Чтение онлайн

Он отчаянно сопротивлялся. Одна только мысль о постоянном присмотре полицейских приводила его в ужас.

– Я обещаю тебе, я никуда не пойду, разве что в кровать. И запру все окна и двери, – сказал он.

Они пришли к компромиссу. Не постоянное присутствие полицейского, а патрульная машина, которая будет время от времени подъезжать к его дому для проверки.

Келли чувствовал себя отвратительно. У него болел мозг, у него болело лицо, у него болели глаза, а в голове все еще было ощущение, словно она принадлежит кому-то другому. Он был абсолютно изможден. Он сразу же направился в кровать, но при этом боялся, что вообще не сможет заснуть. Однако, приняв еще пару крутых болеутоляющих, он моментально вырубился и, когда наконец проснулся, с удивлением обнаружил, что было три часа дня и что он проспал почти девять часов.

Но долгий сон, казалось, ничем не помог. Голова все еще раскалывалась, шишка на лбу теперь стала разноцветной, кроме того, лицо его украшали два замечательных синяка – левый, прямо под шишкой, лишь немного лучше правого.

Все, что он делал после того, как проснулся, – заваривал чай, одевался, чистил зубы, брился, – казалось, занимало у него в два раза больше времени, чем обычно. И не только голова причиняла ему такую боль. Казалось, что все его тело болело из чувства солидарности.

И когда он уже решил плюнуть на остаток этого дня и снова лечь в постель, зазвонил телефон. Он взглянул на дисплей. Если бы это был кто угодно, только не Дженифер, он бы не взял трубку. Но проигнорировать младшую дочь Мойры он не мог.

– Джон, я просто звоню поздороваться и узнать, все ли у тебя в порядке, – сказала она.

– Я в порядке, – солгал он. Келли иногда настораживало, с какой легкостью у него получается лгать.

– Просто Карен Медоуз звонила вчера вечером. Она пыталась связаться с тобой. Я боялась, что ты, быть может, замкнулся в себе и хандришь. Если тебе плохо, мы всегда рады тебя видеть, ты же знаешь. Это то, чего бы хотела мама.

Келли почувствовал, как его подбитые глаза увлажнились. Дженифер умела затронуть самое сердце, и она сама не подозревала об этом. Однако ему было стыдно, потому что, по правде говоря, он не вспоминал о ее матери со дня похорон.

– Спасибо, – сказал он. – Может быть, я заскочу сегодня вечером. Или завтра.

Сказав это, он понял, что идея не была очень хорошей. Потому что, даже если он и захотел бы прийти к ним, ему бы пришлось что-то сказать о своем лице.

– Это было бы здорово, – тепло ответила Дженифер. – А кстати, Джон. Как там Ник? Ты не говорил мне, что он опять в городе.

– Что? – Келли был ошеломлен. Наверное, в его голосе чувствовалось удивление, но Дженифер, видимо, не заметила его. В отличие от Келли она, наверное, все еще не отошла от смерти мамы, подумал он.

– Вчера вечером я делала покупки в городе и видела его машину, припаркованную прямо у Флит-стрит, – продолжала Дженифер. – Ты не говорил мне, что он в городе. Я всегда очень рада его видеть, – сказала она немного обвиняющим тоном.

– Хм, да, прости. – Келли запинался, автоматически ища спасение в очередном обмане. – Это был очень короткий визит. У Ника была деловая поездка, просто он остановился здесь. У него не было времени ни с кем встречаться.

– Понятно. Значит, он уже уехал обратно в Лондон?

– Да, – быстро ответил Келли. Правда, конечно, заключалась в том, что он и понятия ни о чем не имел, но это казалось единственно верным ответом. Он попытался найти способ вытянуть из Дженифер побольше информации, не выдавая себя. – Я и не знал, что ты такой эксперт по части машин, – сказал он как-то нескладно.

– Да нет, я не эксперт. Но разве можно с чем-нибудь спутать серебристый «астон-мартин» Ника? Даже на маминых похоронах было заметно, что все им восхищаются.

– Конечно, ты права, – сказал он.

– Ну ладно. В любом случае передай ему привет от меня, когда будешь говорить с ним, – закончила разговор Дженифер.

Когда Келли положил трубку, руки у него снова дрожали. Он сказал себе, что ведь Дженифер могла и ошибиться. Выполненный по специальному заказу «астон-мартин» Ника действительно был особенным. И такие машины выпускались в ограниченном количестве. Но все равно должно было быть сколько-то похожих, и вполне возможно, что по крайней мере одна такая же находилась сейчас на западе Англии.

Но несмотря на это, Келли все-таки испытывал страх, словно у него в желудке сидело маленькое чудовище. Лишь один раз до этого он усомнился в своем сыне, задумался, на что тот может быть способен, но потом быстро отогнал от себя эти мысли. А теперь сомнения вернулись.

В порыве сомнений он снова схватил телефон и набрал домашний номер Ника.

Ответ последовал почти незамедлительно:

– Ник Картер.

Келли, обрадованный, что у него включена функция подавления распознавания номера, сразу же повесил трубку. Как только он сделал это, в голове пронеслась мысль: сколько раз за эти годы он пожалел, что разрешил жене, отчасти из-за того, что плохо обращался с ней, поменять фамилию сына на ее девичью. Он не мог заставить себя подумать, что однажды перестанет жалеть, что его сын не носит его фамилию.

Он постарался вернуться мыслями к настоящему. Итак, Ник сейчас в Лондоне, размышлял он. Но что это доказывает? Насколько Келли понимал, Ник построил свою карьеру и в армии и на гражданке на своей способности быстро двигаться и думать на ходу. Он вполне мог быть прошлой ночью в Торки, а сегодня снова в Лондоне. Келли, конечно, только что вылез из постели, но было уже далеко за полдень. В любом случае для Ника было сущим пустяком провести несколько часов за рулем в то время, когда все люди спят. Таким уж он был.

Или, по крайней мере, Келли думал, что он был таким. Но уже не в первый раз Келли задумался о том, много ли он знает о своем собственном сыне.

Как только Карен покинула Мидлмур, первым ее порывом было поехать прямиком в Хэнгридж и встретиться с Джеррардом Паркером-Брауном лицом к лицу. Но она также знала, что сейчас самое время для объединения сил. И потому вместо этого она поехала обратно в Торки, чтобы собрать свою команду и подробнейшим образом изучить каждую мельчайшую деталь уже имеющихся улик.

Кроме того, несмотря на то, что Келли был убежден в обратном, был шанс, пусть даже и очень маленький, что какие-то улики будут найдены на месте преступления в Баббакомбе. Или что, по крайней мере, удастся найти какие-нибудь улики, судебные улики на одежде Келли.

Ей уже было известно, что доктор нашел крохотные кусочки чужой кожи на зубах Келли. Пройдет как минимум два дня, прежде чем Карен получит ДНК с клочков кожи. Но даже тогда толку будет мало, если нападавшего на Келли нет в базе данных на преступников.