Чтение онлайн

– Конечно, – легко согласился Теммер, – приятная познавательная беседа позволит скоротать путь и лучше узнать друг друга. Слушайте, что произошло сто лет назад, согласно нашим преданиям…

Плащ оказался скользким, я постоянно контролировала положение тела, чтобы не съехать на конский круп или вообще не свалиться.

Держаться за Теммера постоянно мне не хотелось.

Пусть он и считал меня чуть ли не своей невестой, но излишняя близость с ним меня не вдохновляла.

Горы были по правую руку от нас, по левую же начиналось что-то похожее на степь. Сейчас под нарядным снежным покрывалом, а в иное время года едва ли радующее взоры скудной и чахлой растительностью.

– Еще в детстве я слышал чудесное предание, которое счел за сказку, – рассказывал Теммер, – о том, как в короля и королевы Ифендории родилась чудесная малышка. И назвали ее Розмари. Когда девочке исполнилось сорок дней, по обычаю, к ней допустили придворных чародеек королевства, чтобы они благословили принцессу магическими дарами и наворожили ей славную судьбу.

Теммер сделал паузу, чтобы перевести дыхание. А я тоскливо завела глаза под верхние веки. Как-то очень издалека он начал.

Но прерывать не хотелось, просто ради того, чтобы сверить данные. Например, про обряд посвящения и дарения благости новорождённой принцессе правда. Есть у нас в Ифендории такой обычай.

Сама я этих событий помнить не могла, но не раз слышала, как это было.

– Явились семь колдуний, – Теммер отдышался и продолжил рассказывать, – каждая вручила малышке свой дар. Розмари наградили красой, приятным голосом, художественными способностями, изысканным вкусом, роковым обаянием, против которого невозможно устоять, в меру острым умом и при этом богатым воображением, а также пылким сердцем, способным любить.

Я, кажется, слегка покраснела в тон платью, слушая о своих достоинствах, хоть скромности мне среди них и не отсыпали. Она врожденная.

– Все эти качества должны были помочь ей обрести счастье. Прием выдался очень милым. Но под самый его конец явилась восьмая чародейка.

– Что? – удивилась я. – Не было никакой восьмой. При дворе отца привечали семерых мудрейших волшебниц.

– В том и дело, что привечали! – с жаром воскликнул герцог. – А колдунью по имени Миагерра король предпочел держать подальше. Хоть она и была одной из сильнейших. Ей даже не сообщали о приеме в честь Розмари.

– Но она все равно узнала и пришла, – догадалась я.

– Именно! – чему-то обрадовался Теммер. – И настроение у нее при этом было отвратнейшее. Ведьма вскричала: “Ах так! Глупый королишка позвал этих приторных тупиц, а самую талантливую колдунью обошел стороной! Но я не гордая. Сама пришла с подарочком”. Родители маленькой принцессы напряглись, король покраснел и взмок так, словно, съел стручок острого перца разом.

В чем Теммеру точно не откажешь, так это в умении рассказывать. Он даже голосам разных героев повествования подражать пытался, и довольно успешно. Я заслушалась и даже забыла, что он рассказывает мою собственную историю.

– А королева-мать от волнения могла бы разродиться, не сделай она этого уже сорок дней назад.

Хм… неужели это официальная версия легенды?

– Малышка Розмари будет и красива, и умна и талантлива, – продолжал герцог, изображая старческое дребезжание в голосе, – словом, получит все, чем вы ее одарили. И сверх того, счастья и везения жизнь отсыпет ей щедрой горстью. Все у нее будет получаться, всему-то она в один момент сможет научиться…

Теммер сделал паузу и глотнул чего-то из маленькой флаги, притороченной до этого к седлу.

– Король и королева, слушая это предсказание, немного расслабились. Поверили, что Миагерра просто зашла их поздравить с рождением наследницы. Но старуха закончила: “Вот так ярко, красиво и необычно сложится ее короткая жизнь”. “Короткая?” – переполошился король. “Крошечная, как твой мужской отросток”, – подтвердила ведьма. А королева при этом побледнела, видимо, Миагерра сделала свое скабрезное заявление не без оснований.

Ой. Эту часть сказки для меня можно было и опустить.

– Зловещим голосом старая ведьма сказала: “Принцесса Розмари проживет всего шестнадцать лет. А потом уколет палец веретеном и умрет”.

– Веретено! – ухватилась я за знакомое слово. – Точно, было такое.

– При этих словах король неожиданно рассмеялся и утер лоб с облегчением. “Ну ты и дура, Миагерра”, – сказал он, – “В нашей Ифендории давно уже никто не прядет по старинке. Все используют прядильные станки. Так что Рози проживет долго и счастливо”. “Было бы проклятие, а исполнитель найдется”, – зловеще прошипела Миагерра, растворяясь в воздухе.

– Так вот, значит, кем была та бабуля, которая сказала, что если уколю палец веретеном, мне не придется выходить замуж за Рейна Ирендела, – сообразила я.

– И ведь не обманула! – одобрительно воскликнул Теммер.

– Но почему я тогда не умерла, а погрузилась в вековой сон?

– Я еще не досказал легенду, принцесса, – сообщил герцог, – хоть король и не придал большого значения угрозам колдуньи, королева была вне себя. Она рыдала и билась в истерике, а старшая из семи чародеек, Ингеруд, думала, как помочь маленькой Розмари. И сообразила. “Увы, старая Миагерра права, она сильнее всех нас семерых, вместе взятых”, – сказала она, – “Однако объединившись, мы можем кое-что сделать. Даже если принцесса чудом где-то и откопает веретено, она не умрет, а заснет на сто лет”. “Почему же так надолго? “ – спросила сквозь слезы королева-мать. “Потому что это будет уже другая жизнь”, – объяснила Ингеруд, – “В этом поколении Розмари жить не сможет, а через сто лет, когда все живущие ныне уже помрут, у нее появится второй шанс. Но только если принцессу разбудит ее истинная судьба. Мужчина, который еще не родился, но будет предназначен ей”.

На этих словах Теммер даже коня притормозил и воскликнул:

– Ох, великая Аэмеро, это ж я!

Немного осознав этот удивительный факт молча, Теммер снова заговорил:

– Колдуньи окружили малышку, взявшись за руки, и провели обряд. Он занял почти три часа, и все это время девочка спала под их чарами. Все свершилось, как и было предречено. Хоть король и ввел полный запрет использовать веретено в любом качестве, принцесса где-то его умудрилась отыскать, видимо от большого ума… ой, простите.

– Ничего страшного, продолжайте, герцог, – в волнении поторопила я Теммера.

– Когда обнаружили спящую вековым сном девицу, во дворце, разумеется, начались стенания. Но немного придя в себя, король сообразил, что держать принцессу сто лет во дворце не вариант. Мало ли что за это время может стрястись. И ее, то есть вас, Розмари, в атмосфере строжайшей секретности перевезли в тайную пещеру, поместив в хрустальное ложе. Туда же позвали и семерых чародеек, которые наложили на пещеру заклятье. Мать принцессы волновалась, как будет выглядеть ее дочь, когда проснется. Шутка ли, сто лет проспать! Но Ингеруд сказала, что жизненные процессы в организме Розмари замедлятся как только это возможно. Но раз в десятилетие кровь на пару часов будет разгоняться, чтобы тело помнило, что живо. И внешне принцесса повзрослеет на год за десять лет.