Чтение онлайн

Ответ очень скоро нашелся сам. К костру из противоположных кустов выбрался Рад, держащий на руках пушистика, который в свою очередь крепко сжимал в лапках что-то зеленое и достаточно объемное для его размеров. Эта парочка остановилась напротив меня, терпеливо ожидая внимания, полностью прикованного к сумке. Однако, такого пристального интереса к своей персоне я долго не выдержала, почти сразу подняв голову. По губам брюнета блуждала слегка смущенная улыбка. Шурик, застенчиво чирикнув, протянул сверточек мне. Потянувшись за ним, я непроизвольно скривилась от боли. Пушистик тут же обеспокоенно заворковал, Рад перестал улыбаться.

— Что с тобой, Таши?

— Да ничего, все нормально, просто немного голова болит. Что это? — я осторожно приняла сверток из маленьких лапок. Примерившись, зверек прыгнул ко мне на колени и аккуратно развернул подношение, оказавшееся горстью крупных черных ягод, завернутых в большой темно-зеленый глянцевый лист. Не успела я ни спросить, ни поблагодарить, как Шурик шустро схватил одну ягодку и сунул мне в рот, заискивающе заглядывая в глаза. Немного ошарашенная таким поведением, я разжевала предложенное, искренне надеясь, что ягода не ядовита. По крайней мере на вкус она оказалась весьма хороша, даже великолепна.

— Ммм, какая прелесть! — восторженно выдохнула я, прожевав. — Спасибо, хороший мой!

И поцеловала смущенного, но довольного пушистика в остренькую мордочку. Зверек пискнул и что-то бессвязно залопотал, указывая на Радмира.

— Что такое, малыш?

Зверек усердно пытался с помощью лапок и громкого чириканья описать процесс сбора ягод, постоянно указывая на Рада.

— Ягоды… Собирал… Погоди, ты имеешь в виду, что он помогал тебе со сбором ягод? — уточнила я у пушистика, непонимающе глянув на Радмира, внимательно смотрящего в сторону. Шурик же радостно чирикнул и кивнул. Взобрался на плечо, тронул мои губы лапкой и указал ей на парня.

— Ты хочешь, чтобы я его тоже поцеловала?…

Шурик издал торжествующий вопль и чуть не свалился с моего плеча. Я растерянно уставилась на упорно смотрящего в сторону порозовевшего парня.

— Тебе вовсе не обязательно этого делать, — глухо пробормотал он, однако отойти не попытался. — Ягоды Шурик нашел сам, я лишь помог собрать и принести их.

Зверек залопотал что-то снова, но это было излишне. Аккуратно отложив ягоды в сторону, я поднялась и осторожно потянулась к парню с намерением поцеловать в щеку. Но у меня же никогда ничего не происходит так, как я хочу: в этот самый момент Радмиру приспичило обернуться, и поцелуй пришелся именно на губы…

— О-о-о! Чур, я следующий!

Резко отпрянув, мы с Радмиром разошлись в разные стороны, не глядя друг на друга.

— Ну это ж надо, а! Только отвернулся — и на тебе! Они уже милуются! Что, пришелица, никто не приставал, так ты сама решила?

Пока Тамирас изгалялся, мы бурно розовели и исподтишка метали на блондина убийственные взгляды, на которые он, впрочем, не обращал внимания.

— Что ж вы не предупредили-то, а? Я б подальше ушел. Хотя тут и уходить-то некуда… Ну ничего, до города потерпите. Или неймется?.. — Тамирас замолчал на полуфразе, ибо Радмиру надоело. Пунцовый брюнет хватанул брата за грудки и, глядя в глаза прошипел:

— Заткнись!

Я же по-тихому улизнула к ручью, намереваясь холодной водой остудить пылающие щеки. Нет, ну как же я все-таки ненавижу блондинов!

Назад вернулась с каменно-серьезным лицом. Впрочем, в лагере установилась тишина. Ребята возились у костра, Шурик хмуро восседал возле ягод на блистере с таблетками и сверлил Тамираса злым взглядом. Кстати, о птичках: а ведь голова-то прошла! М-да, чем дальше, тем экстремальнее становятся методы избавления от головной боли.

Завтрак прошел в напряженном молчании, прерываемом лишь изредка и исключительно по делу. Нам с Радмиром разговаривать не хотелось, смотреть друг на друга — тоже. Мы вообще старались пересекаться как можно меньше. Звереныш продолжал прожигать взглядом блондина, который уже не знал, куда деваться. Бодрое утро, ничего не скажешь! Зато собрались быстро и без проволочек.

Дорога снова пролегала по степи. Точнее, бездорожью — мои спутники упорно предпочитали наезженным трактам «направления» по полям. Лишь вчера они соизволили проехать по дороге, и то недолго. Да и особо многолюдным тот тракт я бы не назвала. Как еще не зарос неизвестно. Впрочем, обычно я против подобного не протестовала: мне было абсолютно все равно как и где ехать, лишь бы быстрее, и ответ парней, что так короче, меня вполне устраивал. Но сегодня, оглядываясь, я заметила, что вот уже долгое время метрах в трехстах правее нас вьется серая лента дороги, а поле, по которому мы продвигаемся, пестрит неглубокими ямками, трещинами и поражающим количеством муравейников. Скорость нашего продвижения, естественно, снизилась — ломать ноги коняшкам не хотел никто.

— Молодые люди, а можно нескромный вопрос? — недовольно поинтересовалась я после очередного встряхивания. — Какого лешего мы ползем по ухабам, если немного в стороне есть отличный наезженный путь?! И не надо рассказывать мне сказки, что он с нашим направлением не совпадает — мы уже с полчаса движемся параллельно!

— Здесь народу меньше, объезжать никого не приходится, — снизошел до ответа Рад.

— Ага, вон те три повозки, ползущие у обочины с разницей минимум в сто метров нам бы оч-чень помешали, — сочувственно покивала я. — Хватит заливать-то! Можете внятно объяснить, какого черта мы издеваемся над лошадками и время тянем?

Джарра и Дымка глянули на меня с нескрываемой благодарностью. Толика этого светлого чувства примешивалась и ко взгляду Вольдемара. Правда, преобладало там раздражение и на хозяина, и на меня за «лошадку», но и то хлеб.

— Внятно так внятно, — пожал плечами Там. — Видишь ли, мой братец не очень-то любит пересекаться с людьми. Он по натуре бука, да и должность обязывает. Кстати, народ отвечает ему тем же.

Радмир раздраженно фыркнул, но промолчал.

— Только ему? — хмыкнула я. — А ты у нас белый и пушистый?

— Нет, я коммуникабельный, — важно, с расстановкой произнес блондин.

— И ты наивно полагаешь, что твоей репутации это поможет?

— Ну а почему бы и нет? На фоне вон того мрачного типа на черном жеребце я просто душка.

— Блаженны верующие… — усмехнулась я. — И все же не пойму, почему мы не едем по нормальной дороге?

— Привычка, — тяжело вздохнул Рад.

— Значит отвыкайте!

Не успела я договорить, а Дымка уже развернулась к тракту. Хорошо иметь коняшку-телепата! Ребята, вернее, Тамирас и Вольдемар последовали за тъекки. Вороной даже не обратил внимания на колебания хозяина, так что Радмиру оставалось только смириться.

Оказавшись на хорошо утоптанном тракте, лошадки повеселели, соответственно, увеличилась и скорость. Пейзаж тоже начал меняться, становясь все более лесистым. Слева на горизонте все так же возвышались горы, сливаясь вершинами с затянутым серой пеленой небом. То ли от тряски, то ли от окружающей серости голова у меня снова разболелась. Съежившись, я уставилась в относительно неподвижную точку — шею тъекки, предоставив все управление ей.

— Таши, что с тобой? — нагнал меня обеспокоенный Радмир.