Чтение онлайн

– Фольш, не стреляй!
– Рогнеда уже выходила из-за поворота.
– Все, они пошли к пятому блоку, это тупик. Убьешь их сам?

– Не будем расходиться!
– попросил тшер, приближаясь к ней.

– Ах ты, трус!
– женщина рассмеялась.
– Свети мне! А я было хотела пойти к пульту, активировать замок... Но нет, тогда я не увижу, как сотник сдохнет!

Люсьен и Олаф уже пробежали по извилистому коридору и теперь стояли, ощупывая стену. Выхода не было. Свет фонаря приближался.

– Надо кидать. Ты в Фольша, я в Рогнеду, - предложил Люсьен.

– Можно и так, - без восторга согласился сотник.
– Попробуем.

Но пробовать не пришлось. Сначала завизжал от ужаса Роки, так громко, что его услышали даже люди.

– Он здесь! Они здесь, паук!

– Что?!
– не понял Фольш, постучал себя по уху.
– Я не слышу, Роки! Где ты?

– Какой же ты дурак!
– Рогнеда обернулась, поднимая оружие.
– Прикрой меня от сотника, я встречу раскоряку!

Люсьен и Олаф одновременно рванулись вперед, понимая, что другого шанса у них не будет. Но они не успели - нечеловечески быстрая, огромная тень пака вынырнула из темноты. Искры, летевшие от бластера Рогнеды, прошивали Чанжу в десятке мест, отрывали лапы, но он добежал до тшерки.

Настал черед кричать Фольшу. Он стрелял в упор, попадая и в смертоносца, и в умирающую, разорванную Рогнеду. Туша доползла до последнего тшера. Подмяла его под себя, крик захлебнулся.

– Вот и все, - дрожащим голосом сказал Люсьен.
– Вот и все. Спасибо, Чанжа.

"Не все..."

В свете лежащего на полу фонаря было видно, как мучительно, тяжело ползти пауку на обугленных обрубках лап. Он стремился к Олафу, убийце потомства. Сотник отошел на два шага назад, потом с разбега перепрыгнул через Чанжу, поднял бластер Рогнеды.

– Прости.

Люсьен ничего не сказал, когда Олаф убил смертоносца. Карателю виднее... Значит, так нужно. Стражник подобрал фонарь, с уважением рассмотрел. Потом они вместе прошли по коридорам, мимо тел друзей и врагов, спустились вниз.

– Открой, Долла! Все уже кончилось!

6

Своего оружия они так и не нашли, поэтому прихватили бластеры тшеров.

– Доберемся до Хажа, и выкинем их в ручей, что на дне Кривой пропасти, - пообещал Олаф.
– Ни к чему нам чужие вещи.

Долла подсказала, как по вентиляционной шахте выбраться наружу. Потратив немало сил на то, чтобы выбить массивную железную решетку, люди оказались на свободе. Высоко стояло солнце, в небе вились стаи мух, в далекой степи виднелись стада жуков.

– А жаль, что пропадет там все колдовское оружие, - крякнул Люсьен.
– С ним мы бы в два счета стрекоз перебили.

– Лучше стрекозы, чем тшеры, - сказал Олаф.
– Я люблю этот мир таким, каков он есть, я его часть и буду защищать его от всех, кто захочет его переделать. Долла, ты уверена, что нельзя срезать этот замок?

– Уверена, - кивнула девушка.
– Там колдовство, оно вырвется и оторвет тебе голову.

– Ладно, один амулет я потерял, другим обзавелся, - сотник спрятал черный кругляш под рубаху из паутины. Тогда в путь. И постараемся обо всем этом поскорее забыть, уж очень у нас опасная память...

– Это труднее всего, - усмехнулся стражник.
– Но ты прав, память у нас опасная. Трудно теперь относиться к восьмилапым как прежде.

– Мы сможем. Ты и я... А ты, Долла, сумеешь не болтать?

– Я постараюсь, - пообещала девушка.

– А я проверю, - строго сказал Олаф.
– Будешь теперь держаться поближе ко мне, так и тебе безопаснее, и мне спокойнее. Может, мне на тебе жениться, а? Так получится еще проще, а к черноте твоей я вроде привык.

– Что на это скажет королева Тулпан?
– почесал затылок Люсьен.

– Дойдем до Хажа и послушаем.

Когда тени выросли, Три Брата уже навсегда заслонили от путников черную скалу.