Чтение онлайн

Через несколько минут дыхание больной выровнялось, жар начал спадать, а пятна на коже заметно побледнели. Аксинья сладко застонала и открыла глаза, уставившись на меня затуманенным томным взглядом.

Ага, побочный эффект малого исцеления. Что тут поделаешь?

Женщина несмело улыбнулась, наткнувшись на мой внимательный взгляд. Красивая, зараза!

Агафон удовлетворенно хмыкнул, убирая ладони с ее плеч. Он осенил Аксинью божественным благословением, после чего молча кивнул мне на выход.

— Ты хорошо справился, Григорий, — похвалил он. — Какие у тебя планы? Такой дар нельзя зарывать в землю, ты мог бы стать ценным служителем Единого.

— У меня есть важное дело к капитану Климову, — я смело встретил взгляд священника, стараясь подбирать слова так, чтобы они звучали правдиво. — Один мой хороший друг, который погиб теперь, просил его разыскать. Я поклялся исполнить последнюю волю. О будущем пока не загадывал, слишком много всего произошло за эти дни.

— Капитан Климов — человек непростой, — заметил Агафон. — Его корабль часто заходит в воды Миасса, но он не любит лишних вопросов. Что ж, оставайся у вдовы на постой, ей все равно нужен присмотр. И лишние руки в хозяйстве пригодятся. Продолжим разговор позже.

Агафон ушел, а я вернулся в дом. Аксинья уже сидела на кровати, поправляя выбившуюся прядь взмокших волос. В ее глазах светилась не только благодарность, но и явная симпатия.

Лихорадка ушла, как будто ее и не было. А я всего лишь опустошил магический резерв, который очень быстро восполнится. Вблизи храма воздух искрил силой, я кожей чувствовал ее отголоски.

— Выходит, это ты спас меня? — тихо произнесла Аксинья, жестом приглашая присесть рядом. — Не знаю, как и благодарить. В нашей деревне магов не любят, только клириков почитают. Отец Агафон — наше спасение. Но ты — другой. Не священник и не маг. Они больно гордые, ради простого человека пальцем не пошевелят.

— Я просто сделал, что должен был, — пожал плечами в ответ. — А мой дар — это милость Единого, — соврал, не моргнув глазом. — Расскажешь, как вы тут живете?

Аксинья быстро оправилась от болезни и захлопотала по дому, прибираясь и занимаясь ужином. Я помог натаскать воды из колодца, нарубил дров с запасом. А в свободное время занимался тем, что задавал наводящие вопросы.

Вдова оказалась ценным источником сведений. Она рассказала мне об иерархии в храме. О том, как Агафон железной рукой держит паству, и что отшельники из горного убежища действительно иногда спускаются вниз, вызывая у местных суеверный ужас.

Ночь сменила вечер. Аксинья постелила мне на единственной кровати, а сама устроилась на печке. Не успел я сомкнуть глаз, как в постель ко мне скользнула голая хозяйка дома. Молодое тело мгновенно отреагировало на столь щедрое предложение. Это внешне я выглядел юнцом, а опыта общения с женским полом у меня хватало с избытком.

Не стал отказываться от ночи, которая принесла нам обоим удовольствие. Тем более, что я сам распалил искру желания, когда использовал магию исцеления. А уж изголодавшаяся по мужской ласке Аксинья стремилась наверстать все ночи, что провела в одиночестве.

В объятиях молодой вдовы я на время забыл о проблемах, чувствуя лишь тепло живого тела. Она осталась довольной и ластилась ко мне сытой кошкой.

На рассвете, когда я вышел во двор, чтобы умыться ледяной водой из колодца, то снова натолкнулся взглядом на Борислава, бредущего по главной улице. Он озирался по сторонам, будто нарочно кого-то выискивал.

Не иначе, узнал обо мне?

Новости здесь распространялись мгновенно. Вряд ли мимо старосты прошел мимо тот факт, что в деревню заявился молодой паломник. Да еще с проявившимся даром исцеления Светом.

Аксинья бесшумно подошла сзади. В руках она держала миску с горячей кашей, но, проследив за моим взглядом, едва не выронила посуду.

— Гриша, это он? — прошептала, не скрывая ужаса перед пришлым человеком. — Тот страшный человек с гор? Дед Макар сказывал, что мужик этот расспрашивал о молодом парне, Григории Жилине. Это ведь ты?

Я осторожно приобнял ее за плечи, чувствуя, как внутри закипает ярость. Ночью Аксинья словом не обмолвилась о подозрениях. И когда только успела сплетни разузнать? Вроде никуда не отлучалась.

— Что еще он говорил? — не стал отрицать очевидное. — Упоминал ли о том, почему ищет парня?

Аксинья судорожно вздохнула и покачала головой, теснее прижимаясь к моему боку.

— Нет, — выдохнула она, обжигая шею горячим дыханием. — Он только просил встречи с отцом Агафоном. Сказал, что должен очистить деревню от скверны.

— Тише, — я мягко отстранил ее. — Посмотри на него! Он безумен. Чудом выжил и потерял всех своих людей в дороге.

Внезапно со стороны леса донесся трубный рев рога, заставивший вздрогнуть даже приунывших ворон на крышах. Звук этот не походил на охотничий клич.

В деревню неспешным шагом въезжали паладины. Пятеро воинов ордена, закованных в тяжелую серебристую броню, на которой виднелись следы когтей и запекшаяся черная жижа. Кони тяжело хрипели под ними, роняя клочья пены на пыльную дорогу.

Возглавлял отряд высокий воин с суровым лицом. На его плече под изрубленным панцирем зияла страшная рана, из которой вместе с кровью сочилась мутная серая дымка.

— Помогите... — хрип в горле одного из всадников оборвался, и он мешком свалился из седла прямо в пыль.

Толпа ахнула, отхлынув назад, словно от прокаженных. Агафон выбежал на крыльцо храма, суетливо перебирая четки и бледнея от плачевного вида прибывших.

— Отойдите все! — властно крикнул старший паладин, хотя сам едва держался в седле. — Мы столкнулись с большой стаей медвежьих мороков в ущельях. Тьма там сгустилась, братья... Мои силы на исходе. Агафон, готовь алтарь, нам нужно очищение! — потратив последние силы на разговор, воин обмяк в седле, уткнувшись лицом в гриву лошади.

В этой ситуации я увидел свой шанс неплохо легализоваться в этом мире. Серые нити проклятия впиваются в энергетические каналы паладина, высасывая светлую искру. Если не вмешаться сейчас, он умрет в муках через час, и никакая молитва Агафона не поможет.

Борислав заметил меня. Дернулся сска, пытаясь закричать, но из его пересохшего горла вырвался лишь жалкий хрип. Рука, похожая на когтистую лапу, потянулась в мою сторону. Ею он и ткнулся в землю, когда деревенские мальчишки, привлеченные зрелищем, нечаянно толкнули его в дорожную пыль. Я прошел мимо врага, не удостоив и взглядом, хотя каждой клеточкой ожидал удара в спину.

— Дорогу! — протиснулся сквозь толпу, стараясь придать лицу выражение смиренной решимости. — Отец Агафон, я могу помочь!