Несвятое семейство
Шрифт:
– Да ну, Рома, – смутилась Надя. – Какой из меня сопровождающий? Я и итальянского не знаю, только английский немного.
– А язык тут не важен. Главное – здравый смысл, а его у тебя в избытке, – возразил артист. – Подумай, короче, ладно? А я тебе позвоню. Я был бы счастлив вместе с тобой работать!
И поднялся:
– Не буду тебя больше отвлекать. Только телефон мне оставь, лады?
Конечно, Надя дала ему номер!
А вечером, дома, когда Полуянов, как всегда, сбежал к телевизору, сходила на сайт Роминой фирмы (визитку он ей оставил). Действительно, маняще: красивые города, хорошие отели, блистательные спектакли… С завистью подумала: «Вот бывает же, как у Чехова! Когда все в человеке прекрасно. И лицо, и одежда, и бизнес легко дается! Захотел в кино сниматься – попал, начал свое дело – преуспевает…»
Может, действительно ей принять Ромино предложение? Пойти к нему на работу?
А что придется – возможно! – за тепленькое местечко в постели рассчитаться… может, и ничего? С таким-то красавчиком?!
Кое в чем Рома Черепанов не врал. Он действительно не из тех, кто опускает руки. Хотя сначала ему казалось, что в положение он попал совершенно отчаянное.
Едва успел тем проклятым утром бутылку пива откупорить, как ему позвонили. Мужской голос с легчайшим восточным акцентом вежливо поинтересовался, «когда дорогому человеку угодно будет рассчитаться».
– У меня нет таких денег, – хрипло выдохнул Роман.
– Как нет, не бывает так, чтобы не было, – жизнерадостно отозвался собеседник, – друзья есть, квартира есть, значит, и доллары есть!
– У тебя самого много друзей, кто такую сумму в долг даст? – огрызнулся Черепанов.
– Зачем тогда играл? – посетовал мужчина.
И пообещал:
– Ровно неделю, нет, даже две – из уважения к твоим талантам – не трогаем тебя. Потом беспокоиться будем, меры принимать. В городишко, откуда ты родом, гонца отправим, с твоими родителями говорить, сестру твою молодую обижать.
Обложили, короче. По полной программе. Рома вспомнил сладкоголосую Татьяну Павловну, ее материнские интонации, и аж горло перехватило от гнева. Элегантно, гады, работают!
И какой можно предпринять контрудар? Сдать подпольное казино властям? Так не зря же его туда с завязанными глазами везли, он даже не представлял, на каком шоссе заведение располагалось.
Написать в полицию заявление, что этот Вахтанг у него деньги вымогает? Но подпись-то на расписке – его, не поддельная. Даже если получится доказать, что его вынудили, все равно от долга не удастся избавиться. Мужик вежливый не зря про его родной городок упомянул. Намек прозрачен: как ни крутись, достанем все равно.
Пожалуй, все же придется платить. Но как? Набрать кредитов и потом бегать не от восточных людей, а от коллекторов? Да еще, в довершение к отсутствию «шенгена», попасть в стоп-лист на российской границе? Нет, не выход. Продать квартиру, подарок продюсерши? Совсем катастрофа. Мало того, что снова придется мыкаться по съемным, – Елена Евгеньевна в порошок сотрет. Можно сразу забыть не только про новое ток-шоу, но и про телевидение в принципе.
Может, взять, как посоветовал проклятый джигит, в долг? У той же любовницы? Но дамы (а их породу Рома уж изучил прекрасно!) терпеть не могут несчастненьких. То есть какая-нибудь училка из Нижневартовска или воспитательница детского сада из Пензы могут поверить в сказочку. Про внезапно заболевшую, допустим, сестру, которой срочно требуется операция за границей. Однако женщины, у которых реальные деньги есть, далеко не столь наивны. Даже если согласятся помочь, как минимум потребуют предъявлять сестру, все подтверждающие документы и счета из западных клиник.
Привлечь к игре какую-нибудь из многочисленных наивных поклонниц? Подделать медицинскую карту? Нет, слишком сложно.
Но направление — Рома облегченно покончил с пивом – кажется, выбрано верное. Нужна красивая, эффектная история. Но женщин надо не о помощи просить. Наоборот: предлагать им партнерство, участие. Сулить грядущие блага и огромные прибыли. И от желающих начать совместный бизнес с красавцем-актером тогда не будет отбоя.
Черепанов не стал откладывать неприятный разговор на потом – немедленно перезвонил своему кредитору. Пришлось поторговаться и поспорить, но в итоге договорились: Роман немедленно платит аванс. Двадцать тысяч долларов (все сбережения, что у него имелись). Но остальную сумму возвращает не в ближайшие дни, а в течение двух месяцев.
Актер понимал: придумать и надуть мыльный пузырь раньше у него никак не получится.
Надина мама работала медсестрой, отец их бросил и алиментов не платил, поэтому жили они всегда скромно. Но пусть не ездили на моря, не имели машины и не украшали дом хрусталем и коврами, Надюшку никогда не дразнили в школе, что одета хуже других. Тут уж мама старалась, покупала ей без излишеств, но все, что положено. Джинсы, хорошие кроссовки, изящное платье на выпускной вечер. Мама всегда повторяла: «Когда денег мало, самое важное – правильно расставить приоритеты». И учила дочь, что куда выгоднее (да и для здоровья полезней!) не полуфабрикатный фарш покупать, а кусок свежего мяса на косточке:
– Да, вроде кажется: дорого. Но готовятся из него минимум три блюда. Отбивные. Суп. А вынимаешь из бульона кость, мелешь мясо – получаются макароны по-флотски.
То же самое и с одеждой: если у тебя есть один хороший костюм, из него можно скомбинировать до десяти различных вариантов – от спортивного до вечернего.
Но самым главным маминым постулатом являлось: постоянно, каждый месяц, как бы тяжело ни было, нужно откладывать на черный день. Минимум – десять процентов от всех доходов, а лучше больше. И не тупо относить деньги в сберкассу, а ими грамотно управлять.
Надя, тогда девчонка, очень слабо понимала, что значит – управлять деньгами. Однако мама – скромная медсестра! – блестяще обошла все препоны и рогатки, что ставило перед ней рушащееся в восьмидесятых-девяностых годах государство. В то время как у всех их знакомых накопления на сберкнижках обращались в пыль, мама, наплевав на восемьдесят восьмую статью (незаконные валютные махинации), бесстрашно скупала доллары.
В итоге Наде досталось пусть небольшое, но наследство. А главное, она накрепко усвоила мамин завет: капитал нужно постоянно приумножать.
– И еще, доченька, ни в коем случае ни с кем своими сбережениями не делись. Ни с подругами, ни, главное, с мужем. Муж – что? Сегодня он есть, завтра выйдет весь. А у тебя хотя бы деньги останутся.
Немного, Надя считала, непорядочно: скрывать от любимого человека свои доходы. Впрочем, Полуянов никогда и не претендовал на ее зарплату, даже не знал, сколько она получает. В их микроячейке как-то само все устроилось. Димка платил за квартиру, финансировал бытовую технику, с каждой зарплаты выдавал ей на продукты. Да еще, когда бывал в настроении, подкидывал подруге то на туфельки, то на кофточку. Поэтому относить десять процентов зарплаты в банк – стабильно, из месяца в месяц – Митрофановой труда не составляло.
И сейчас на ее счету – за многие-то годы! – скопилось пятьдесят тысяч долларов.
Не бог весть что, но не начать ли с их помощью собственный бизнес?!
Рома Черепанов действительно интересное дело делает!
…Когда встретились с красавцем-актером снова, уже не в библиотеке, а в элегантном кафе, он принес учредительные документы и все объяснил. Пока что его турагентство являлось индивидуальным предприятием и уставного капитала не имело. Но сейчас, когда дело пошло, да столь успешно, артист задумал преобразоваться в акционерное общество.