей рассказать.

— Согласна.

— Рассказать мне что? — Огрызаюсь я, отчаянно желая, чтобы у меня хватило сил разбить их проклятые головы друг о друга и просто уйти отсюда. Но поскольку они обе прижимают меня к металлическим шкафчикам, я не смогу уйти, пока они не сдвинутся с места.

— Никто не хочет видеть тебя здесь, потому что ты всем мешаешь, — говорит Джейн так, будто это самая очевидная вещь на свете. — На спарринг-уроках никто не хочет быть твоим партнером, потому что велик риск того, что остальные отстанут из-за того, что ты не успеваешь за ними. И никто не хочет видеть тебя в своей группе во время командных испытаний, потому что само твое присутствие — это гарантированный путь к поражению.