Чтение онлайн

Самка протяжно вздохнула. За стеной перебрасывались редкими словами мужчины.

Странно, — подумала Тейт, — на месте Гуго она завалила бы Лекса вопросами. А этому все безразлично. Ну, привязался по дороге посланник Высшего Магического Совета или кого-то еще, ну спас им всем пару раз жизнь…

— Тейт, — позвал Лекс. — Ты там жива?

— Я поняла, на что похожи голодные черви, — отозвалась королева.

— Иди к нам, расскажешь.

— Сначала ты иди сюда. У тебя в сумке была миска. Захвати ее с собой.

— Ты наелся? — ласково спросила Тейт у жеребенка. — Оставь мне немного?

Единорожек чмокнул в последний раз и ушел к отцу.

— Держи, — приказала Тейт Лексу, погладила самку, пошептала ей на ухо и осторожно потянула за сосок. В миску прозвенела тоненькая струйка.

Молока оказался всего глоток. Тейт протянула миску Лексу.

— Выпей.

Лицо странного попутчика изменилось, став серьезным и очень, очень значительным. Перед Тейт стоял уже не приблуда, авантюрист, искатель приключений — патриций высокого полета.

Мужчина опустился на одно колено, осторожно принял чашку и одними губами, по которым едва читалось в красных огненных проблесках, прошептал:

— Для меня это большая честь, Ваше Величество.

— Ты давно догадался? — спросила Тейт так же одними губами.

— Недавно.

— Вы там блох единорогам вычесываете? — грубо поинтересовались из-за стенки.

Костры горцев догорели. В щели едва проникали редкие отсветы. Тьма подступала и обволокла. Стало холоднее.

— Иди сюда притворщица.

Гуго поймал Тейт за руку, потянул и уложил возле себя.

— Эй, враль с большой дороги, можешь тоже укладываться.

— Спасибо, — скромно отозвался Лекс. Он прилег с другой стороны.

Королева представила, что бы придумал двор, узнай, что она проводит ночи с двумя мужчинами. Им не объяснишь, что все может быть просто и чисто: отдых, когда устал, хлеб, когда голоден, утешение, когда тебе плохо.

— Так на что похож тот лес? — пробормотал Гуго и тут же размеренно задышал. Он уснул мгновенно, как уставший в бою воин в затишье.

Тейт легко провела пальцами по его щеке. Гуго не проснулся.

— А действительно? — спросил с другой стороны Лекс.

— Я дважды побывала в башне у придворного мага. Первый раз — с официальным визитом, — приходилось шептать Лексу в самое ухо. — Второй раз — несколько дней назад без предупреждения. Я застала его магическое степенство за очень странным занятием. Он лежал на кушетке посередине кабинета, всунув лицо в дыру. Даже полоса от края дыры на щеках отпечаталась. Так вот… волосы. Волосы свисали с головы на пол. Как шлейф, как… занавес. А под кушеткой, между прочим, стоял макет королевства.

— Ты знаешь, что ваш маг — самозванец? Нет такого в реестре.

— Он отвратителен. Лицо лоснится, вся рубаха заляпана. Еще и жевал. И очень рассердился на мое вторжение. Чуть глаза из орбит не выскочили.

— А при чем тут голодные черви? — пробормотал Лекс сонно.

— Ты видел когда-нибудь, как горит волос? Он трещит и извивается. И запах…

Манус Аспер во сне похрапывал. Гуго дышал глубоко и ровно. Тейт знала, что, несмотря на усталость, не сможет заснуть. С ней так было всегда. Она закрыла глаза, и…

Сразу проснулась, потому что наступило утро.

Между досок пробивался свет. Лекс исчез. Гуго спал. Одна его рука лежала у Тейт под головой, вторая обнимала плечи. Королева осторожно начала выползать из объятий.

— Пустобрех успел смыться? — спросил рыцарь, не открывая глаз.

— Наверное, его увели.

— Тишина, — заключил Реар, помолчав. — Вчера нашему приятелю пообещали почетный эскорт. Они, что всем племенем за ним откочевали?

— Почему ты злишься? — спросила Тейт.

— Не люблю, когда меня держат за болвана. Искатель кладов! Я ему почти поверил. И глаза честные, честные. Их там видно хорошо муштруют в Магическом Совете…

— Он не из совета. Скорее из какого-то совершенно тайного ордена. Или…

— Что? Договаривай.

Гуго сел и начал отряхиваться. В волосах застряли травинки. Тонкие губы кривились недоброй усмешкой.

— Знаешь, что обозначает его имя? — спросила Тейт.

— А что обозначает твое или мое? Просто имя.

— На древнем языке Манус Аспер Лекс значит — Жесткая Рука Закона.

Тейт тоже села. Спину пронзила боль. Голова закружилась, но это быстро прошло.

— Есть хочется, — посетовала она.

— Если, в связи с предполагаемым нашествием гиен, селение снялось с места и откочевало, мы с одной стороны рискуем умереть от голода, а с другой — находимся в довольно выигрышном положении: нас тут никаким псам не достать.

Гуго больше не злился. Он напряженно размышлял, пытаясь одновременно поддерживать беседу. Тейт оставалось кивать, гадая, о чем он думает.

Жизнь, однако, не покинула окрестности. С той стороны залязгало. Дверь распахнулась. На пороге встал вчерашний Левый заседатель.

— Ты пойдешь со мной, — ткнул он в сторону Гуго. — А эту отведут в женский дом.

Пробираясь по узкой тропинке за высокой ловкой женщиной, Тейт вспоминала прием в Пьятте. Она не мылась уже три дня. Платье Житаны и так не новое истрепалось до состояния обносок и кое-где порвалось. Волосы превратились в непролазный рыжий ком.

Дом, куда ее привели, больше походил на фортификационное сооружение: башня, стена, откидной мост — все имелось. Только маленькое.

— Здесь живут девушки и вдовы.

— Почему? — спросила Тейт. — Разве у них нет собственных семей? Или они сироты?

— Так принято, — просто ответила женщина. — Зови меня Аминой. Женщине трудно все время оставаться с мужчинами. Я попросила, чтобы на день тебя отпустили в наш дом. Вечером я отведу тебя обратно.

— Я думала, сегодня моя очередь идти на допрос. Вчера не успели…

— С тобой никто не будет разговаривать. Наши мужчины не станут говорить с чужой женщиной.

— А если мне, допустим, понадобиться спросить что-то важное, как быть?