Чтение онлайн

Печка печкой, но его беспокоил конфликт с младшим сыном. Этот роман с дочерью печника совершенно расстроил их отношения. Похоже, что в последнее время они перестали встречаться. Сашка ходит хмурый и злой, не хочет разговаривать. И надо же было Сашке влюбиться в дочь печника. Сколько девчонок красивых, умных, из обеспеченных семей бегает. А из этой Алки еще не известно, что получится.

А сейчас, когда у них складываются такие отношения, надо подумать о чести семьи и поддерживать отца. Сколько у него еще будет таких «аллок». И чего он в ней нашел? Маленькая, худенькая, на такую и внимания-то не обратишь на улице. Огромные зеленые глаза смотрят с недоверием и сомнением. Выражение такое же, как у отца.

С другой стороны, не хотелось бы, чтобы у него было много «аллок». Лучше одна на всю жизнь. А то спугнешь эту птичку, а сын будет ругать, что отец разрушил его жизнь.

Видно, что Сашка переживает: высох, побледнел, психует без всякого повода. Заявил, что родители должны быть сами по себе, а молодых их склоки не касаются. Можно подумать, что он хотел ругаться с Сыроежкиным. Ничего себе, заявочки! Каждый сам по себе! У них одна семья, за честь семьи надо бороться. А у него любовь на первом месте, а на остальное наплевать.

А если этот Сыроежкин к ним на участок стадо коров загонит? И тогда сын не станет поддерживать отца? За сына надо драться. А какая у нее наследственность, какие гены от отца у дочки? И как его угораздило влюбиться в эту заурядную девицу, с отцом которой он враждует. У нее и характер такой же, как у папки. Что ждет его сына — склоки и шутки.

Племянник Максим после разговора с печником пришел подавленный: этот усатый от всего отказался. Заявил, что у Открытого есть враги, они ему мстят. Пусть он с ними разбирается.

Какие враги на даче?! Нет у него врагов.

Полгода назад он и предположить не мог, что влипнет в такую историю, будет опозорен каким-то пустым свистуном. А в придачу и сын сойдет с ума от дочери этого безработного слесаря-сборщика.

Так рассуждал Открытый, когда подъезжал вечером в пятницу на территорию садоводческого товарищества. На душе было мрачно, приедет на участок, а там выбиты стекла, сожжен туалет, вынесены посуда и вещи. Сыроежкин вырос в его глазах до гигантских размеров — смелый, пьяный буян, жаждущий мести.

Если он в этот раз чего-либо выкинет, придется на него подавать в суд.

Жена себя с ним правильно вела — никакого панибратства, много не болтала, не поила горючим, чай, кофе и хватит. Ему платят — пусть работает. А когда начинаешь человека в душу запускать, он тут же и нагадит.

Открытый вышел из машины, пошел осматривать участок: открыл туалет, заглянул в баню, сарай, осмотрел дом все в порядке. Сыроежкин затих, но не известно, надолго ли. Максим его припугнул, чтобы прекратил свои шутки. А вдруг ночью что-нибудь устроит!

Никто не захотел ехать с Вячеславом Петровичем на дачу. Жена опять заболела, Сашка о даче слышать не хочет. А он появился на участке и ждет подвоха.

Сыроежкину подвернулась работа: одинокая женщина предложила ему выложить плиткой кухню на одном из участков. Управился он быстро и заработал.

На выходные приехала жена, он отдал ей часть заработанных денег, чтобы она купила ему в следующий раз новую электрическую плитку, старая совсем плохая. Он убедил жену, что у него урожай будет хороший. Творчески подходит к работе на участке. У нее ничего не росло, а он еще и часть своего урожая продаст, и получит моральное удовлетворение. Она спокойно его слушала и радовалась, что он увлекся посадками и занят делом. Но ругала его, что в доме грязно, а туалет он так загадил, что его уже и не отмыть, и не мешало бы построить другой.

Когда она заговорила о туалете, Василий Петрович выскочил из дома и побежал в туалет.

Вернулся с пучком зеленого лука. «Забыли про лук, когда обедали», — виновато произнес.

— Доедай суп. Чего убежал? — с любопытством посмотрела. — Я ехала сегодня утром с Еленой Ульяновной, она говорила, что видела на заборе какие-то бумажки, написано про печника, который халтурщик и пьяница, сразу не сорвала, а потом хотела через час прочитать еще раз и мне показать, но бумажек не было, сорвали.

— Это Открытый мстит, не знает, как меня опозорить, — хмуро глядя на пол ответил.

— Сам хорош, не стал бы пакостить, все бы и было мирно, — не поддержала его жена. — Если ты ненавидишь Открытого, поди и разберись с ним.

— Еще не хватало! Я спокойно живу, это он волнуется.

— Смотрю на тебя и думаю, до чего ты докатился: с разведчиком враждуешь, говорят про каких-то котов, которые у него ночью орали, якобы ты их туда загнал.

— Как я могу загнать к нему котов? — он ухмыльнулся, — никого не слушай.

— Я тоже думаю, что это как-то странно, — она улыбнулась. — Коты — это одно, а Алка другое. Не хочет к тебе ехать. У тебя нервы разболтались. Из-за тебя она поссорилась с Сашкой. Сидит дома, никуда не ходит. Всех ты доводишь, но меня ты не доведешь. Остановись, несчастный! Пожалей единственную дочь! Зачем ты детям жизнь отравляешь?! Оставь их в покое, со своими врагами сам разбирайся.

— Отвяжись, никому я жизнь не отравляю. Сижу спокойно, занимаюсь огородом, а ты меня представляешь, будто я не человек, а бандит.

— Называй себя как хочешь, а дети поругались из — за тебя, самогонщика. Совсем ты сдурел. Хоть ты кому-нибудь сделал что-нибудь хорошее. Тебя никто не уважает.

— С соседями у меня хорошие отношения. Это Открытый слухи распустил котов, а ты поверила, бумажки развесил, чтобы меня опозорить. И это называется жена, не мужа поддерживает, а вражий стан.

— Перестань, мне Алку жалко, — закричала жена и стукнула его по плечу. — Не известно, как у нее жизнь сложится, может, это ее первая и последняя любовь. А ты ее разбиваешь.

— Ничего я не разбиваю! — после удара Сыроежкин поморщился. — Первая любовь! Подумаешь. Последняя любовь бывает самой сильной. У меня еще не было последней любви.

— И кому ты такой нужен, — возмутилась жена. — Посмотри на себя: ходишь грязный, пьешь, дом запущен. С Открытым разругался так, что опозорился на все участки… кто в тебя, такого, влюбится, — она захохотала. — Ты в дом никого не сможешь привести. Что у тебя творится!

— Что у меня творится — это мое дело, — захорохорился муж. — Будет желание и влюблюсь. А за Алку не переживай, у нее еще будет много любовей.