Чтение онлайн

— По большей части в Лондоне.

У него был забавный говор. Так уже давно никто не говорил, а еще, казалось, что он с трудом подбирает слова.

— По большей части? А в оставшееся время?

— Дом моей семьи в Шотландии, и я стараюсь почаще навещать их, — сухо пояснил Дэвид.

— Вроде как экскурсия, да? — прервал его Флин.

— Полагаю, да. Но у меня есть и некоторые обязанности и долги там. Я унаследовал место, когда мне исполнилось девятнадцать лет, а это большое бремя.

— Так, а что это за место такое? Ну, которое ты унаследовал?

Или Дэвид был излишне скромен, или слишком высоко оценил Флина.

— Это — поместье площадью около пятнадцати тысяч акров. Не самое большое по тамошним меркам, но все равно требуется довольно много времени, чтобы им управлять. Кроме надзора за землей, нужно еще следить за жителями, решать проблемы в деревне. И, конечно, они хотят, чтобы помещик был всегда на месте. Может ли такое быть? — удивлялся Флин. Двадцать первый век на дворе, но за одним с ним столом сидит человек, который ведет себя так, словно эрцгерцог Франц-Фердинанд еще жив-живехонек[41].

— Так у тебя есть своя деревня? — недоверчиво переспросил он.

— Могу заявить с полной ответственностью: да, — не заметив иронии в вопросе, ответил Дэвид. — Видишь ли, иногда я бываю ужасным занудой.

Флин понял, что не может чувствовать к этому человеку ни малейшей симпатии.

— Этот твой дом что-то вроде загородной виллы?

Дэвид улыбнулся.

— Нет, это огромный дом. Чертовски много сил и средств уходит на его содержание и ремонт, — объяснил он. — Вероятно, я перееду когда-нибудь туда насовсем, но пока мне не слишком хочется. Мне сейчас слишком уж хорошо живется в Лондоне.

Флин качал головой, удивляясь, как этот пережиток эпохи Эдуардов мог все еще разговаривать в таком духе.

— Как бы то ни было, — добавил Дэвид, — сначала я намерен обзавестись женой.

Флин не мог поверить своим ушам, но, разглядывая своего собеседника, не нашел и намека на шутку. Жильцы, помещики, поиски жены. Просто невероятно.

— Ну, в Лондоне определенно выбор шире. Полагаю, что шотландские девушки — вид вырождающийся, их и днем с огнем не сыщешь, — пошутил Флин.

— Согласен, — серьезно сказал Дэвид.

Флин недоумевал, почему именно он должен поддерживать все эти разговоры. Сначала Тим трепался исключительно о своей жизни, теперь вот — Дэвид. И как только подобные люди оказываются вокруг него?

Почти в то же самое время, приблизительно в четырех милях по прямой, Джессика и Люси сидели на кухне Люси и готовили себе ужин. Они провели день, катаясь на роликовых коньках по Гайд-парку, и хотя сначала собирались пойти в театр или на вечеринку в ночной клуб, но все же решили вернуться обратно к Люси и посмотреть какой-нибудь фильм на видео. Они уже выпили одну бутылку вина, и, пока Люси открывала вторую, Джессика смешивала чрезвычайно смелый соус для салата.

— Какой-то он слишком сложный, Джей, — засомневалась Люси.

— О, это один из маминых, дай бог ей здоровья. Он невероятно вкусный.

— Кстати, как твои родители? — спросила ее Люси.

— Думаю, все у них в порядке. Мама все еще названивает мне по два раза в неделю, если может.

— «Джессика, ch'erie, я так обеспокоена…», — с плохим французским акцентом проворковала Люси, передразнивая мать Джессики.

— Точно, — рассмеялась Джессика. — Надо бы мне обратиться с заявлением, чтобы на нее наложили ограничительный запрет суда. Уверена, мои родители постепенно выживают из ума. На этой неделе они снова поругались. Мама так разобиделась на папу, что отказывается разговаривать с ним и готовить ему еду, и все свободное время с мрачным видом валяется на кровати. Папа, по-видимому, целыми днями разъезжает где-то на своей машине и возвращается домой только к полуночи.

— Могу себе представить, как твоя мать играет роль королевы в трагедии, сидит одна-одинешенька в своей комнате, и всем-то на нее наплевать, — рассмеялась Люси.

— Да, знаю, она смешна. Честно сказать, я поняла, что они безнадежны. А теперь папа стал лучшим другом местного механика по имени Карл, и они проводят все свое свободное время в гараже — возятся с папиной машиной. Его последняя прихоть — «бентли», и теперь он думает, что знает все об автомобилях и двигателях. Он сводит маму с ума, потому что эта парочка возвращается домой вся в мазуте, а потом они усаживаются выпить и покурить и часами болтают только о машинах.

— Как весело! Когда ты собираешься пригласить меня к вам?

— Довольно скоро. Я подумывала собраться где-нибудь всем вместе и провести длинные выходные. Я имею в виду, что мы могли бы взять отгул на пятницу и вечером в четверг на электричке отправиться в Труро.

— Не забудь про меня. Я с удовольствием поеду, — заявила Люси.

Джессика обожала своих родителей, но никак не могла понять, почему им обязательно быть такими эксцентричными. Матери Джорди и Флина никогда не впадали в истерию, и их отцы не звонили в час ночи, чтобы «поболтать» или загрузить их рассказами о своих новых безумных прихотях, о которых через шесть месяцев благополучно забывали. Иногда Джессика беспокоилась, что унаследовала их гены, но потом понимала, что с успехом восстает против их эксцентричных выходок, да и вообще, настроение ее не подвержено резким перепадам, а темперамент у нее вполне спокойный.

Люси лениво листала страницы «Харперз энд куин»[42]:

— Бог мой! Только посмотри на эту женщину!

— Какую женщину? — не удосужившись посмотреть, спросила Джессика.

— Баснословно богатая, симпатичная, со стройными ногами, владелица огромного роскошного дома в Норфолке, мужа, табуна лошадей и трех жеманных детишек. Я же не прошу многого, но мне бы хотелось все это иметь. Вот стерва!

— Боже, как я с тобой согласна! Кому захочется работать, когда у тебя есть лошади, верхом на которых можно совершать прогулки, и детки-малютки, которых надо воспитывать? Есть только один способ всего этого добиться: мы должны найти себе неприлично богатого мужчину, у которого есть поместье в Англии, шале в Валь-Д’Изер и дворец на Средиземноморье. Тогда нам никогда уже не придется работать. Вот тогда мы и будем счастливы.

Джессика никогда особо не задумывалась о своем будущем, но всегда смутно понимала, что она должна удачно выйти замуж, а потом регулярно появляться на страницах дорогих глянцевых журналов в элегантных дизайнерских костюмах.

— Да, мне очень нравится твой план, — согласилась Люси. — Кстати, как у тебя дела на работе?

— О, в порядке. Есть шанс, что меня повысят. Во всяком случае, босс мне недавно на это намекнул. Именно это надо, чтобы выиграть состязание, которое мы затеяли перед самым переездом в новый дом: чтобы работа у нас была гораздо лучше прежней, а рядом был любимый и надежный человек к тому моменту, когда закончится срок аренды, то есть через год.

— Серьезное дело.

— Да уж. Ужасно сложное, я бы сказала. Я уже почувствовала себя, как бы сказать, ну, конкурентоспособной, что ли. Как бы то ни было, Роб, кажется, перестал за мной волочиться, слава богу. Жизнью клянусь, что никогда и за миллион не стану встречаться с коллегами по работе. Ничего, кроме неприятностей, из этого не получается. Сплошное нервное расстройство.

— А что там с этим противным парнем?

— А, ты имеешь в виду Ричарда Кибла? Последние пару недель я его практически не видела. Уверена, мои угрозы подействовали на него, но если он еще раз попытается выкинуть нечто подобное, то я немедленно сообщу боссу.