Чтение онлайн

– - Пора, Алевтина, покупать собственную лошадь. Прокат есть прокат.

К тому моменту я занималась верховой ездой уже год, зачастую по шесть часов в неделю, оставив в прокатной конюшне массу денег. При этом гарантий, что я буду ездить на лошади, которая мне подходит и нравится, у меня не было. Да и спортом на серьезном уровне на прокатном коне заниматься невозможно. А мне отчаянно хотелось спортивных побед. Нужна была собственная лошадь.

Как ни странно, Филиппенко идею поддержал. Его московский клиент являлся коневладельцем, и моему мужу захотелось встать с ним на один уровень. Вскоре мы начали ездить по конюшням и искать коня. Пона­чалу нам катастрофически не везло. Достойных канди­датов быстро раскупали, и стоили они дорого. Я чуть не купила вишнево-гнедую ганноверскую Филиппинку, но меня опередили девочки из соседнего клуба. Филип­пинка досталась им.

Поскольку всадником я была неопытным, лошадь мне требовалась спокойная, адекватная и хорошо выезженная, чтобы научить меня премудростям верховой езды. И са­мое главное, это должна быть лошадь, готовая сотрудни­чать со всадником. Мышцы, необходимые для верховой езды, у меня накачались, но в седле я себя чувствовала еще неуверенно. История с Дукатом показала, что я не хочу бороться с лошадью, а хочу равных с ней отноше­ний, своего рода дружбы.

Оживленные споры вызвал пол предполагаемой ло­шади. Вариантов было два -- кобыла или мерин, то есть кастрированный жеребец. Кобылы, как все женщины, су­щества капризные, особенно в момент "охоты", то есть в тот период, когда кобыла готова к спариванию. Это серьезный минус. Зато мерины, как лошади, лишенные определенной радости жизни -- как правило, существа равнодушные. Это тоже плохо. Кандидатура жеребца на должность моей первой лошади не рассматривалась по вполне определенной причине. Жеребец -- мужик, у которого женщины всегда будут на первом месте. Если жеребец побежит "жениться", то справиться с ним будет крайне сложно. Результатом самопроизвольного спари­вания лошадей в манеже могут стать серьезные травмы всадников. Это было ясно даже мне.

Еще мне хотелось, чтобы лошадь была крупная, по­скольку я и сама не маленькая и не худенькая. Необходи­мо, чтобы пара лошадь-всадник смотрелась гармонично.

Я бредила выездкой и мечтала о лаврах Елены Кочет­ковой, которая, как оказалось, и была той самой "тет­кой", которая так грубо прервала мой сказочный полет в возрасте четырех лет. И та лошадь, на которой я сидела, действительно был Пепел, олимпийский чемпион.

Что касается породы будущей лошади, тут сомнений не было. Я хотела тракена. То есть лошадь тракененской породы. Хочется сказать об этой породе несколько слов, поскольку ее история весьма интересна. Это одна из древ­нейших заводских пород, и ее история насчитывает бо­лее 300 лет. Древнее только арабская, ахал-текинская и английская скаковая, она же чистокровная верховая.

Родина тракенов -- конный завод "Тракенен" в Вос­точной Пруссии, это на территории нынешнего Кали­нинграда. Английских и арабских жеребцов скрещивали с местными прусскими кобылами, добиваясь выведения крупной, добронравной и красивой лошади для нужд не­мецкой кавалерии. Перед Второй мировой войной это была одна из лучших пород для конного спорта, хотя и уступала в красоте нашей орлово-растопчинской.

Граф Орлов сыграл огромную роль в российском коннозаводстве, и он вывел не только орловского ры­сака, который известен, без сомнения, даже людям, от лошадей далеким. Совместно с графом Растопчи­ным Алексей Орлов заложил основы замечательной русской верховой породы. Лебединая шея, маленькая сухая голова с красивыми большими глазами, высо­кий рост, стройные сухие ноги с высокими копытами, только темные масти -- вороная или темного-гнедая без отметин, -- таковы были основные черты пред­ставителей этой замечательной породы. Характерного "растопчинца" можно увидеть на картине Брюллова "Всадница", на "растопчинце" сидит император Ни­колай l на памятнике рядом с Исаакием, да и Клодту для скульптур на Аничковом мосту тоже позировали "растопчинцы".

Эта лошадь -- грациозное чудо, горячее, но при этом хорошо управляемое и кроткое, как ребенок. Известно, что граф Орлов браковал дурноезжих лошадей и на племя их не пускал. Орлово-растопчинская лошадь -- лошадь офи­цера или его супруги, предмет гордости хозяев, ожившая скульптура или картина. Наше национальное достояние. Перед войной почти все поголовье орлово-растопчинской породы, оставшееся просле ужаса Гражданской войны, было сосредоточено на Украине. Лошади попали в зону оккупации. Так мы лишились орлово-растопчинской по­роды.

Маршал Буденный -- большой знаток и любитель лошадей, решил поквитаться с немцами, экспроприиро­вав Тракененский конный завод. Ценные матки с жере­бятами и часть племенных жеребцов были эвакуированы немцами, но значительная часть поголовья завода доста­лась русским войскам. Трофейные лошади отправились в Ростов, в Сальские степи. Часть табуна конного заво­да "Тракенер" не выдержала долгого перегона, часть -- не смогла акклиматизироваться в России. Но выжившие дали потомство, и СССР получил некоторую компенса­цию утраченным в годы войны растопчинцам. Тракенов активно использовали в классическом спорте, и практи­чески все крупные олимпийские и европейские победы были одержаны советскими спортсменами на лошадях именно этой породы. Ихор Ивана Кизилова и этот самый Пепел Елены Кочетковой были у всех на слуху. Эта чер­ная лошадь и сердитая "тетя" и заразили меня болезнью, под названием "лошади".

История моего дебюта в седле быстро распространи­лась среди прокатчиков. Раиса Ивановна Хомутова дала мне кличку "позолоченная попа".

Хомутова тем временем втерлась в доверие не только ко мне, но и к моему мужу, сыграв, в первую очередь, на гигантском его самолюбии и тщеславии. Небольшого ро­ста, физически крепкий и хорошо скоординированный,

мой супруг был буквально создан для верховой езды, но ему не хватало терпения и упорства. Филиппенко вооб­ще все давалось очень легко. Он рьяно брался за новое дело, добивался невиданных успехов и быстро терял все завоеванное. В основном благодаря своему скверному характеру.

Хомутова методично "кормила" нас байками о том, что конный спорт -- самый демократичный. Дескать, можно начать в любом возрасте и добиться умопомрачи­тельных побед. Нужно только найти правильную лошадь. В пример приводилась Лиз Хартель, которая переболела полиомиелитом и всю жизнь хромала. Конным спортом Лиз начала заниматься после тридцати, но смогла выи­грать Олимпийские игры. Какой пример для подражания!

А вот Елене Кочетковой от Хомутовой частенько до­ставалось. По ее словам, Кочеткова была лишь хорошим демонстратором. Готовили Пепла к Большому призу со­всем другие люди, но у Кочетковой был папа -- министр сельского хозяйства СССР, поэтому она и получила Пеп­ла, который позволил ей стремительно ворваться в миро­вую конную элиту. Принижение достоинств заслуженной всадницы явно давало Хомутовой уверенности в себе.

Нужная лошадь все никак не находилась. Одна была слишком маленькая и хрупкая, другая не подходила по здоровью, третья -- слишком молодая и неопытная, чет­вертая обладала дурными привычками, пятая от рожде­ния оказалась непригодной к выездке. А я уже считала добытые розетки с лентами в своих мечтах! Пятая была настолько горяча и неуправляема, что сидеть на ней было просто страшно. Второго Дуката мне не хотелось.

Для тех, кто не в курсе, расскажу, что такое выездка или высшая школа верховой езды. Изначально это один из военных навыков лошади. Для того, чтобы всаднику-воину удобно было наносить удары сверху по врагу, ло­шадь должна была идеально слушаться седока, уметь

разворачиваться на месте, идти назад, вставать на дыбы и многое другое. Такие элементы выездки, как пируэт, оса­живание и лансада имели чисто практическое назначение -- развернуться, подобраться к врагу и встать так, чтобы всаднику было удобно колоть-рубить врага. Со временем выездка превратилась в развлечение офицеров, а потом и совсем перешла исключительно в область спорта.

Лошадь для выездки должна выглядеть своеобразной лошадиной супермоделью. Она обязана быть правильно­го сложения, иметь длинную шею с удлиненным затыл­ком, небольшую голову. Ее движения должны быть пра­вильными и свободными. Выездковая лошадь парит, едва касаясь земли, буквально пожирая ногами пространство. Тогда лошадь "судится", то есть получает у судей высокие баллы. Выездка так же необъективна, как бальные танцы или фигурное катание. Идеальная масть для выездки -- вороная, желательно без отметин. Тогда она сочетается с черным фраком и цилиндром всадника и смотрится гар­монично и монументально. Впрочем, спортсмены ездят и на гнедых лошадях, и даже на рыжих и серых, но картин­ка получается уже другая. Менее четкая.

Хомутова смаковала каждую отсмотренную лошадь и пускалась в длительные и пространные объяснения, по­чему именно эта лошадь нам с Филиппенко не подходит. Я уже начала терять терпение, но услышала от тренера, что хорошие лошади достаются тому, кто умеет ждать.

Лошадь для меня неожиданно нашла Катя, та самая, что ездила на Венике.

После того, как с Веника ее сняли, было решено, что "Алька купит большую лошадку и Катя будет на ней за­ниматься спортом". Конечно, Катька хотела прыгать, но для начала ее большой спортивной карьеры выездка тоже сгодится. Алькины интересы в расчет не брались. Зачем? Алька - денежный мешок.