Чтение онлайн

– Наверное, то, что готовить придется мне...
– Павел подошел к ней и нежно обнял, - ну что ты плачешь, малышка? Это все такая ерунда.

– А я очень смешно выглядела?

– Нет, ты выглядела замечательно, такая непосредственная и очень увлеченная своей работой.

– Ты меня обманываешь...

– Ничего я тебя не обманываю, - Павел прижал ее к себе и поцеловал.
– Ты даже в пыли выглядишь замечательно.

– И правда вся в пыли...
– Вера высвободилась и оглядела себя.
– Мамочка дорогая! И колготки порвались... Паш, можно я пойду, переоденусь?

– Если ты закончила с исследованием моей проводки, то можно, - смеясь, ответил он.

– Ой, нет! Я же забыла закрутить крышку на место! А у тебя не найдется нормальной отвертки? Я уже все пальцы себе исцарапала этой ерундой, - Верочка с раздражением пнула ногой пилочку для ногтей, валяющуюся на полу.

– Ты откручивала винты пилочкой для ногтей?
– Павел поднял пилочку и расхохотался, - у нее же острый кончик, как ты сумела?

– У меня ничего другого не было, а у тебя в доме найти ничего нельзя...

– Почему нельзя? У меня весь инструмент лежит на балконе.

– На балконе? Зачем на балконе? Там же холодно зимой.

– Во-первых, балкон застеклен, во-вторых, инструмент от холода не портится, а в-третьих, мне так удобно.

– Удобно идти на балкон зимой за отверткой?

– Вера, о вкусах не спорят... Иди переодевайся. Крышку я сам закручу. Как еще тебя током не дернуло...

– Ты считаешь, я не умею работать с электричеством? Да я могу разобраться в работе любого электрического прибора. Могу создать его компьютерную модель, а ты говоришь, что меня током может дернуть.
– Верочка обиженно поджала губки.

– Вера, может и умеешь, я не знаю... Но, во-первых, в любом случае ты больше теоретик, чем практик. Согласись, ты же не каждый день паяешь и меняешь проводку. Скорее всего, ты знаешь, как это делается теоретически, а во-вторых, никто не работает с электричеством, когда такая жалкая изоляция, - Павел покрутил в руках пластмассовую ручку пилочки.

– А я ее пластмассовой прищепкой держала, когда до проводов дотрагивалась.

– Вера, я понял, изобретательность женщин не имеет границ. Иди, переодевайся...
– и со смехом вышел на балкон.

Ели они курицу гриль, которую в ближайшей палатке купил Павел. Так что попытка Верочки выступить в роли домашней хозяйки полностью была провалена. Но все неприятности вечера с лихвой искупила ночь, проведенная Верочкой в объятьях мужчины своей мечты.

Утром ее разбудил Павел.

– Вставай, малышка, подъем...

Вера приоткрыла глаза, - Сколько времени?

– Уже полвосьмого.

– Какая рань ... мне в институт только к часу. У меня сегодня только вечерники...

– Вера, ты меня вчера не предупредила. Я кофе тебе принес...
– Павел обиженно кивнул на поднос, стоявший на краю кровати.

– А разве кто-нибудь отказывался от кофе?
– Вера приподнялась на кровати и подвинула поднос к себе, - да тут еще и круассаны. Изысканно...

– Ты их любишь?
– спросил Павел, повязывая галстук.

– Очень. Спасибо большое.

– А почему не ешь?

– Я на тебя смотрю. Круассаны съесть я еще успею, а ты сейчас уйдешь...

– Но вечером я приду.

– Так то вечером... К тому же я приду не раньше двенадцати. Пока у меня последняя пара закончится, пока я сюда доберусь...

– Ты позвони, я тебя у метро встречу...

– Хорошо, непременно воспользуюсь таким любезным предложением... Ты поцелуешь меня перед уходом?

– Обязательно, - Павел наклонился и нежно коснулся ее щеки.

Вера обвила его шею руками, - Не отпущу!

– Вера, прекрати, я опаздываю, - голос Павла стал холодным и абсолютно чужим.

Вера испуганно отстранилась и с удивлением посмотрела на него.

– Вера, не обижайся, но я действительно опаздываю, - уже обычным тоном продолжил он, как только Вера разжала руки, - Позвони мне вечером, я тебя встречу.

Вечером Вера задержалась. Двое бестолковых студентов-вечерников, неверно оформивших отчет и не отвечающих ни на один ее вопрос, уламывали ее засчитать им работу как сделанную. В ход шли и лесть, и нытье, и рассказы о семейных трудностях. В начале Вера пожалела их, задержалась и пыталась объяснить им суть лабораторной работы, поясняла принцип работы исследуемого прибора, но скоро поняла, что они даже не слушают ее, у них другая цель: заставить ее просто так поставить им отметку о сделанной работе, лишь за их присутствие. Она резко встала и сказала:

– Все. Занятие давно окончено. Я и так задержалась. Когда разберетесь с данным материалом, придете на любое мое занятие, я дам вам возможность ее сделать. А сейчас выходите, мне надо тут все закрыть.

И тут один из них грубо схватил ее за руку, рывком усадил обратно на стул и сел рядом.

– Вера Анатольевна, сейчас здесь никого нет, и Вы не выйдете отсюда, если не проставите нам все лабораторки и зачет. И прямо сейчас. И чем дольше Вы будете думать, тем хуже Вам придется.

И только тут по его расширенным зрачкам Верочка поняла, что перед ней наркоман, явно под кайфом, и он неадекватен в своем поведении. Второй был тоже не лучше... Вера быстро оценила обстановку. Она одна на всем этаже. А может и во всем корпусе. Она сама сегодня согласилась закрыть и запереть кафедру. Кричать бесполезно, звонить кому-нибудь они ей не дадут. Оставался единственный вариант взять их на испуг.

Вера пристально посмотрела на них и низким ласковым голосом произнесла:

– Вы, ребятки, перед тем как идти сюда, все обо мне узнали? Нет? А зря... Очень зря... Потому, что как не узнали вы самого главного... Вы как думаете, я в таких шмотках хожу с зарплаты преподавателя, а? Нет. С зарплаты преподавателя такого не купишь. А хожу я в таких шмотках, потому что я дочь бизнесмена Анатолия Краснова. Слышали про такого? Не слышали? Ну что же вы так, ребятки ... Воротил отечественного бизнеса надо знать... А имя "Толя Крокодил" вам тоже ничего не говорит?
– Вера начала нести уже полную чушь, слышал бы сейчас ее отец, чтобы он подумал бы ... но в бою все средства хороши, ей надо было быть убедительной, - Банки, казино, импорт, экспорт, оружие и не только... Сообразили? Так вот, это он дает мне возможность здесь в свое удовольствие с вами, паршивцами, возиться. Потому что мне это нравится. Но если мой дражайший папочка, узнает, что с головы его любимой дочурки лишь один волосок упал, его быки вас просто как капусту нашинкуют. А что с вами до этого сделают даже говорить не хочется...Так что не злите меня, мальчики. Это вам может очень дорого стоить...

И уже совсем другим тоном злого приказа, - А сейчас встать!

Оба парня поднялись.

– Извинились!

– Извините, Вера Анатольевна...
– дружно в два голоса.

– Вышли вон и закрыли дверь!

Парни опрометью бросились в коридор, и Вера услышала удаляющийся топот ног по лестнице.

– А ведь могло и не сработать...
– подумала Вера и без сил откинулась на спинку стула. Ей было плохо. Сердце стучало так, что казалось еще чуть-чуть и выскочит из груди. В глазах темнело и плавали разноцветные круги. Она взглянула на часы: двенадцать пятнадцать ночи.