Чтение онлайн

Василиса резко меняет тему, и я поддаюсь ей:

— Умею, но это запрещено законом.

— Как много запретов — никакого веселья, — шутливо фыркает, словно никакого потенциала для ссоры и обиды не было буквально только что.

— В мире магии нельзя без запретов, а иначе всё в один миг превратится в хаос, способный разрушить не только Магический, но и ваш мир. Вот, например, история появления диких оборотней тому пример…

***

Расставаться не хотелось. Так и бродили, рука в руке, во дворе замка под высоким забором — подальше от возможных любопытных глаз и окон. Туда-сюда. И так по кругу. Тем для разговоров оказалось безумно много — не могли наговориться.

Особенно сильно нас увлекла тема наших детских пакостей и смешных страхов. Оказывается, Василиса боится бабочек за их обманчивую красоту крыльев, под которыми скрывается обычное страшненькое тельце насекомого.

А я без всякого стеснения рассказал что с самого детства боюсь перелётов через море, так как однажды, когда ещё только учился летать, упал в толщу воды и начал в панике барахтаться, думая, что тону.

А как интересно было поговорить про сны! В мире магии сюжеты снов ещё более невероятные и забавные — мне было чем удивить Василису. Это и Оракул, скачущий на волке, и парящая в воздухе Академия, что принимает в свои стены подлетающих к ней драконов.

Естественно, волки и обычные люди остались стоять внизу на земле без возможности получать образование! Задирали головы вверх и яростно махали руками. И то только малая часть того, что я ей рассказал из своих сновидений.

Василиса хохотала, а я боялся, что нас услышат, но совсем не хотел её останавливать. Вместо этого пытался рассмешить ещё сильнее, доводя её приступы смеха до слёз на глазах. Если бы знал, как девушку захватят сюжеты моих снов, то записывал бы их постоянно, чтобы ничего не упустить, что могло бы её ещё рассмешить.

Интересно было послушать, что снится Василисе. Оказалось, вовсе не обязательно жить в мире магии, жить в замке, обучаться в Академии, чтобы снилось всякого рода волшебство и абсурд.

Кстати, про Академию мы тоже говорили. Она смеялась, как безумная, когда я принялся рассказывать смешные ситуации происходившие в её стенах. Я тоже не удержался от смеха, когда Василиса поделилась рассказами о своей школе.

Не обошлось и без разговоров о еде. Мысленно я сделал себе заметку, что Василиса любит пить по утрам персиковый йогурт и скучает по своему привычному ритуалу.

Так, за болтовнёй мы обошли весь внутренний двор, пока ноги сами не привели нас к входным дверям. Подозреваю, что девушка уже замёрзла, и пора бы отправить её спать. Наши руки расцепились, ни о чём не договариваясь, но уходить внутрь замка мы не спешили.

— Нужно идти спать, — говорю. — Замёрзла, наверное.

— Совсем нет, — возражает девушка. — Тепло же.

— А вот я сейчас проверю.

Касаюсь губами кончика её носа. Тёплый.

— Ладно, ты меня убедила, — усмехаюсь.

Василиса нежно и совсем по-девичьи хихикает, а после предлагает посидеть в беседке.

— А то ноги уже не ходят, — добавляет она.

Но беседка была не пуста. Плачущая Лиза в миг разрушила всю романтическую атмосферу вокруг меня и Василисы. Я расстроился, когда моя ночная спутница резко переключилась на подругу и бросилась к ней обниматься, но не подал виду.

Я слышал расспросы, что случилось и почему, когда уходил в замок под прощальные кивки Василисы. Но, не смотря на такое завершение нашего свидания (а ничем иным наше сегодняшнее мероприятие я не могу назвать), я буду ещё долго лелеять воспоминания, подаренные мне этой ночью.

Василиса

Моя подруга плачет в одиночестве пока я наслаждаюсь свиданием с молодым симпатичным драконом. Сердце ёкнуло от беспокойства и паники: что же это я… не уследила, получается? Что произошло такого, что осталось без моего внимания?

Казалось, Гусева адаптировалась к новому и необычному образу жизни намного успешнее меня — неужели я обманулась? Или хотела обмануться? Вот уже и чувство вины обхватило меня за плечи, толкая в беседку присесть рядом с подругой.

— Лиза, почему ты плачешь? Что случилось? Кто обидел? Говори скорее! — я обхватываю ладонями её плечи и слегка трясу.

— Никто не обидел, ничего страшного не случилось, — Лиза спешит утереть слёзы и явить мне максимально спокойное лицо.

— Но ты сидишь здесь посреди ночи одна и обливаешься слезами!

Порывисто обнимаю подругу руками, а та обнимает меня в ответ и принимается успокаивающе гладить по спине — словно это меня нужно успокаивать, а не её!

— Тебе плохо здесь? — продолжаю свой расспрос. — Страшно?

— Нет-нет, Василис, мне здесь очень даже нравится, — шмыгает носом, противореча своим же собственным словам.

Она прерывает наши объятия и смотрит на меня совершенно спокойно. От былой драмы остались лишь покрасневшие глаза и забитый нос, из-за которого подруга вынуждена теперь дышать ртом. Слышу искренность в её голосе, и это меня немного успокаивает.

— Так в честь чего сырость-то развела? — не сдаюсь и продолжаю свой допрос.

— Вы что встречаетесь? — Лиза пытается перевести тему. — Ты-то вот как раз не одна шатаешься ночью по улице!

— Ну, не то чтобы… Наверное. — Её вопрос, признаться, застал меня врасплох. — Я не знаю. Возможно.

Лиза открыла было рот, чтобы что-то сказать, но я её наглым образом перебиваю:

— Только Кристофер не должен об этом знать.

— Я тоже не должна была знать? — она обиженно хмурится, и я не могу её в этом винить.

— Мы и сами не очень понимали, что между нами… — развожу руками. — К тому же: это действительно секретно. Кристофер категорически против наших отношений. Он считает, что из-за Кира я могу провалить охоту на дикого оборотня.

— Кристофер не так уж не прав, — Лиза назидательно нахмурила брови. — Берегись: утонешь с головой в амурных делах, а голова делу нужна.

Подруга права. И всё же неприятный осадок уже начал оседать внутри меня от её слов. Словно я дитя малое и нуждаюсь в постоянных напоминаниях очевидных вещей. Но полноценно обидеться и разозлиться у меня не получается — я знаю, что моя подруга желает мне только добра, а говорит так только из-за беспокойства за меня.

К подобным занудствам Гусевой я привычна, как и она к моим подколам в её адрес. А сейчас, видя её красные глаза, и вовсе не хочется обижаться и пытаться отстаивать свою способность к рациональному поведению.