Чтение онлайн

— Интересно, что им надо, — сказал Кен.

Он вскочил из-за стола и по тропинке сбежал вниз. Уже у причала он увидел, что в лодке сидят двое: Муз Макгрегор и Джон Онаман.

— На станцию! Скорей! — крикнул Макгрегор. Сидевший на корме Джон Онаман даже не выключил мотор, а лишь приглушил его. — Пожар быстро приближается! Через полчаса отойдет поезд — нам дают специальный состав. Постараемся преградить огню дорогу. Нам нужен каждый, кто только может шевелить руками! Надень на себя что похуже и живей на станцию!

Макгрегор кивнул Джону Онаману, и тот мгновенно включил предельную скорость. Лодка резко вскинулась носом и с треском понеслась по воде к следующей даче. Лесничий даже не подождал, что ему ответит мальчик.

Кен заторопился к даче.

— Я должен немедленно ехать! — сказал он. — Пожар разбушевался и движется сюда! Через полчаса отходит специальный поезд, и я должен поспеть. Все будут тушить пожар!

Тетушка Мэрион не хотела отпускать Кена, но мать, хоть и с тревогой в глазах, согласилась, что иначе нельзя. Даже по голосу Макгрегора можно было понять, что опасность чрезвычайно велика.

Кен натянул старые брюки, рубашку, которую надевал, когда красил дачу, и потрепанную шляпу, которую отец брал с собой, отправляясь на рыбалку.

Несколько других лодок летело к станции, когда Кен мчался по озеру, рассекая вспененные волны. На станции царила суета. Специальный поезд уже прибыл из города и стоял на запасных путях: багажный вагон, два старых пассажирских вагона, вагон-кухня и служебный вагон. У входа в багажный вагон люди перебирали снаряжение для борьбы с пожаром: кирки, лопаты, топоры, джутовые мешки, цепи и прочее. Другие топтались поблизости: они были бы рады помочь, но не знали толком, что им делать и чего от них ждут. Муз Макгрегор разговаривал с машинистом и начальником станции.

— Мы обязаны сделать все, что в наших силах, — услышал Кен его голос, — а там будет видно. Если мы не справимся с пожаром, то при таком ветре к вечеру он уже будет здесь!

— Железнодорожное начальство разрешило нам вывезти этим поездом женщин и детей, если потребуется, — сказал начальник станции.

— Хорошо, — ответил Макгрегор. — Надо будет — мы вернем сюда поезд. Если дела обернутся плохо и будет видно, что отсюда надо всех вывозить, я пришлю кого-нибудь, чтобы предупредить вас заблаговременно!

— Для вас будет все время открыт главный путь, — добавил начальник станции, — даже если из-за этого придется задержать дальние поезда.

— Если огонь ринется на юг и перекроет пути, дальние поезда и так простоят тут довольно долго, — с горькой усмешкой проговорил лесничий. — А пожар уже в полутора километрах от нас!

Группа индейцев из поселка шла вдоль путей к станции. Было их человек двадцать — от подростков до совсем пожилых, уже согбенных годами. Впереди всех, рядом со своим отцом, шел Поль.

— Прекрасно, — сказал Муз Макгрегор. — Индейцы нам большая подмога. «Лучше их никто не умеет тушить пожары. Ну, кажется, все в сборе. В дорогу!

Кен и Поль встретились уже у входа в вагон и перекинулись двумя-тремя словами, не больше. Зловещая близость пожара висела в воздухе, как дым, который лишь недавно был развеян ветром.

Вагоны были старые, а жесткие деревянные сиденья неудобные, да только кто сейчас стал бы обращать внимание на такие вещи! Поезд резко дернулся — совсем как товарный состав — и отошел от станции, мало-помалу набирая скорость.

Кен и Поль сидели рядом и глядели в окно: не видно ли где огня? Ждать пришлось недолго. Пожар был всего в шести милях от Кинниваби, и к северу от полотна вскоре показались густые клубы дыма. Через несколько минут поезд замедлил ход и остановился. Кен спрыгнул вниз: жар пламени полыхнул ему в лицо, как дыхание ненароком раскрытой печки. Это был палящий, обжигающий жар, хватавший за горло и не дававший дышать.

Макгрегор выстроил своих бойцов у поезда и разбил их на группы, поставив во главе каждой опытного вожака, хорошо знающего лес.

Кен и Поль оказались в одной группе, которой командовал Джон Онаман. Спустя минуту они уже вошли в лес, пробираясь гуськом по звериной тропке, которая, обогнув лужайку, вилась дальше — в том направлении, где был огонь.

Чем ближе они подходили, тем сильней становился жар. Он уже был почти непереносим. Все разговоры теперь окончательно смолкли. Даже дышать — и то было трудно. Еще несколько минут — и они услышали, как бушует пожар. До них донесся рев, с каждым мгновением становившийся все оглушительней, и на фоне этого несмолкающего рева раздавался треск — частый, резкий, как пулеметная очередь. Грохот стоял невероятный.

Чуть погодя они вышли к берегу небольшого ручья. В обычное время это была приятная, сулящая отдохновение лесная речка, тихо журчащая по мшистым камням. Теперь же речка высохла от жары: водный поток превратился в жалкую струйку.

— Значит, так! — окликнул своих бойцов Макгрегор. — Вот что я придумал. Не бог весть что, но больше и не сделаешь. Этот ручей — узкий барьер, ограждающий нас от огня. Слишком узкий, чтобы от него был толк. Значит, надо расширить просеку, пока огонь не добрался сюда. — Макгрегор помолчал немного, оглядывая свое разношерстное войско. — Времени у нас в обрез, но если мы поднажмем, нам быть может, удастся расширить просеку настолько, что вода остановит огонь. Работа нелегкая, но вы уж не пожалейте сил!

Отряд растянулся цепочкой по берегу ручья. Товарный вагон доставил сюда четыре переносные пилы, работавшие от моторов, вроде тех, что были на лодках. Макгрегор, Джон Онаман и два других лесника, приехавших из Бишоп-Фоллз, орудовали пилами. Остальные оттаскивали в лес стволы поваленных деревьев. Другие работали топором: рубили кусты и низкие деревца.

Это была отчаянно трудная работа. Люди сновали взад-вперед в густом подлеске, задевая за сучья, то и дело напарываясь на ветви. Кругом вились комары, казалось, нисколько не боявшиеся дыма. Люди спотыкались и падали на валежник, ноги подворачивались в расселинах камней. Кустарник цеплял их за одежду, невидимые корни превращались в ловушки для ног.

Уверенная сноровка индейцев была всем большой подмогой. Поль и его отец работали рядом с Кеном. Казалось, они не замечали ни жары, ни густых зарослей. Кен вспомнил, с какой легкостью они на даче Уорренов перетаскивали к причалу тяжелые бревна. Жара брала за горло, теснила грудь, от усталости Кен и другие дачники еле двигали ногами. Но индейцы трудились не разгибая спины, словно никакие тяготы их не брали. Джон Онаман, ни разу не передохнув, переходил от одного дерева к другому.

Работа продвигалась чрезвычайно медленно. Скоро Кен совсем потерял счет времени. Ему казалось, он уже работает в лесу много дней, а не то и недель. Долгое время, как они ни бились, им не удавалось сколько-нибудь заметно расширить просеку у безымянной речушки. Но постепенно ее левый берег был расчищен. Жар от огня усилился: пламя быстро приближалось к ним. И, наконец, настала минута, когда Макгрегор велел всем отступить. Он громко прокричал свой приказ, чтобы его услышали в шуме. Благодаря их стараниям в лесу появилась удивительно ровная просека — метров десять в ширину. Так долго трудились над этим люди, что теперь надеялись на успех.