Чтение онлайн

– Постараюсь…

Помолчали. С учителем мне одинаково хорошо и даже как-то уютно и разговаривать, и молчать.

– Хочу спросить кое о чем, - начал я.

– Давай.

– Расскажите про своего ученика – Квиррелла.

– А ты откуда про него узнал? – казалось, Флитвик совсем не удивился. Он все так же задумчиво смотрел на воду.

– Абраксас Малфой упоминал его этим летом, когда я был в гостях у Драко.

– Как думаешь, с какой целью он это сделал?

– Может, чтобы сомнение в вас заронить. Может, хочет, чтобы я что-то узнал про Квиррелла. Подталкивает в нужную сторону. Или психологически к себе привязывает.

– В целом правильно рассуждаешь, - одобрил учитель. – Но прежде, чем рассказать про Квиррела, я сам кое о чем хочу спросить. Скажи, какова цель твоей жизни?

– Выучиться магии, - почти машинально ответил я.
– Приобрести могущество, силу…

– Гарри, не думаю, что ты так поверхностно смотришь на вещи. Магия это не цель. Это способ для достижения цели. Инструмент мага, его способ работы с собой, другими людьми и окружающим миром… Тоже можно сказать и о могуществе и о личной силе. Накопление ради накопления, разве это не абсурд? Если только тщеславие потешить. Но разве это правильно? Все должно иметь глубокий смысл. Так какова цель?

– Ну, если так… Мне хочется разобраться или вспомнить, что было до этой жизни. И что будет после смерти. Если вообще что-то было и что-то будет. И смысл всего этого…

– Вот, - послышался удовлетворенный вздох.
– Уже хорошо.

Флитвик пошел вдоль берега. Я последовал за ним.

– У некоторых цели другие. И им сложно объяснить, что они путают понятия, выбирая могущество, власть, славу и деньги в качестве целей. Они вырастают, но остаются детьми. Капризными и эгоистичными.

– Таким и был Квиррелл? – кажется, я начинал догадываться.

– Да, - просто ответил Флитвик. – Очень талантливый, но импульсивный и своевольный мальчик. С каждым годом мы все хуже понимали друг друга. Ему казалось, что я мыслю устаревшими категориями и что моё место на свалке истории, - он невесело усмехнулся.
– А я видел, что он выбрал плохую дорожку, которая изменит его не в лучшую сторону. И которая может завести его в весьма неприятные места, где он повстречает, скажем так, неоднозначных людей.

– И что произошло дальше?

– В середине седьмого курса он подошел ко мне, поблагодарил за все, чему я его научил и попросил расторгнуть наш магический Обет.

– Расторгли?

– Конечно. Маг имеет право на собственные ошибки и личный опыт. Каждый сам выбирает путь и получает то, что заслужил.

Флитвик все чаще стал говорить со мной о серьезных, философских вещах. Его учеба начала затрагивать не только освоение магии, но и формирование личности, жизненных ценностей и ориентиров, если хотите. И все чаще мне казалось, что у него есть некая мировоззренческая концепция. Или, на худой конец, свод правил, что помогает идти по жизни.

Например, я слышал такие выражения: «маг не ищет схватки, но он всегда к ней готов», «маг не жалеет о прошлом и не мечтает о будущем. Он всегда живет в здесь и сейчас», «маг знает, что реальность такова, какой мы ее осознаем», «каждый выбор, каждое решение формирует новое будущее», «Путь – это способ существования мага» и наконец, особо понравившееся выражение «маг идет не для того, чтобы прийти, но чтобы - идти».

Если честно, то я начал записывать за ним многие интересные мысли. Чувствовалось, что он на эти темы много читал и размышлял. Все это очень интересно. И, скажем так, правильно. Как жить без мировоззренческой концепции? От чего отталкиваться и к чему идти?

Тем более, временами мне казалось, что я слишком сильно углубился в практику, в ущерб общей теории.

А ведь я взрослый человек и меня волнуют подобные вопросы.

– Вы знаете, что он связался с Волан-де-Мортом?
– с Флитвиком я все чаще позволял себе быть самим собой, не боясь задавать вопросы и не страшась показывать потаённые знание. Эх, если так пойдет и дальше, то глядишь, со временем возьму и признаюсь в том, что я попаданец.

– Да… - Флитвик остановился и посмотрел мне в глаза. – Ты-то откуда об этом проведал?

– Да вот, довелось… Он вел себя странно. Да и под тюрбаном у него кто-то поселился.

– Запомни этот пример, - в голосе учителя звучала горечь.
– Когда маг ошибается, когда неправильно оценивает себя и свои перспективы, то наступает расплата. Чем выше ставка, тем больше можно потерять. Такие таланты и способности… И все впустую…

Флитвик надолго замолчал. Похоже, он до сих пор переживает за своего ученика, и за то, что не смог удержать его от глупых поступков.

– Скажите, учитель, у магии и мага есть ограничения? Есть потолок потенциала развития?

– Я считаю, что мы все находимся в бесконечной Вселенной. Значит, предела нет. Все ограничения и «тормоза» лишь в голове. И развиваться можно бесконечно.

– Но ведь что-то ограничивает всех нас.

– Безусловно, так и есть… Ты знаешь, я иной раз размышляю на данные темы, - он присел на корточки и поводил ладонью по воде.
– Возможно, сама наша планета, вернее пространство, создает определенные трудности. И здесь мы не сможем подняться выше определенного уровня. А может быть и так, что каждое воплощение позволяет сделать лишь определенный рывок вперед. А потом надо передохнуть.

– Вы говорите про смерть?

– Да. Жизнь и смерть. Два шага вперед, один назад. Цикличность и ритм. Невозможно постоянно идти лишь вперед. Всем требуется отдых и перерыв. Всему свое время, и время всякой вещи под небом. Слышал это выражение?

– Конечно. Это Экклезиаст.

Учитель кинул на меня быстрый взгляд и снова отвернулся к воде.

– Лорд Малфой говорил про ранги у магов. И если вы говорите, что границ нет, то почему у нас никогда не было архимагов?

– А почему в детском садике нет профессоров? Почему в Хогвартсе среди учеников нет мастеров?

– И почему?

– Я уверен, что Земля это базовая, и скажем прямо, не очень продвинутая планета. Здесь воплощаются не слишком взрослые души. Становясь старше, мы покидаем этот детский садик и уходим дальше…

Я задумался. Флитвик, за несколько минут, вывалил на меня просто огромное количество информации, которая, в свою очередь, спровоцировала вопросы. Много вопросов. И здесь надо думать…

Что мне нравилось в учителе - он никогда не говорил и не считал, что его точка зрения единственно правильная и верная. Он просто сообщал тот или иной факт, а уж я был сам волен выбирать, соглашаться ли с ним или нет.